Перейдя пустынную улицу и переступив валяющееся тело у входа в кабак с гордым названием «Пьяный тролль», мы попали во вполне себе приличную таверну. Приличную — это если сравнивать с тем, что происходит на улице. Где-то в углу сидит разношерстная толпа играющая в кости. Парочка завсегдатаев в другом углу уже в зюзю и отправились в царство Морфея, но так и не выпустили кружку из рук.
За стойкой же стоит внушительного вида скаргак, крупнее Ска’ала раза в полтора. И хоть выглядел этот кошак как самый настоящий берсерк, видом он больше походил на самого обычного бармена. Фартук, безразличный взгляд и деревянная кружка, которую он усердно протирал тряпкой — всё на месте.
Рядом с ним, сидя прямо на столешнице, болтала ногами миниатюрная зверокошка с удивительно белоснежной шерстью, судя по одежде, она тут у них за разносчицу. Никакой тебе музыки местного менестреля и уютного огонька из камина, а так всё по законам жанра. Но это было не просто средневековая таверна, а средневековая фэнтезийная таверна. До сих пор не могу привыкнуть, что другие расы помимо людей не набрасываются на меня при первой же встрече.
И сказу видно, что попал я не в сказку, а в темное фэнтези. Тусклый огонь придавал атмосфере более зловещего вида, а криминальные хари то тут, то там лишь укрепляли этот образ в мозгу. Но судя по виду моего нового знакомого, а также тому, как он юрко двигался в лабиринте из мелких переулков, то он тут явно не в первый раз.
— Добро пожаловать в «Пьяного тролля» — самое безопасное место во всех трущобах.
— Местные обыватели при входе обещают не бушевать?
— Ну почему же, — хохотнул Ска’ал, — побушеватьможно, нотолько один раз.
— Охотно верю, божья кара?
— Скорее переизбыток острых предметов на жизненном пути, — ответил он пожав плечами и сел за стойку. — Йунг здоровяк, мне Карвитанского эля, а моему приятелю…
— Того же, — закончил я, садясь на стул. — За его счет.
— Хм, уверен, наш эль довольно… экзотическое удовольствие.
— Если это не яд, от которого сдохнет и сама мантикора, то я не против.
— Хех, ну, дело твое. Два эля, Урла.
Здоровяк на это лишь сухо кивнул, поставил кружку и пошел куда-то за дверь.
— За бочонком пошел, закончился эль, — пояснила кошка слева от меня, разглядывая свои коготки. — Ска’ал, может, ты уже нас познакомишь?
— Это Дима, он буквально только что спас меня из лап стражи, как появился, я вообще сперва не понял. Дима, а перед тобой жемчужина нашего родного гадюшника — Стейна.
— Приятно познакомиться, — приподняв уголки губ, протянула она изящную лапу.
— Взаимно, — пожамкав бархатную шерстку, ответил я. — Как показывает практика, большинство жителей городов вообще не смотрят вверх.
— Крыши, как и тени — это пристанище для воров и убийц, — ухмыльнулся Ска’ал, — ты из которых будешь?
— Хорошего понемножку, успел померять шкурку обеих.
— Вот оно как, и с обычаями скаргаков ты тоже не знаком, значит явно пришел с запада, верно? — предположила эта милаха, которая фонила опасностью больше Ска’ала и Урлы вместе взятых.
— Прямо в точку. Так что будьте добры объясните, за что я только что набил харю тому мужику, что такое Пламенная неделя?
— Национальный праздник во всем Хоурме, — ответила мне Стейна, — один из четырех: Неделя ветра, льда, земли и пламени. Считай завершение осени, зимы, весны и лета, у нас в этом году даже ярмарка будет, через пару дней.
— Теперь понятна такая загруженность главной улицы и количество различных цветастых хреновин.
— Что-то вроде того, так и всё же, что ж ты там такого натворил, что пришлось валить?
— Я сюда вроде пришел выпить, а не на допрос.
— Да-да, прости, — хохотнул Ска’ал, кладя голову на руки, — просто в моей ситуации нужно знать, кому можно доверять, а кому нет. Вот ты как раз и подходишь на роль первых. Всё же, сейчас доверия к выходцам из варварских земель будет даже больше, чем к вчерашним друзьям.
— Ох, кому ты так дорогу перешел?
— Не он.
— Стейна!
— Вот не надо, а? Ты уже и так всё решил, по глазам же вижу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Лейма он кар, — похоже, выругался он на своем наречье, — ладно, но сперва, ответь всё же — зачем ты мне помог?
— Не смог пройти мимо при виде такой неприкрытой несправедливости местных блюстителей порядка к твоей обворожительной особе.
— А если серьезно?
— Мне было скучно.
Занавес и две пары охреневших глаз. Они буквально пожирали меня, ожидая, что я закончу шутку, но ей здесь и не пахло. Я серьезен как никогда и всё еще жду свой эль. Он там за ним в сам Карвитан отправился или как?
— Мдам, таких… людей я давно не видел. Просто обычно они долго не живут.
— Если ты про мое безрассудство, то тут им даже и не пахло. Ну, может только чуть-чуть, — уточнил я, услышав дикий хохот симбиота. — Ну, а в самом деле, что они мне могут сделать? Заключить под стражу? Так сбегу. Убить — смешно, а про то чтобы поймать меня так и вовсе грустно говорить.
— Ска’ал, а он ведь не шутит.
— Ни капли… — подтвердил скаргак, смотря мне в глаза. — Прямо сочишься самоуверенностью.
— Скажем так, у меня есть парочка поводов для такого поведения… Может и с десяток наберется.
— Надеюсь, что оно так и есть. Ладно, вот в чем дело. Есть у меня одна… знакомая, которая попала в передрягу. Ну, если быть откровенным, то она из них и не выбирается, каждый раз вступая в новую как только выйдет из старой, но теперь всё серьезней некуда.
— Проблемная знакомая.
— Не то слово, — хмыкнула Стейна, перебирая коготками по древесине, — эта идиотка с детства была излишне проблемной.
— С детства?
— Мы дети улиц, — объяснил Ска’ал, — и мы поклялись присматривать друг за другом. Хотя клятва, если честно, это дело десятое. Она мне просто как сестра. Да и знаешь ли, если каждый встречный поперечный будет похищать моих подопечных, то меня ведь пустят курам на смех. Обреют и не спросят.
— Репутация значит? — ухмыльнулся я. — Так бы сразу и сказал, а не загонял про родственные узы и клятвы.
— Не мешай соленное с твердым. Это всё важно, просто недооценивай репутацию в трущобах, Дима. Она тут будет важнее острых клыков и сильной магии.
— Понятно, так и что она натворила?
— Перешла дорогу одному барону, который промышляет торговлей всяким: наркотики, запрещенные фолианты или живой товар.
— Я думал, в Хоурме рабства нет.
— Ну, в Хоурме его и нет, — хмыкнул он, — но в Эторе же есть. Так что контрабанда цветет и пахнет.
— А власть?
— Ну а что власть? Сидит, процент считает. Конечно, рабство пытаются искоренить, но давай не будем наивными котятами — у всего есть своя цена, а живой товар дорогое удовольствие.
— Мдам, я, конечно, не лелеял особо мысль, что тут будет просто рай на земле, но чтобы всё было так плохо…
— Если ты думаешь, что для того, чтобы делать варварские вещи, нужно им быть, то ты глубоко ошибаешься. У каждого свои проблемы, но даже сраная цивилизация гниет изнутри, сочась ублюдками всех мастей. Так что если ты ехал сюда пытаясь найти мирное местечко, то я тебя разочарую — в этом мире такого нет. Ведь он прогнил изнутри уже давно — это буквально труп, на котором разумные возвели свои цивилизации.
— Так говоришь, словно везде был и всё знаешь.
— Много с кем общался да и был тоже много где, так что перестал искать что-то чистое и благородное в этом мире и просто пытаюсь сохранить то что дорого мне.
Наконец из двери вышел здоровяк с внушительным бочонком алкоголя. Поставив его под столешницу, пошаманил с открыванием бочонка и вот перед нами стоит уже три деревянных кружки. Следом на столешницу приземлилась широкая тарелка с разной снедью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Чистое и благородное в этом мире определенно есть, — возразил я, — только вот, сколько оно сможет просуществовать, не измазавшись в дерьме окружающего мира — вопрос на гору золота. Ну а так, живем, надеясь, что завтра будет не такой паскудный как вчера.
— А сегодня? — спросила Стейна.
