пить, пока другие работают, но сейчас моя работа именно выслушать Митю. Ещё позавчера, сразу после данных, полученных во сне от папы, отправленного с посланием к королю гномов Вилленгу.
— Местность пока описывать не буду, там мои ребята уже Паше докладывают, что видели интересного по дороге. Сразу к главному, — посол схватил банку, со щелчком вскрыл ее и сделал несколько жадных глотков. — Самым сложным был первый контакт, чудом до мордобоя не дошло, пока мы тамошнему тупому бородачу затирали примерную суть дела. Так и не объяснили, но уболтали его отвести нас к следующему пахану. Тот тоже не сразу понял, но отвёл уже к по-настоящему большой шишке. Чтоб ты понимал, между этими типами было по тридцать км расстояния, и до хрена времени на это ушло.
Митя закинул в рот кусок вяленого мяса, а смятая тара исчезла в рюкзаке. Увидев наполненный надеждой взгляд, я достал ещё одну банку и протянул ему.
— Спасибо! Так вот, этот чувак был в курсе того, что отряд Туума пропал и сразу же послал донесение к ихнему боссу, Вилленгу, ну а сам потопал с нами типа сопровождать. Ну, конечно, пытался выведать, кто мы по жизни, ну а мы у него, — Митя засмеялся, вторую банку он пил значительно медленнее, смакуя любимый напиток. — Вилленг принял нас сразу, причем его жопа так горела, что даже навстречу вышел, с солидной охраной конечно… ну так вот, сидим мы под деревом, накрыли нам поляну нормальную, налили, что-то вроде пива, а их босс уже разу по десятому твое письмо перечитывает. Потом отвёл ещё двоих в сторонку и им показал. Они еще по пять раз перечитали. Потом попросил карту, ну как попросил… руку трясущуюся протянул и прорычал на своем — «карту!»…
Я, затаив дыхание, слушал. Решение сообщить лидеру «Равнинных» гномов о предательстве их родича я принял сразу и даже ни с кем не обсуждал. О посольстве вообще знали только Петя и Грилл, помогавшие мне составить текст письма.
К посланию я приложил карту с основными местами расположения орков, нашей базы и местом убийства Туума. Вопрос стоял лишь в том — поверит ли Вилленг тем знакам и меткам, что передал мне отец, ну и правильно ли я по памяти их перерисовал.
—…Ну, собственно, потом они с полчаса обо всем тёрли, а потом ещё два часа нас расспрашивали о том, что тут происходит. В том числе и произошло то, о чем ты предупреждал. Какой-то борзый хрен из свиты предположил, что мы пиз… врем, и предложил допросить нас с пристрастием, — Митя заржал и скомкал вторую банку. Я молча протянул третью. — Спасибо! Ну я и ответил, как ты сказал, мол, мой босс, то есть ты, разрешил в случае угрозы рассказать и без пыток все, что знаю, но это будет объявлением войны. В общем ушли они, но попросили ещё задержаться. Ну мы задержались, благо кормили… потом отпустили и сказали, что с нами свяжутся… назад бежали другой дорогой, как ты просил, не сильно уклоняясь и не ускоряясь особо. Слежки не видели, но сам понимаешь, со следопытом и не нужно бежать близко.
На этом посол доклад закончил и набросился на еду. Меньше, чем за двое суток группа пробежала больше тысячи километров. Страшно представить, сколько калорий они сожгли.
— Спасибо, Мить!
Я снова пожал ему руку и отдал последнюю банку пива из личных запасов. Он обрадованно схватил ее, но открывать не стал и убрал до лучших времён.
Ну что ж, остаётся только ждать. Вариантов дальнейшего развития событий много, даже таких, где я сильно пожалею о своих действиях. Но это был единственный способ расшевелить опасный тандем, сложившийся у гномов и орков.
Голова Иль лежала на моей груди, а пальцы нежно гладили живот.
— Саша, — прошептала она. — А тогда в лесу, когда на нас напал Михей, я же разделась перед тобой в первый раз…
Она замолчала, но суть вопроса я понял.
— Ночью перед тем событием сон начался именно с того момента, и он закончился, когда копьё пронзило нас обоих, — вспоминая, я гладил ее золотые волосы. — День был насыщенным, а пророчество идёт без даты и времени… Я вспомнил о нем в самый последний момент и, признаться, чудом успел среагировать.
— Хорошо, — я почувствовал, как эльфийка улыбается. — Тебе надо было вести себя так же, чтобы знать, откуда он напал… ты удивительный человек… я бы не смогла.
— Тогда во сне, когда я видел, что ты умираешь, я понял… очень многое — я отстранил ее и посмотрел в зелёные глаза. — Что не могу потерять тебя, что сделаю все от меня зависящее, пожертвую всем ради тебя…
— И я ради тебя, — ее губы коснулись моих, а рука скользнула вниз.
Мы вышли из палатки, и я посмотрел на лес.
— Иль.
— Да, мой Ал8нур.
— Помнишь наш позавчерашний разговор? Ты говорила, что еще вчера первые деревья должны были быть пересажены.
Девушка отошла назад осмотрелась и задумчиво произнесла.
— Совсем из головы вылетело. Но объяснить задержку можно — событий много, как у нас, так и у Глинета своих дел навалило.
Я подошёл к ней и, обняв за талию, зашептал в ухо.
— Я не сказал на собрании. У меня был ещё один пророческий сон. И именно на него я позавчера намекал. Через два года, наш уже построенный город уничтожат. Этот лес будет гореть, и деревья будут там же, где и сейчас. Иль. Там у вас что-то происходит. Что-то, что не даст эльфам выполнить обещание. А это очень важно — надо во что бы то ни стало пересадить хотя бы часть деревьев.
Эльфийка испуганно отстранилась и долго рассматривала мое лицо.
— Я поняла, Саша.
Ее ладонь коснулась моей щеки, и через несколько секунд стройная фигура исчезла за деревьями.
Я посмотрел на лагерь и увидел призывно машущего рукой Федю. Ни минуты, блин, покоя.
— Я думал, моё вчерашнее выступление остудило буйные головы, — разочарованно протянул я, нехотя следуя за Федей в сторону внешнего поселения, куда депортировали многих мирных.
— Безусловно, стало намного лучше, — довольно ухмыльнулся Федя. — Вчера и сегодня меня дергали значительно меньше обычного, спокойно обрабатываю новеньких и успеваю классифицировать стареньких. Но есть там одна звезда, похоже, настолько непробиваемая, что твои чары на нее не действуют, или просто не слышала тебя вчера, глуховата ибо. Вокруг нее уже собирается толпа фанаток-оппозиционерок. Мне с ней не справиться, проще за двадцатый километр отправить или утопить невзначай. А у тебя может получится, если ты
