поняла, что вот эту скотину мне ни капли не жаль.
Значит ли это, что во мне нет ни капли сострадания? Возможно. Но заставить себя жалеть его я попросту не могла. Подлетела к нему и, невзирая на побитое лицо и сочившуюся кровь, схватила за грудки со словами:
– Где моя мать?!
Эпилог. Игорь
– У меня руки трясутся, милый. Неужели сегодня мы скажем этому кошмару «до свидания» навсегда?
Приобнял жену и опустил руки на ее уже заметно округлившийся живот. Ева была прекрасна в своём светлом платье в положении, такая нежная, волнующая.
– Перестань нервничать. Малышу это вредно. И ты же знаешь, что да, все закончилось.
Самому не верилось, что все позади. Вчера был пойман последний организатор салочек. И помогли в этом сами жители. Ильяс оказался прав. Нам было не справиться в одиночку.
Но мы больше никогда не будем одни. Теперь все хорошо, у нас есть большая семья и друзья. А сегодня мы пойдём на великолепный ужин в честь самого дорогого для меня человека. Девушки, что вытащила меня из ада, моей жены.
– Пойду проверю, готово ли все.
Она в сотый раз поправила локон и нервно улыбнулось. Нет, так не пойдёт. Надо отвлечь ее.
Я рывком развернул ее и впился в рот горячим, сжигающим все преграды поцелуем. Она было дернулась, но тут же обмякла в моих руках. Моя самая сильная и смелая девочка.
Никогда не встречал таких, как она. Я полюбил ее всем сердцем, даже не подозревая, какой мир внутри этой великолепной женщины. Сколько в ней открылось и до сих пор продолжает открываться…
Мы нашли ее маму. Довольно быстро, ведь прокурор практически сразу же сдался и скинул нам координаты. Какого было наше удивление, когда уже через пару дней Ильяс и Ева стояли возле потрясающе красивого дома в пригороде Ремора, а встречала их…
– Ира?
Признаться, я сам удивился. Оказалось, мама Евы уже очень давно работает на мужа Иры. Она пришла в этот дом задолго до того, как сама «противная стерва», как говорила любимая, появилась на юге.
А дальше происходящее скорее напоминало сказку. Мы готовились к тому, что психика женщины повреждена, боялись реакции, даже везли с собой целый штат специалистов по гипнозу и психиатрии, но…
Как только мать и дочь увидели друг друга, сработал эффект моря. Они расплакались, бросившись друг к другу в объятья. Потому что вспомнили. Вспомнили каждую секунду их жизни.
Самые прекрасные на свете женщины. И одна из них принадлежит мне. Ильясу же пришлось не так просто. Он до сих пор пытается найти подход и вымолить прощение.
Конечно же, у него получится, ведь в голубых глазах тещи светится любовь, но и со стальным стержнем он ни капли не обманул. Она потребовала сначала исправить то, что они натворили, а уже потом подумать…
Исправить. Я сначала не понимал, как вообще можно исправить то, что сделано. Жизни не вернёшь. Близкие, мои в том числе, навсегда останутся похороненными под толстым слоем земли.
Да и сломанные судьбы… Как вообще можно такое исправить?! Но я оказался неправ. Люди настолько настрадались, что с радостью приняли помощь.
Да, не всем одинаково хорошо удавалось справиться с горем, но это не означало, что так будет всегда. Они старались. Ева старалась.
Не знаю, простила ли она отца, но работала с ним рука об руку. Она бы вообще сутками не вылезала из своего нового места обитания, но, слава Богу, узнала, что беременна.
Она призналась, что думает, что жизнь в ней зародилась в тот самым момент, когда мы впервые были близки и стали свободны. Свободны от всего, когда поняли, что друг друга…
Мы никогда не говорим этого вслух. Это стало доброй традицией. Просто «ты знаешь, что я тебя…». Вот так просто. С верой…
Она оторвалась от меня, сверкая глазами. Моя прекрасная светская львица. Как же она красиво смотрелась на всех этих встречах с жертвами, как же уверенно вела себя, как много было в ней сострадания…
Люди ей верили. Потому что она сама прошла через игры, теперь девушка безошибочно определяла их боли и помогала от них избавиться. Невероятная…
– Ты мне макияж испортишь! Игорь, все должно быть идеально. Ты же знаешь, что в других городах тоже будут нас смотреть. Мне важно найти всех!
Кивнул. Да, я знал. Движение против игр для взрослых под названием «Мы выбираем свой путь сами. Мы выбираем жить» распространялось очень быстро.
Множество людей бежали из Гродного или боялись, что за ними придут для второго раунда. Теперь Ева организовала для них помощь. Психологическую и финансовую, благо денег хватало.
Огромной поддержкой в этом деле ей стали Адалина и Лиза. Подругу жены с моим братом мы тоже нашли на юге. Встреча была очень тёплой. Мы долго жали друг другу руки, а девочки плакали.
Потом я спросил Еву, как ей встреча с южной бунтаркой, ведь она так боялась, что та ее не простит. Но жена ответила, что они слишком сильно изменились обе. И теперь понимают друг друга без слов.
Лиза, жена Марка, моего лучшего друга, влилась в этот коллектив идеально. С Адой они уже были знакомы, поэтому никаких проблем не возникло.
Все три прошли через игры. Разные. Все три теряли, находили и страдали. Все три обрели счастье и любовь. Все завертелось очень быстро.
– Пойдём?
Мы вышли и отправились в особняк пряток. Теперь это место стало своеобразным символом новой жизни. Ильяс, как и обещал, подарил его своей любимой и теперь устраивал приём в честь официального создания фонда.
Мы пришли в числе первых. Нам навстречу тут же выбежала Елизавета Быстрицкая. Красивая всё-таки жена у моего друга. Вскоре показался и он сам. Шутливо спросил его:
– Как дела у нашего нового мэра? Вы готовы, господин Быстрицкий, оправдать ожидания избирателей?
Черноволосый и серьёзный Марк весело фыркнул, прижимая к себе суетящуюся Лизу и попутно окидывая ее восхищённым взглядом,
