Но теперь ей больше не нравилось извиняться за него…
Джонатан взял сотовый телефон, нажал кнопку автоматического набора своего домашнего номера и стал слушать, как звонит телефон на другом континенте. Адель оставила сообщение в 5.20 утра по лондонскому времени. Сейчас было 6.00.
Трубку никто не снял.
Глава 25
Шарлотта торопливо шла сквозь дождь, прикрывая рукой глаза, когда вспыхивала молния, и гадала, могут ли дела пойти еще хуже. Когда они с Джонатаном вернулись из дома Наоми, на автоответчике их ждало сообщение: звонил член консультативного совета ФДА в Вашингтоне, федеральный округ Колумбия. Он дружески относился к «Гармонии биотех» и поддерживал ее новый препарат ГБ4204, который должны были одобрить в совете. Он передал следующее:
«Ваше дело отложили, Шарлотта, под предлогом того, что ведется расследование трех смертей, связанных с употреблением продукции „Гармонии биотех“. Мне очень жаль, но если установят вину вашей компании, то вам придется вернуться к исходной точке, и на утверждение вашей формулы уйдут годы. Но есть новости и хуже, Шарлотта. Мне не следовало вам этого говорить, но мне нравится ваша компания и ваши принципы работы. Кроме того, я лично поддерживаю лечение травами. Вам необходимо знать, Шарлотта, что компания „Синатек“ представила на рассмотрение их собственную формулу антиракового препарата. Больше я ничего не могу вам сказать, мне остается только предупредить вас, что, если ваше лекарство будут рассматривать слишком долго, „Синатек“ вас опередит».
«Нет! — думала Шарлотта, пока бежала под дождем, прижимая пальцы к груди и ощущая успокаивающее присутствие медальона династии Цин. — Наша формула должна быть первой! Я обещала…»
— Чарли! — воскликнул Десмонд, как только она вышла из лифта. — Слава богу, что ты еще здесь!
Шарлотта сняла плащ и стряхнула его.
— Что случилось?
— Я подумал, вдруг ты ушла домой…
— Но моя машина на стоянке, Дес. И я бы не ушла, не предупредив тебя.
Шарлотта повернулась к Валериусу Найту, который задумчиво ее рассматривал.
— У вас удивительная способность всегда появляться вовремя, — заметил он. — Вы пользуетесь хрустальным шаром?
Шарлотта надеялась, что он не заметит, как пульсирует жилка у нее на шее.
— Вы хотели меня видеть, мистер Найт?
— У меня плохие новости. В Чикаго — четвертая жертва.
Шарлотта прижала ладонь к губам.
— О господи, нет.
— Пожилой мужчина. Пока не умер, но очень плохо себя чувствует. Его подключили к аппарату искусственного дыхания. Он как раз только что принял несколько порций вашего так называемого средства от импотенции…
— «Десять тысяч ян»?
— Совершенно верно. У нас пока нет окончательных результатов анализа крови, но все симптомы ясно указывают на передозировку эфедрина.
Агент посмотрел на наручные часы, потом перевел взгляд на часы на стене, и Шарлотта подумала, что он, очевидно, кого-то ждет.
— Десмонд, — Шарлотта повернулась к своему двоюродному брату, — посмотри, что мы можем выяснить о последней жертве, его семье…
— Мы это сделаем. И вот еще что, Шарлотта…
— Да?
— Ты что-нибудь нашла? Я имею в виду финансовые отчеты.
Она вгляделась в черные стекла его очков и подумала, знает ли Десмонд, что ее файлы заблокированы. И не он ли поставил блокировку, словно ловушку, чтобы попытаться выяснить, что на самом деле она может предпринять?
— Я пока ничего не нашла, Дес. Но я над этим работаю. А где Марго?
Он сунул руки в карманы.
— Я полагаю, мать все еще красит губы.
Шарлотта испытующе посмотрела на Десмонда. В его голосе появилась какая-то горькая новая интонация, когда он говорил о своей матери. Шарлотта впервые заметила это год назад, когда вернулась из путешествия по Европе, где осматривала фармацевтические фабрики. И тогда же она обратила внимание на то, как изменился мистер Сунг… В то время она решила, что это все плоды ее воображения, потому что в отношении мистера Сунга она не могла бы сказать ничего конкретного. Но с Десмондом явно было что-то не так. Он всегда гордился своей матерью, превозносил до небес достижения Марго, восхищался тем, как она тщательно следит за собой, чтобы оставаться молодой и красивой. Но теперь в его отношении к матери что-то изменилось. Шарлотта не могла понять, что же случилось в ее отсутствие, но решила отложить обдумывание этой тайны на потом.
— Когда увидишь Марго, скажи ей, что я хочу с ней обсудить запись моего телеобращения.
— Разумеется. А о чем ты собираешься объявить?
«Если повезет, то я сообщу имя убийцы», — подумала Шарлотта, но промолчала.
Она смотрела, как Десмонд идет по коридору, а видела закутанную в одеяло Наоми, прижимающую к себе мокрую кошку. Неужели Десмонд это сделал?
Она повернулась к агенту Найту:
— Я вам больше не нужна?
Он снова взглянул на часы и вежливо улыбнулся ей:
— Я жду кое-какую… информацию. Вы не могли бы мне сообщить, когда соберетесь уехать с фабрики? И еще одно: вы, кажется, говорили, что незнакомы с первой жертвой — женщиной, пользовавшейся бальзамом «Красота и Ум»?
Шарлотта почувствовала, что у нее пересохло во рту, но спокойно посмотрела на Найта.
— Совершенно верно.
— И вы по-прежнему настаиваете на этом? Вы никогда не встречались с этой женщиной?
— Насколько мне известно, нет.
Шарлотта прошла по коридору до кабинета Адриана и там остановилась. Найт уже не мог ее видеть, и она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя. Неужели он уже знает о том интервью восьмилетней давности и о том, что покойная как раз и брала его? Или он просто прощупывает почву? Шарлотта боялась, что, если агент спросит ее еще раз, ей не удастся сохранить самообладание…
Адриан Барклей, главный финансист компании, сидел за столом и говорил сразу по двум сотовым телефонам. В отличие от Марго, которая являлась на рабочее место обязательно свежей, с новым гримом, отлично владея собой, вид у Адриана был неважный. Впервые за все время Шарлотта подумала, что он выглядит на все свои шестьдесят восемь лет.
— Мне необходимо с вами поговорить, — начала она.
Он поднял вверх пять пальцев.
— Немедленно! — настаивала Шарлотта.
Адриан закончил оба разговора и целиком переключился на нее.
— Ладно, в чем дело?
Как всегда, Шарлотту поразили глаза Адриана. Она долгое время гадала, знает ли их обладатель о том, какое впечатление они производят на окружающих. Эти дымчато-серые глаза в окружении густых черных ресниц излучали тайну и власть. И тут Шарлотта вдруг поняла, что Совершенная Гармония влюбилась именно в эти глаза, когда заглянула сквозь витрину в ювелирный магазин. Это были глаза Гидеона Барклея, потому что Адриан являлся его сыном!
