возросли многократно. Даже если бы в тот момент на него напали шесть чунинов одновременно, то вряд ли они смогли что-то противопоставить Ли. Ибо он был неостановим.
Рок Ли стоял напротив своих сокомандников и тяжело дышал. Он деактивировал Врата. Несмотря на относительно недолгое поддержание техники, генин был вымотан.
— Вы молодцы! — заявил Гай, подходя к своим подопечным. — Особенно ты, Ли, я горжусь тобой!
Ли нашёл в себе силы встать в позу хорошего парня:
— Сенсей, всё благодаря вам. И благодаря Силе Юности!
Неджи, осматривая местность бьякуганом, дёрнул головой.
— Вражеский джонин!
— Он лежит, отдыхает, — беспечно махнул рукой Гай.
— Нет, сенсей, — взволнованно проговорил Хьюга, отключая додзюцу. — Он пропал!
— Э-э? Как пропал? Я же только что его вырубил!
Джонин кинулся к месту, где недавно оставил бессознательное тело Забузы, однако там уже было пусто. Недовольно цыкнув зубом, Гай вернулся к команде и произнёс:
— Улизнул, гад!
* * *
— До чего же жалкое зрелище, — скривился мужчина с серо-голубой кожей в плаще Акацуки. — И это один из Семи Мечников Тумана. Мало того, что проиграл какому-то животному, так его ещё и забрал собственный ученик с поля боя. Смех да и только. А эти чунины… что за убожество. Полегли от рук сопливых детишек.
Изображение, проецируемое при помощи гендзюцу Учихи, рассеялось. А ворон, что парил в небе над недавней битвой третьей команды, так и остался наблюдать за происходящим сверху, в нескольких километрах от присутствующих здесь наёмников.
— Гай — сильнейший в тайдзюцу, — безразлично констатировал брюнет. — Несмотря на наше предупреждение, Забуза был обречён с самого начала. Не факт, что без меня ты сможешь справиться с Майто.
— Ты меня недооцениваешь, Итачи. Меня одного хватит, чтобы справиться с этой кучкой детишек и ущербным джонином.
— Ты слишком самоуверен, Кисаме. А ещё слишком полагаешься на свой меч и преимущество в количестве чакры. Более того, у тебя есть дурная привычка — играть с противником. Когда-нибудь это тебя погубит.
Кисаме на это заявление лишь оскалился, выставляя напоказ острые треугольные зубы:
— Хватит трепаться. Ждём лысого, а потом накроем всех сразу?
Учиха на несколько мгновений прикрыл глаза. Можно было подумать, что он задумался, однако он лишь переключил внимание на двух токубецу-джонинов Конохи, что недавно вышли на берег Страны Волн.
Итачи качнул головой:
— Нет, идём сейчас.
— Мудрое решение, — Кисаме погладил рукоять забинтованного меча у себя за плечом. — По отдельности они будут лёгкой добычей.
* * *
— Ты был невероятен, Ли, — произнёс Неджи, оглядывая поле боя.
Их учитель в это время решил подвергнуть себя наказанию за то, что упустил джонина-туманника. Поэтому Гай надел утяжелители и принялся приседать на одной ноге с двумя брёвнами на плечах. Тен-Тен же сейчас обрабатывала рану кряхтящему Тадзуне.
— Ха, Неджи! — осклабился генин. — Этот приём я готовил специально для тебя. На экзамене я выложусь на полную против тебя! — он поднял палец и подмигнул Хьюге, однако в этот раз «поза хорошего парня» вышла слегка напряжённой и натянутой. Всё же открытие Врат Жизни не прошло для толстобровика бесследно.
Хьюга кивнул. Он и подумать не мог, что Ли сможет овладеть Техникой Небесных Врат. Подобное киндзюцу способен применять далеко не каждый, ибо для этого требуется невероятная физическая подготовка. Неджи нередко называют сильнейшим генином, однако сегодня он понял, что Ли достоин занять этот титул вместо него. Раньше, ещё в Академии, парень считал, что Рок Ли лишь забавный мальчишка, который стремится стать сильнее, но никогда не сможет прыгнуть выше своей головы. Неджи считал, что судьбой тому уготована участь максимум простого генина, посмешища, плетущегося позади всех. Ведь неспособность применять ген- и ниндзюцу очень сильно бьёт по общей боеспособности шиноби. Однако постепенно бесталанный мальчик шёл против своей природы, шёл вперёд вопреки всему и достигал воистину невероятных результатов для своего уровня…
И сегодня Ли доказал, что судьба может одаривать упорных и трудолюбивых. Рок Ли гений. Гений упорного труда. Каких ещё высот он сможет добиться в будущем — неизвестно, однако если Ли продолжит в том же духе, то, вполне возможно, станет одним из сильнейших шиноби Конохи.
«Быть может, это часть его судьбы? Стать сильным несмотря ни на что…» — мелькнуло у Неджи. Парень потёр свой протектор на лбу, что скрывал печать Побочной Ветви его клана.
От размышлений Хьюгу отвлек архитектор:
— Что-то мне плохо. В глазах двоится.
Старик тряхнул головой, после чего его тело накренилось. Не удержав равновесие, он упал и начал задыхаться.
— Тадзуна-сан! — крикнула Тен-Тен. Пот градом катился со лба архитектора, он задышал часто и прерывисто. Гай побросал свои брёвна и мигом устремился к клиенту.
— Что с ним? — спросил Майто.
Девушка быстро открыла свою сумку и принялась разыскивать антидот. Судя по всему, на том сюрикене, что задел Тадзуну, был яд, и подействовал он не сразу. Благо Тен-Тен проходила курсы ирьёниндзюцу и была осведомлена об основных ядах и противоядиях, используемых в полевой работе шиноби.
Разыскав бутылёк с нужным антидотом, она залила содержимое в глотку Тадзуне.
— Яд с отложенным действием, — ответила Тен-Тен своему сенсею. — Хорошо, что по симптоматике поняла сразу, какой именно. Если бы промедлила пару минут — он бы помер.
Тадзуна в это время погрузился в спасительное забвение. До дома старика было около двух часов ходьбы, но в таком состоянии его пока желательно не перемещать. Сам он некоторое время, по понятным причинам, ходить не сможет.
— Сенсей, нам придётся устроить привал, — сказала Тен-Тен.
Гай кивнул и стал помогать Неджи обустроить временный «лагерь». Ли он строго-настрого запретил напрягаться, так как недавно генин использовал Технику Врат.
Рок Ли развалился неподалеку от сокомандницы. Он открыл свою флягу с водой, однако та оказалась пуста. После использования киндзюцу его тело болело, кроме того, невероятно хотелось пить. Тен-Тен была занята Тадзуной и начала готовить какие-то лекарства для архитектора. Неджи с Гай-сенсеем также были заняты добычей хвороста, и отвлекать кого-либо из них от работы Ли не хотелось. Так же как и не хотелось показывать собственную слабость.
Под рукой очень кстати
