Через несколько минут Аун Сан вдруг спокойно спросил:
— Ты говоришь — идол. Другие говорят — национальный герой. А сколько живут такие национальные герои? Сколько у них врагов? Год мне еще остался? Два? Вряд ли больше.
В комнату заглянул ординарец.
— Нести ужин?
— Неси. И побольше мангового соуса. Мой старший брат его любит.
6
Аун Сан уезжал в Лондон, почти уверенный в победе. Он понимал: для того чтобы победить Лигу теперь, надо поднять против Бирмы всю мощь Британской империи. Этого Англия не могла себе позволить. То же самое творилось и в Индии, на Золотом Берету. Но англичане надеялись, что им удастся все-таки выторговать выгодные для себя условия. Если для этого придется пойти на ликвидацию Аун Сана, они с удовольствием согласятся на это.
В договоре, подписанном в Лондоне, говорилось, что «Бирма может достичь своей независимости как можно скорее, выходя или не выходя из содружества». Англичане рассчитывали с помощью правых политиков, социалистического крыла Лиги сохранить Бирму в империи на положении доминиона. Сохранялся Исполнительный совет. Но им пришлось согласиться на проведение в апреле выборов в учредительное собрание. Правда, реакционный избирательный закон 1935 года мог помочь им провести в собрание нужных им людей.
И еще. Англия согласилась, что пограничные, горные районы перейдут в состав будущей, независимой Бирмы при наличии «свободного согласия». Создавалась особая комиссия для «обследования горных районов». Эттли прямо сказал Черчиллю: «Соглашение не значит, что мы уходим». Но в Лондоне все-таки не учитывали всего влияния Лиги, всей силы Аун Сана. Ом же знал об этом. Он знал главное: в апреле будет выбрано учредительное собрание, которое выступит за немедленную свободу.
Почувствовав, что одному ему с Аун Саном не справиться, У Со организовал в Рангуне новый союз: У Со, Ба Mo, сэр По Тун — три бывших премьера. Удивительный это был союз. Три самых известных в стране реакционера, три предателя обвиняли Аун Сана в предательстве, в измене народу, в том, что его купили англичане. Они давали ясно понять народу, что единственные последовательные борцы за его права — это и есть три бывших премьера. Это была последняя попытка врагов Аун Сана восстановить против него общественное мнение. Попытка провалилась. Мало нашлось бирманцев, которые поверили бы, что Аун Сана можно купить, что Аун Сан может стать предателем.
У Со демонстративно вышел из Исполнительного совета. Вместо — него и еще одного близкого к нему реакционера в совет вошли представители Лиги. Теперь весь совет находился в ее руках.
Приближались выборы. Нужно было готовиться к ним. Выступать, проводить совещания. Нужно было использовать, насколько позволяли возможности, Исполнительный совет, нужно было предотвратить выгодный англичанам и феодалам раскол Бирмы, отделение от нее горных районов.
В феврале Аун Сан председательствовал на конференции нацменьшинств в горном местечке Панлон. Большинство горных князей, большинство руководителей окраинных народов высказалось за то, чтобы оставаться в Бирманском Союзе. Эта победа Аун Caна была подготовлена и предопределена политикой, которую Лига вела еще со времен войны, политикой сближения народов Бирмы.
Не обошлось без острой борьбы и на самих выборах, которые начались 9 апреля. Партии Ба Mo, У Со, По Туна объединились в союз под громким названием «Сначала независимость». Они пытались сорвать выборы, демагогически требуя, чтобы сперва Бирма стала независимой, а потом уже можно будет и выбирать.
Но все-таки выборы прошли. И результаты их разрушили все надежды англичан. Всего в собрание было избрано 210 депутатов. Из них 194 человека прошло от Лиги. Семь мест получили коммунисты — они выступали только в нескольких округах, только там, где выставили свои кандидатуры крайне правые. Между компартией и Лигой существовало, хотя и негласное, сотрудничество. Остальные места достались независимым и англобирманцам. Теперь, когда учредительное собрание полностью в руках Лиги, вопрос о независимости должен был решиться буквально в ближайшие месяцы. И ничего нельзя было противопоставить этому.
Правда, оставался еще один путь — уничтожить Аун Сана, уничтожить его соратников. Англичанам было неловко делать это своими руками. Вот если бы найти честолюбивого человека, который согласился бы рискнуть.
7
Второй послевоенный Праздник воды, бирманский Новый год 1947 года, был, как никогда, жарок. Апрельское солнце немилосердно пекло еще не оправившиеся после войны рангунские улицы.
С утра сыновья бродили по комнатам за Аун Саном, уговаривая взять их в город, посмотреть на праздник. В руках их поблескивали велосипедные насосы, и, когда надоедало упрашивать отца, они подбегали к бочке, стоявшей у двери, набирали в насосы воды и обливали непокорного премьера Бирмы.
В результате они своего добились. Аун Сан согласился поехать с ними в город. Он даже помог шоферу взгромоздить в «джип» бочку с водой и чуть было сам не запасся насосом, но потом покрутил его в руках, улыбнулся и положил обратно. Переоделся в старую рубашку и ситцевые лоунджи, чтобы промочить не жалко. И вся веселая компания — Аун Сан. ребята, его адъютант и шофер — отправилась в путешествие. Охрану он по случаю праздника отпустил.
По дороге к городу (новый дом, в который по постановлению Лиги пришлось переехать Аун Сану, стоял за Королевским озером, на окраине) встречали много таких же «джипов», грузовиков, телег. На каждой машине бочка с водой, и «экипаж» ее из кружек, ведер, насосов, чашек обливает прохожих и встречные машины. Ведь в этот день в Бирму приходит веселый Тинджан, бог дождя.
Ребятишки, возглавляемые адъютантом, с увлечением участвовали в водных баталиях. В машину время от времени вливались потоки воды, прохладные брызги разбивались о лицо боджока, но тот, хотя и поехал специально, чтобы не думать о бесчисленном множестве проблем и трудностей, требующих разрешения, чтобы отвлечься, понимал, что отвлечься все равно не удастся.
У моста в город «джип» попал в толпу, перегородившую улицу. Здесь каждую машину останавливали и тщательно, не спеша обливали седоков. В такой день не обливают водой только почтальонов и монахов.
Чье-то веселое молодое лицо заглянуло под брезентовый верх и расплылось от радости.
— Боджок! — закричал молодой голос. — Боджок с нами!
Загорелые руки потянулись в машину.
Шофер медленно нажал на газ. Аун Сан высунулся из машины и протянул обе руки. Машина въехала на мост и, казалось, исчезла за морем голов. Каждый хотел пожать руку Аун Сану. Ведь он теперь был не только герой. Он теперь возглавляет всю страну. Не сегодня-завтра уйдут англичане…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
