Пока Ленард объяснял ей, как проходит издательский аукцион, Мэри-Ли оглядывалась вокруг. За соседним столиком она заметила молодого человека, который не сводил с нее глаз. Светловолосый, плотного телосложения, в очках, он был похож на инженера-программиста. Их взгляды встретились, и, к ужасу Мэри-Ли, незнакомец ей подмигнул.
Она залилась краской, сжала свой бокал и уставилась в пол.
– ...так что страсти иногда накаляются, – продолжал Ленард, как ни в чем не бывало. – Если предложений окажется достаточно много, цена вполне может подскочить до шестизначной суммы. Кстати, на прошлой неделе я выставлял одну рукопись, за которую предложили даже семизначную цифру.
Мэри-Ли снова обратилась в слух:
– Вы хотите сказать... миллион долларов?
Ленард развел руками:
– За вашу книгу, разумеется, столько не дадут. Обещать ничего не могу. Скажу лишь одно: когда дело доходит до денег, я сражаюсь как тигр. Поэтому чуть ли не во всех издательствах я нажил себе врагов.
Через несколько минут агент извинился и сказал, что ему нужно возвращаться на работу. Мэри-Ли задержалась в баре и заказала еще одну «кровавую Мэри».
Она погрузилась в эйфорию. До начала занятий оставался еще месяц. Она решила уволиться из газеты и целиком сосредоточиться на доработке книги.
– У вас прелестная косичка, – прошептал чей-то голос над ее ухом. – Мне очень нравится.
Она вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял тот самый молодой человек. В его глазах она безошибочно прочла совершенно определенный интерес.
Случайное знакомство в баре. И она, и ее подруги всегда считали, что это банально и пошло. В других обстоятельствах она бы пробормотала что-нибудь невразумительное, а потом удалилась в женский туалет, чтобы избежать дальнейших разговоров.
Но сегодня Мэри-Ли была в ударе.
– О, благодарю вас! – откликнулась она тоном светской львицы и улыбнулась так, как это делала Мариетта, когда ей нужно было кого-то очаровать.
– Разрешите? – спросил он, присаживаясь рядом с ней. – Вы манекенщица? Это сразу видно.
Минут через двадцать у нее не осталось ни малейшего сомнения: он хотел с ней переспать. Впервые ею заинтересовался мужчина. Вот что значит написать книгу: это многократно прибавляет женского обаяния и уверенности в себе, решила Мэри-Ли. Она смело посмотрела ему в глаза и облизала губы кончиком языка.
Он взял ее за руку. У него были сильные теплые пальцы.
– Где ты живешь? – нетерпеливо спросил он.
– В другом городе. А здесь я сняла номер в гостинице...
– Едем туда. – Он потянул ее за руку и на ходу бросил на стойку деньги.
В такси он сжал ее в объятиях. Мэри-Ли на какое-то мгновение пришла в ужас. Новый знакомый начал жадно целовать ее, раздвигая ей губы языком. Мэри-Ли почувствовала запах пива. И запах мужского тела. Это было совершенно новое, неизведанное впечатление.
Они оторвались друг от друга и засмеялись. Мэри-Ли больше не хотела ни о чем думать.
Таксист бесстрастно гнал машину по улицам. Теперь объятия походили скорее на борьбу, чем на ласку. В промежутках между поцелуями каждый нетерпеливо обшаривал руками тело другого, насколько позволяла одежда. Оба стонали от желания, не в силах сдерживаться.
Такси остановилось. Они обняли друг друга за плечи и вбежали в вестибюль гостиницы, громко хохоча и не замечая неодобрительных взглядов. В лифте Мэри-Ли нажала кнопку тридцать шестого этажа. Ее спутник задрал ей юбку.
– Я хочу прямо здесь, – жарко прошептал он, стягивая с нее трусы. – Расставь ноги.
Мэри-Ли прижималась к нему, чувствуя, будто несется вниз с американских гор и не может остановиться.
– Согни коленки, – задыхался он, – присядь, вот так.
Мэри-Ли подалась вперед, чтобы ему было удобнее. Она не отдавала себе отчета в том, что происходит, и лишь импульсивно двигалась в такт его толчкам.
Не прошло и минуты, как Мэри-Ли почувствовала, что по ее голым ногам стекают густые струйки. У нее осталось смутное ощущение травмы. Она поймала себя на том, что не знает даже имени своего первого мужчины и больше никогда его не увидит. Кто угодно мог их застукать в этом лифте. Завтра она будет сама себе противна.
Но сейчас это не имело никакого значения. До завтра еще надо было дожить.
Он стоял перед ней на коленях и касался ее губами и языком, становясь все настойчивее. Мэри-Ли застонала и негромко вскрикнула. Его руки тянули ее вниз, на пол. Последним усилием воли она нажала на кнопку «стоп», и лифт остановился между этажами.
Когда он овладел ею во второй раз, из ее груди снова вырвался крик. Ей было хорошо, так хорошо! Она больше не беспокоилась о том, что их могут увидеть. Ощущение риска и опасности только усиливало любовный экстаз.
* * *
Через месяц Мэри-Ли узнала, что издательство «Краун» купило права на ее книгу. Аванс составил двести восемьдесят тысяч долларов. Бобби Ленард сказал, что на его памяти произведение начинающего автора ни разу не приносило таких астрономических гонораров.
Получив первую выплату – чек на одну треть от общей суммы аванса – Мэри-Ли вернулась в Покипси и открыла личный счет в банке. После этого она отправилась на распродажу подержанных автомобилей и купила себе «камаро» выпуска 1980 года, машину спортивного типа с пробегом всего в десять тысяч миль.
В тот же день Мэри-Ли зашла в бар неподалеку от редакции «Покипси джорнэл», где обычно собирались репортеры и рекламные агенты. Она заказала «кровавую Мэри» – с недавних пор водка с томатным соком стала ее любимым напитком.
– Эй, привет, путешественница! – К ней проталкивался Говард Бойкин, редактор отдела новостей.
В свои тридцать два года Бойкин был начисто лишен сантиментов и всем своим видом показывал, что устал от жизни. Репортеры побаивались его злого языка.
– Что новенького? – небрежно спросил он. – Свой опус пока не пристроила?
– Ну почему же...
– Что я слышу? Нет, кроме шуток: ты его кому-то сбагрила? Сдохнуть можно!
– Да, представь себе! – Мэри-Ли рассказала Бойкину, как издатели ухватились за ее рукопись.
Бойкин от удовольствия хлопал в ладоши и оглушительно хохотал.
– Просто не верится! Значит, книжка пошла в печать. Кстати, кто тебе дал боевое крещение? Я! Что ты теперь собираешься делать? Вассар, наверно, бросишь? Будешь печататься? С таким багажом за плечами ты вполне можешь претендовать на место в какой-нибудь солидной газете. У меня, между прочим, есть знакомая в «Нью-Йорк дейли ньюс». Позвони ей, сошлись на меня, договорись о встрече. Покажешь ей свои материалы, которые мы публиковали в «Покипси джорнэл», и в первую очередь тот репортаж о трагедии в горах. Захвати пару глав из книги. Вот увидишь, она заинтересуется. Черт возьми, – вдруг погрустнел он, перебивая сам себя, – молодежь прямо на пятки наступает.
