Читаем без скачивания Конан и Гнев Сета - Морис Делез
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— По-моему, шуршание доносилось из коридора,— прошептала девушка.
— Больше неоткуда,— согласился Конан.
Он быстро зажег новый факел и помчался в коридор. Рядом бежал Калим.
— Почему он не позвал?— на ходу спросил зингарец.
— Потому что не успел!— так же коротко ответил киммериец.
Они пробежали всего пару десятков шагов, когда впереди показалось темное пятно, и Конан перешел на быстрый шаг: ни к чему так вот безоглядно бросаться на неизвестного противника, который сумел совершенно бесшумно одолеть их товарища.
Дыхание его мгновенно успокоилось, словно и не было этого пусть и короткого, но стремительного броска. Шаг северянина остался таким же быстрым и бесшумным, каким был вначале. Тварь двигалась явно медленнее преследователей, и очень скоро они поняли почему, правда, от зрелища этого волосы встали дыбом на голове зингарца, а киммериец невольно тряхнул головой, словно надеясь, что это всего лишь наваждение. Огромный, чуть ли не по пояс Конану, белый паук тащил за собой белоснежный кокон, с одной стороны которого торчала голова Бергона, а с другой — его ноги. Оказавшись на свету, паук мгновенно развернулся к своим новым противникам, явно не собираясь просто так расставаться с законной добычей, и уставился на них полудюжиной злобных красных глаз.
Движения его были невообразимо стремительны, но выставленный вперед меч Конана оказался для нападающего непреодолимым препятствием, один раз ткнувшись в которое, он уже не спешил повторить попытку. Пока паук соображал, как ему быть дальше, Калим осторожно обошел его, защищаясь мечом, и как только оказался сзади, паук лишился мохнатой лапы. Он в ярости заскрежетал черными жвалами, с которых капала ядовитая желтая слизь, и прыжком развернулся к обидчику, но Конан только этого и ждал. Он повторил удачный маневр зингарца, и тварь, лишившись уже двух лап и неловко закружившись на месте, вскоре оказалась обезноженной. Конан рассек ее поганое тело надвое, и они занялись Бергоном.
Распороть кокон оказалось делом нехитрым, но никакими стараниями им не удалось привести юношу в сознание. Левое бедро было прокушено клыками, впрыснутый яд лишил заморийца чувств, и сколько продлится такое состояние, можно было только гадать. Оставалось лишь надеяться, что действие яда гигантского паука не отличается от действия яда его меньших собратьев. Калим с Конаном оттащили парня в овальный зал, где их ждала встревоженная не на шутку девушка.
Было видно, что во время их отсутствия Олвина пыталась встать и пойти за ними, да не смогла. После кратковременного отдыха нога ее не только не пришла в норму, но распухла еще больше и болела теперь даже сильнее, чем прежде.
— Что с ним?— спросила она, увидев, как Конан с Калимом укладывают бесчувственное тело зингарца на его плащ, расстеленный у стены.
— То же, что и с тобой,— проворчал киммериец, усаживаясь рядом с девушкой.— Плохи наши дела,— подумав, добавил он.
Молчаливый Калим не произнес ни слова, лишь кивнул в знак согласия.
— Похоже, что здешние твари узнают обо всем случившемся гораздо быстрее, чем мы рассчитывали,— задумчиво произнес Конан, и Калим вновь кивнул, соглашаясь.— Сатха издохла,— продолжал вслух размышлять киммериец,— все тут же узнали об этом и повылезали из нор. В результате у нас уже двое раненых, которые теперь нуждаются в защите, а ведь нас тоже осталось только двое. Хоть я и не обладаю даром Бергона, но могу предсказать, что в следующей драке мы наверняка кого-нибудь потеряем.
— Что же делать?
Олвина с надеждой посмотрела на Конана. Она прекрасно понимала, что он и не думает упрекать ее, просто трезво оценивает положение, в которое все они попали. Первая победа над самым, казалось бы, грозным противником окрылила их, но две следующие встречи с обитателями подземелий хоть и закончились смертью монстров, но и их победителям не принесли радости. Быть может, для Конана и Калима было бы лучше, если бы мы погибли!» — с тоской подумала она. Видно, мысль эта столь явственно отразилась на лице девушки, что киммериец обнял ее за плечи, прижал к себе, и юная амазонка благодарно прильнула к его груди.
— Ну, это ты брось!— Он усмехнулся.— Смерть вот, пожалуй, единственное, чего уже нельзя исправить! Все остальное проходит рано или поздно.
Как раз в этот миг Бергон очнулся и с глухим стоном, больше походившим на мычание, попытался сесть. Калим подхватил его за руку и помог опереться спиной о стену, после чего достал флягу и влил в рот заморийца порцию вина. Это подействовало, и юноша обвел присутствующих мутным взглядом.
— Ты помнишь что-нибудь? — поинтересовался Калим.
Бергон сделал второй глоток и неопределенно замотал головой.
— Помню, что почувствовал опасность и подошел к самому выходу из коридора,— заплетающимся языком принялся объяснять он,— мне послышалось там какое-то шевеление. Потом перед глазами мелькнуло что-то белое… И все.
— Ладно.— Конан поморщился. Все эти разговоры были бессмысленны: все, что замориец мог запомнить, они знают и без него.— Сейчас-то как себя чувствуешь?
Тот вновь помотал головой.
— Как после крепкой пьянки… И нога побаливает,— пожаловался он.
— Идти сможешь?— спросил киммериец.
— Думаю, да,— ответил Бергон, но в голосе его не было привычной уверенности.
— Что ты задумал?— встревожилась Олвина.
— Что, что…— беззлобно проворчал Конан.— Уходить отсюда надо, вот что!
— Так, значит, все пропало? — огорчился замориец.
— Ну почему же пропало?— Северянин усмехнулся.— Вот отведем вас с Олвиной наверх, и можно будет вернуться обратно, чтобы довершить начатое.
— Но вас же останется только двое! — в отчаянии выкрикнула девушка.
По ее мнению, этот безумный план больше походил на самоубийство, чем на попытку отыскать талисман.
— Я вернусь сюда, даже если останусь один!— отрезал киммериец, и Олвина перестала спорить.
Обратно возвращались не торопясь, ориентируясь по расставленным северянином меткам, которые в свете факелов горели алыми огнями. Конан невесело усмехнулся: все-таки пригодились. Как они видны в темноте, он проверять не стал: было не до этого. Киммериец поддерживал девушку, которая поначалу упрямо пыталась ступать на больную ногу. Правда, она быстро поняла, что на двух у нее получается еще медленней и перестала сопротивляться. Бергон довольно сносно передвигался, опираясь о плечо Калима. Так они и шли потихоньку, и прошли уже достаточно приличное расстояние, когда из бокового прохода им навстречу выскочили три существа, на первый взгляд показавшиеся людьми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});