своей тростью по моей бронированной спине. Повернув шею и оглянувшись через плечо, увидел стоящую надо мной королеву. Ветер трепал седые волосы женщины, но это была единственная её уступка стихии. Платье Нон не пропускало воздух и, похоже, её нисколько не беспокоило, что моё тело постоянно смещается в полете.
— Честно говоря, я никогда не видела такого большого разрыва, — задумчиво проговорила она.
Чёрт, похоже, Нон волнуется.
Я раскрыл пасть и послал ещё одну вспышку драконьего пламени, усиленного демонической силой, направленную на разлом. Моё пушечное заклинание продолжало изливать низкоуровневую магию, уничтожая мельчайших шипящих уродцев. Там, куда попал огонь, разлом искривлялся и переставал расширяться. Нон, редко пользовавшаяся заклинательными кругами или рунами, подняла свою сучковатую трость и направила её в небо. В воздухе появился извилистый шрифт, вычерчивающий пирамиду из белого огня. Трёхмерный объект закрутился на месте, а затем Нон позволила ветру унести её. Старуха повисла в воздухе, начертав свое заклинание.
— Держи их подальше от меня, мальчик, а я сделаю всё возможное, чтобы заделать брешь.
Вздохнув, я сосредоточился на голосовых связках, чтобы мои слова прозвучали как можно чётче: — Хорошо, тебя не коснётся ни один Ужас, но ты должна приказать флоту вернуться. Мой голос всё равно прозвучал как рёв, сотрясающий воздух. Взмахнув крыльями, я поднялся выше и закружился вокруг Нон. Хвост щёлкнул, а голова пригнулась, пока я рассматривал некоторых из крупных Ужасов, выискивая себе цель. Орда зверюг размером со слона вылетела из пробоя на толстых щупальцах, и их спины на долю секунды ощетинились, а затем вспыхнули, посылая в небо копья из кости и льда.
Извернувшись, ударил хвостом. Лёд легко раскололся, но два копья пробили чешую и разорвали мышцы. Из моей пасти вырвался крик, боль пронзила тело, и трупная, разрушающая энергия начала пробиваться сквозь плоть. Наклонив голову, зажал одно копьё зубами, чтобы вырвать его. От мерзкого вкуса свело живот, и я, выдернув снаряд из раны, выплюнул его. Неудобная поза не позволяла мне лететь, и я начал падать. Не обращая внимания на свистящий вокруг ветер, вырвал клыками второе копьё. Рваные раны чернели на глазах, и я инстинктивно плюнул пламенем прямо на них.
Боль обожгла, захлестнув с новой силой, когда часть моего тела основательно поджарилась, сжигая инфекцию, но обращать внимание на такие мелочи времени не было. Напрягая все мышцы, я пытался вытащить себя из падения. Там где совсем недавно была Академия, царил полный хаос. Тарил распадался на глазах, и куски бесплодного ландшафта трескались и… поднимались в воздух. Ужасы ползали по вновь образовавшимся островкам, а самые крупные из них нацелились на меня, чтобы выпустить новый залп. Не медля ни секунды, изверг на них ещё один поток пламени и вздохнул с облегчением, когда они испарились в демоническом огне.
Но число мерзких гадов, казалось, на уменьшалось. Опасаясь, что в меня снова полетят такие же костяные копья, поспешил набрать высоту и стал быстро, как только мог, пропускать свою сущность через плоть. Кровь сочилась по хвосту из запёкшихся ран и струйками стекала вниз, пока я пикировал на стаю кошмаров.
Чтобы хоть как-то защититься, покрыл себя пламенем, удары били по телу, сотрясая меня, пока пробивался сквозь толпу Ужасов. Огонь сжигал тварей дотла, хотя сам я получал режущие раны на коже своих крыльев.
— Нон, сейчас самое время! — подумал, надеясь, что она читает мои мысли.
Самые крупные Ужасы всё ещё лезли из пролома, и каждое их движение заставляло землю Тарила трястись и раскалываться. Воздух вибрировал от толчков, искажавших реальность, с земли вверх летел раскалённый дождь и искрами вспыхивал в небе. Куски камня лопались, как мыльные пузыри, а почва с шипением превращалась в кислотные облака, которые неслись навстречу воздушным потокам. Раздавшийся вдруг душераздирающий громкий звук заставил сотни мелких Ужасов взорваться. Меня задело ударной волной и подбросило в небо, как лист. Я мельком взглянул на форму заклинания, которую ковала Нон: под ударами она вибрировала, как струна арфы.
Один из самых маленьких кораблей тёмных эльфов внезапно рванулся вперед, и мои глаза расширились от страха за него, но мерцающий щит заставил Ужасов отскочить в сторону. Чёрное судно излучало яркий свет — ядро, заключённое в нём, перегрузилось. По корпусу дирижабля поползли трещины, и я понял, что команда намеренно готовит свой корабль к взрыву. Напрягая тело, бешено захлопал крыльями, пытаясь восстановить контроль над полётом. — Что вы делаете⁈ — в ужасе заорал я, хотя это было совершенно бесполезно, меня не слышали.
Громаднейший Ужас взмахнул рукой, превосходящей по размерам дирижабль, пытаясь смахнуть его с неба. За мгновение до того, как лапа ударилась о борт, судно взорвалось. Вспыхнул белый свет, и мир погрузился в тишину, когда корабль тёмных эльфов перестал существовать.
Взрывная волна разлетелась в разные стороны и пронзила как сам громадный Ужас, так и окружающую его орду мелких. Я был ошеломлён разрушениями, произведёнными взрывом, когда волна маны распространилась наружу и уничтожила всё вокруг… кроме тела чудовищного монстра. Существо было настолько огромным, что половина его тела всё ещё сохранилась и… была жива. Тварь взмахнула крыльями, и, хотя у него не было ног и осталась только одна рука, его пасти выхватывали из воздуха своих меньших собратьев и поедали их. С каждым съеденным соплеменником на каннибале восстанавливалась часть плоти.
Розовые щупальца вдруг раскололи мир вокруг меня и начали тереться о чешую. Целительная энергия потоками вливалась в тело, манипулируя сущностью и успокаивая ожоги. Мягкие конечности медсестры вмиг залечили разрывы в крыльях, и я не смог сдержать стон облегчения.
— Спасибо, Юлия, я этого не забуду!
Свобода от боли позволила наконец трезво изучить поле боя. Заклинание Нон уцелело после разрушения дирижабля. Я надеялся, что королева уже почти закончила его, потому что мои силы были на пределе. Оторвавшись от исцеляющего прикосновения Юлии, спикировал вниз, чтобы перехватить несколько летающих монстров, которые поднимались к старой женщине.
Пасть раскрылась, и из неё хлынуло пламя, омывая угреподобных извивающихся существ. Их тела мгновенно превратились в пепел и серой пылью разлетелись на ветру. Теперь появилось время, чтобы сосредоточиться на величайшем из Ужасов, который продолжал поедать своих собратьев, чтобы восстановить тело. Рука твари уже была почти восстановлена.
— Проклятье, если так пойдёт и дальше, мне
