стекло в форме капли. Демон безрезультатно атаковал снова и снова, и в это время Риттер Морс медленно поднялся, злобно смотря на противника.
Игры в гляделки не случилось. Король Гордыни медленно отошел на несколько шагов назад и поднял руки в знак примирения.
— Добро пожаловать, потомочек, — демон продемонстрировал обезаруживающую улыбку в тридцать два белоснежных зуба.
Питаемый истинно черной энергией Риттер продолжал неотрывно изучать противника. Его челюсть была так напряжена, что мышцы подрагивали, но вместо того, чтобы что-то сказать, юноша мысленно щелкнул пальцами, и кончик стеклянной капли надломился. Последовавший взрыв стекла, направленный наружу сферы, разлетелся осколками по всему помещению. Агнолия оказалась защищена застывшей вокруг нее кладкой. Пылающий луч пламени вокруг Ареса сжег дотла все, что летело в его сторону. Демон, несколько секунд напоминавший дикобраза, пока его тело не поглотило осколки, сдержанно посмеялся.
— Все-таки ты не командный игрок, да? — его вкрадчивые глаза впервые за многие годы озарились почти искренней эмоцией. Он отошел чуть в сторону, чтобы открыть взору Риттера намеренно скрытую до сего момента Лилиэль.
Эльфийская принцесса лежала не только с неестественно вывернутой ногой, но и вся порезанная по меньшей мере тысячу раз. Под искалеченным телом быстро начала образовываться лужа крови, и Мелисса немедля побежала к девушке и принялась за исцеление. Ни Риттер, ни Король Гордыни не пошевелились, продолжая пристально следить друг за другом.
— Что? Не поможешь драгоценной подруге?
— …
— Ты вообще говоришь? — лицо демона тронуло легкое раздражение.
Риттер все это время продолжал разбираться с новообретенными силами и, когда наконец почувствовал, что может колдовать именно так, как учил Мелиссу, напал на Короля.
Его скорость и сила взмахов с лету превзошли любые человеческие возможности, и юноша, никогда в жизни не выходивший за эти пределы, совершил несколько ошибок, промахиваясь или приближаясь слишком близко к демону. Риттер дорого заплатил за каждую из них, когда после контратак противника все слышали отвратительный хруст и звуки лопающихся конечностей. Последующая регенерация поврежденных частей тела была не менее болезненной для Риттера. Между тем, увеличивающийся темп движений этого мальчишки просто не давал возможности к нему приблизиться.
— Эй! Это неуважительно! С чего ты вообще взял, что мы с тобой вра…
Удар застал его посреди фразы. От мощного соприкосновения голова демона, как и рука Риттера, мгновенно обратилась пылью. Юноша вскрикнул и упал на колени, а Король остался стоять как ни в чем не бывало и восстановился с немыслимой скоростью (Арес заметно побледнел в этот момент), после чего схватил Риттера за шиворот.
— Отвечай мне!!!
Юноша едва поспел воссоздать свою конечность и напитать её энергией, чтобы поймать когтистую лапу демона, метнувшуюся к его горлу.
— Быстро учишься, сучонок. Но мне доступна сила целого Архонта, а тебе? — очередная улыбка превосходства озарила озлобленное лицо.
Риттер Морс не слушал. Не слышал. Для него не было никаких слуховых ощущений, кроме звуков движений противника. С того самого момента, как Риттер очнулся, как только он увидел врага, все его мысленные процессы оказались направлены на то, чтобы пробить ментальную защиту демона и добраться до его разума.
“Он должен страдать!”.
Налитые кровью матово-черные глаза когда-то бывшего последним человека жадно впитывали информацию не только из физического мира, но и ловили все магические течения и завихрения. Он отчетливо видел, как между демоном и Аресом установлен магический канал, через который Король Гордыни бесстыдно берет столько энергии, сколько ему нужно, совершенно не заботясь о состоянии Архонта Войны. Если бы Риттера волновали слова Первого Человека, он бы действительно обратил внимание на то, сколь ничтожны приобретенные им силы в сравнении с теми, что доступны Аресу.
Король Гордыни хорошо подготовился к этой битве. Даже если он не ожидал здесь встретить самого́ Последнего Человека, его подвиги, равно как и всю подноготную каждого присутствующего, демон изучил. Знал слабые места. Знал, как сломать их.
Риттер продолжал остервенело бросаться на противника, атакуя как физически, так и ментально, и даже не заметил, как вошел в раж. Если бы юноша мог сейчас остановиться и оценить обстановку, он бы обнаружил, что не видит никого и ничего за пределами оболочки Короля Гордыни. Демон невольно завладел всем его вниманием. Эйфория притупила боль от незащищенных и неусиленных конечностей, и Риттер мгновенно воссоздавал части своего тела, продолжая сжигать их в огне своего чудовищного натиска. Демон, пусть и обладавший большим запасом энергии, все же был вынужден тратить её еще и на поддержание ритуала, а потому, скупо расходуя доступные остатки, с большим трудом выдерживал напор человека.
Одежда Риттера уже больше не была похожа на что-то, достойное называться одеждой. Обрывки, сожженные в бесконечно черном пламени, сплавились с воссозданной кожей юноши. Каждый удар, каждое движение, казавшиеся скорее рывками и бросками зверя, были тщательно выверены и продуманы Риттером, который к тому же продолжал искать способ пробраться в разум противника.
Демон же был куда более прямолинейным.
— Какая прыть! Какая злоба… Ты точно человек? — не без удовольствия подначивал Король.
Демон в облике человека небрежно подхватил попавшийся под руку осколок стены и швырнул в Риттера, который в этот же момент растворился тенью прямо под собой и через секунду атаковал врага из темного угла в потолке.
Не прекращающий считать молчание оппонента оскорбительным, демон обнажил клыки и, потеряв голову от ярости и позабыв о защите, начал наступление. Его руки, то и дело преображающиеся в процессе схватки от простых человеческих до чудовищно когтистых, на этот раз исказились до неузнаваемости и покрылись трещинами фиолетовой энергии, подобно телу Риттера. Когда противники столкнулись, Король рассмеялся.
Разорвав клинч, демон уже не контролировал себя. Боевой азарт, который он так презирал в Лассаэре и всех “истинных” воинах, наконец добрался и до него. Король возбужденно дышал, с интересом разглядывая Риттера, когда на его глаза попалась Мелисса, занимающаяся исцелением и защитой Лилиэль.
Риттер, отследив этот взгляд, не замедлил оказаться перед своим Архонтом. Звериный рык, раздавшийся откуда-то из бездны в груди Риттера, вызвал мурашки у всех присутствующих. Последний человек даже не соизволил изменить свой облик, из-за чего, дабы было удобнее, стоял практически на четвереньках, опираясь на увеличенные и усиленные когтистые руки. Король Гордыни мог бы поклясться, что лицо Риттера сейчас больше напоминало звериную морду.
— Я так и думал. Животное, не больше… — демон демонстративно отвернулся, изображая разочарование.
Вокруг Мелиссы вновь появился барьер из темнейшей энергии, напоминающий по форме гигантскую каплю, а сам Риттер Морс растворился в тенях. Оценивая обстановку сквозь завесу пелены, юноша обнаружил, что, в отличии от Короля Гордыни, Арес вовсе не был защищен
