Да, у меня был план, мне нужно извиниться перед друзьями, всё им объяснить, но сейчас мы только вдвоём. Мы будем просто говорить, и это осчастливит меня, он ведь когда-то только об этом и просил. Просто говорить. А ещё мы вместе будем готовить, как будто мы — семья и ждём гостей! Значит, хватит терять время! Хватит трястись! Полетела навстречу своему счастью!
Иван занимался мангалом, я робко подошла к нему, снова уперев глаза в пол. Как ни старалась, успокоиться не выходило.
— Получается?
— А ты сомневалась? Куда мне до умения костёр разводить! — усмехнулся он, возвращая наше общение в привычное русло. И, кстати, мне это очень помогло расслабиться, к такому Ивану я привыкла. Главное теперь — не погавкаться, как у нас это обычно происходило. — Ну, рассказывай, беглянка.
— Давай, сначала ты? — я состроила умоляющие глаза. — Что было после того, как мы с Димой ушли?
— Мы поговорили, — пожал плечами Ваня. — Остальные оказались не такими трусишками.
— Да, я трусиха! — с вызовом проговорила я, но потом добавила: — Была.
— А теперь, значит, нет? — Ваня приподнял бровь, показывая, как он сомневается в моих словах.
— Иначе тебя бы не позвала.
— Кого из нас? — поинтересовался он, глядя на меня в упор.
Я сглотнула:
— Обоих.
— И? Ну, что дальше? — тоже сглотнув, спросил Ваня.
Господи, как страшно! Надо срочно отвлечься, иначе я, правда, в обморок упаду!
— Расскажи о себе! — придумала я. Я же о нём ничего практически не знаю!
— Коршун, да зачем? У нас есть темы и поважнее.
— Мне интересно, — стояла я на своём. — Вы все друг о друге знаете, одна я о тебе — ничего…, — пробормотала я.
На самом деле, сейчас поймала себя на мысли, что больше всего меня коробит то, что об Иване знает Света, а я — нет. И вот только этого сейчас и не хватало! Тряхнув головой, я стала убеждать себя в том, что подруге Иван больше не нужен, она счастлива с Владом. Надеюсь. Хотя, кто знает, что там у Светки в голове, у неё ж семь пятниц на неделе. Так, Карина, тормози.
— Мне нечего рассказывать, — пожал он плечами.
— Почему ты перешёл в нашу школу?
— Потому что стал жить рядом, в эту школу удобнее ходить, — Иван закатил глаза, скривился под моим выжидающим взглядом. — Вот докопалась! Я живу с дядей, ничего интересного.
— С дядей? А…
— Родителей нет, — быстро ответил он, отворачиваясь.
Я вздохнула и виновато опустила голову. Ясно, что говорить об этом сейчас не стоит, чтобы не портить ему настроение, ведь история там явно не весёлая, раз так сухо отвечает. Блин, вернуться бы назад, мне же Света пыталась рассказывать о Ване, но мне тогда было неинтересно! А теперь вот и не спросишь пока у Светы.
— Ладно, не буду спрашивать, если не хочешь…
— Да нечего спрашивать, Карина, — пожал он плечами. — У меня нет родителей, не знаю я, где они. Бухают, наверное, где-то. Если живы, — Ваня вздохнул. — Вот, в прошлом году дядька родной нашёлся, забрал меня к себе.
— Откуда забрал? — прошептала я.
— От верблюда! — засмеялся он. — Из детдома, Коршун! Я к Владу давно хожу на брейк, вот его родители сначала хотели меня забрать, а потом помогли найти родню. А до этого меня три семьи брали к себе, но возвращали обратно.
— Почему?
Васильев постарался снова небрежно пожать плечами, но глаза выдали, что ему неприятно это вспоминать.
— Спроси у них. Плохой, наверное, из меня сын, — он цокнул языком. — Вот поэтому я и не люблю о себе рассказывать! Теперь тебе меня жалко, да?
— Конечно! — не стала я отрицать. Зато теперь ясно, почему Влад за него так трясётся, названые братья, наверное.
— Коршун, прекращай! Разве я похож на несчастного? — Иван даже порисовался, рассмешив меня.
— Мой брат говорит, что ты похож на гопника.
— Ну, ничего другого я от него и не ждал! — развёл он руками.
— Кстати! Что у вас с Димой?
— Ничего, слава яйцам!
— Ваня!
— Да говорю тебе! — упёрся он. — Давай лучше поговорим о том, что у нас с тобой…
Смеяться я тут же перестала, глянула на Ваню испуганно, а он встал за моей спиной, наклонил голову к моему уху и стал гонять по моему телу непривычные мурашки своим дыханием. Меня бросило в жар, ноги стали подкашиваться, но я постаралась держаться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я хотела сначала поговорить со Светой, — еле слышно прошептала я, пытаясь унять колотящееся сердце.
— А Света не причём, — тоже шепнул он. — Спрашивай.
— Что? — испугалась я ещё больше.
— А нет вопросов?
Он имеет ввиду Охотника? Но мы же уже выяснили… или нет? Ладно.
Я закрыла глаза, выдохнула. Если Ваня тот, кем я хочу, чтобы он оказался, то точно знает продолжение этой фразы:
— Скажи, что я птица.
Ванины руки коснулись моих, наши пальцы сплелись, и я забыла, как дышать.
— Ты птица, — выдохнул он. Стук моего сердца отдавался в ушах, а ещё я ощущала спиной, как колотится его.
— А теперь скажи, что ты птица.
— Если ты птица, то и я птица. Поймалась? — я услышала в его голосе улыбку, тоже улыбнулась, не открывая глаз. А то ещё расплачусь.
— Поймалась… зачем всё это было? Со Светой.
Он вздохнул, щекоча меня дыханием.
— У меня ведь не было шансов. Ты влюблена… была?
— Уже не важно, теперь всё прошло, — вряд ли стоит говорить ему правду об Илье. — Но ведь ты даже не пробовал! — да, Ваня со Светой не сразу стал встречаться, но ведь ко мне подойти даже и не пытался! Я бы точно заметила. Наверное.
— Во-первых, ты меня в упор не видела, — немного обиженно проговорил он, всё так же стоя за моей спиной. Хм, а так говорить явно проще, это он правильно встал. — Во-вторых, я лично видел, как ты рыдаешь по кому-то, — Ваня вздохнул. — Ну, и ещё я трус.
— Трус? — улыбнулась я. — А так и не скажешь.
— Коршун, у тебя из-за меня будут проблемы, но я не отступлю, — сказав это, Иван легонько коснулся губами моей шеи, а моё сердце, которое только начало успокаиваться, снова стало набирать обороты. — Я пытался заставить себя… посмотреть на Свету, но…, — прошептал он.
— Света против, да? — печально спросила я, имея ввиду, что они, наверное, это уже обсуждали, и подруга не одобрила наших отношений, если бы они начались.
— Да причём тут она?
— Ты же сам только что сказал, что у меня будут проблемы. А потом про Свету.
— Это были два разных факта, — усмехнулся Ваня. — Проблемы у тебя будут с братом.
— Я так и знала! — я развернулась, чтобы посмотреть в его брехливые глаза. — Ты же сказал, что…
— А ты хочешь ещё раз услышать, что я трус? — с возмущением поинтересовался он. — Да, трус! Большой дяденька велел не появляться рядом с его сестрёнкой, а я побоялся ослушаться, поэтому замутил с её подругой, чтобы хоть как-то поближе быть! Как думаешь, стоило таким хвастаться?
— Серьёзно?! — изумилась я. — Блин, Дима! Это было на Новый год?
— Да, — Иван опустил голову, немного отвернулся, а мне почему-то стало смешно.
А от Димы я примерно этого и ожидала. Теперь понятно, чего он бесился, когда видел Васильева рядом со мной. Брат любит, чтоб его слушались, а тут какой-то пацан осмелел и делал то, что Димка ему запретил. М-да, а с братом у нас будет серьёзный разговор, только, скорее всего, орать на меня будет он, а не наоборот, как я сейчас это планирую.
— Но можно же было мне сказать, Ваня!
— Ты ненавидела меня! — воскликнул он. — А тут я такой: привет, хочу вот рядом быть, но твой бешеный брат против! Так?
— Неправда! Недолюбливала, но чтобы прям ненавидеть…
— Коршун! — теперь засмеялся Иван. — Даже, если и нет, всё равно! Я же видел, как ты ревела по какому-то… мудаку! — выплюнул он со злостью. — А потом и Света постоянно говорила, что ты влюблена…
— Света! — закатила я глаза, а он хитро улыбнулся.
— Зато через неё я узнавал о тебе…, — Ваня наклонился к моему лицу, посмотрел в глаза: — Карина… можно я стану твоим…
— Подожди! — пискнула я. — Так быстро всё…
