Выйдя из собственного кабинета, не мог не заметить хмурой ухмылки кузена, восседавшего в углу. Даже после драки в таверне и полученного выходного, он не нашел в себе силы, признать, что Дарина нисколько им не интересовалась. Зато свалил всю обиду на мою несчастную спину. Что же, мне не привыкать? Примерно таким же образом я потерял друга в лице Лайона, но колдунья-то не Женевьева. Не будет одновременно крутить романы с несколькими мужчинами. Да она при слове «свадьба», «жених», «невеста» нервически смеется и усиленно потеет, думая, что никто не замечает сего факта.
Игнорируя тяжелые вздохи Дэниэла и, даже оборачиваться на нее не стал, Элайзы, покинул фабрику и влез в собственный экипаж, намереваясь прогуляться с де Артвуд, обсудить нынешнее положение дел и потихоньку давать ей понять, что союз неизбежен. Это почти как дичь загонять: осторожно приближаться и накидывать силки.
Через долгие двадцать минут мы достигли невзрачной столовой. Из ее дверей выходила сиявшая улыбкой Дарина, черный огромный пес, а рядом с ними возвышалась мужеподобная хозяйка заведения.
— А вот и наш благодетель. —Ассистентка только обрадовалась моему появлению. — Дес де Ричмонд, познакомьтесь. Это Карла.
Тролльчиха ее энтузиазма не разделяла. Высокая, пухлая и по народному простая.
— Здарова, серый. Значится, мы коллеги теперь.
Я оглянулся на ведьму в поисках хоть какой-то поддержки. Она серьезно?
Нет, не так. ОНА СЕРЬЕЗНО?
На что Даша скорчила смешную рожицу и изобразила глаза несчастного потерянного олененка. В ее случае беспроигрышный вариант, так как я не нашел способов противостоять ее томному взгляду.
— Добрый день, Карла, — вздохнул немного удрученно. — Рад нашему знакомству. Вы простите, но у меня и у десы де Артвуд осталось совсем немного времени, но я обязательно навещу вас на неделе, — горячо пообещал хозяйке и с силой утянул колдунью за собой.
— Пока, Карла, — она успела помахать рукой тролльчихе и, восседая на скамейке в карете, с вызовом спросила, — И что это было? А вдруг она обидится?
— Не обидится, — мне было абсолютно плевать на мнение не самой приятной женщины в городе. — Хотел предложить тебе отдых. Как ты на это смотришь?
После вчерашнего пришел к выводу, что девушка забывает о своих потребностях и предпочтениях, оттого и сильно растрогалась, обнаружив приготовленный ужин. Теперь весь план по ее соблазнению строился на выведенном умозаключении.
— О, — Дарина выставила большой палец. — Определенно положительно. А куда пойдем?
— В парк, — пожал плечами.
В Гроунвуде небольшой выбор мест для свиданий. Городской парк, театр и несколько изысканных ресторанов, где барышня наверняка погрузится в профессиональную атмосферу, достанет клочок пергамента и начнет вести заметки, чтобы такого внести в свою собственную кухню.
Пока мы ехали, успели еще обсудить и будущих работников гильдии, пересмеиваясь между собой насчет их вида деятельности. Фонарщики, актеры, попрошайки — кого только не было в списке. Но, как ни странно, Де Артвуд на раз придумывала им настоящие должности. Фонарщик становился осветителем на фабрике. Девушка заметила, что рабочим неудобно ковать, когда вокруг сплошная темень. Актер будет стоять возле открытых лавочек и привлекать народ в будущие заведения, а вот попрошайкам она отвела должность шпионов. Пусть продолжают свою деятельность, но зорко подмечают все происходящее вокруг них.
— Я к тебе такому не привыкла, — высказалась она вдруг, подавая мне ладонь и выбираясь из экипажа. — Вежливый, заболивый, обходительный. Это точно ты? У тебя, случайно, нет брата-близнеца?
— Случайно, нет, — я усмехнулся. — Но привыкай, мы же теперь жених и невеста. — Завидев ее довольно настороженное лицо, добавил. — В глазах остальных.
— А, ну ладно тогда, — взмахнула она рукой, словно откидывая подозрительность, и выпустила фамильяра на пробежку.
В делах я не успел подумать о Пушке, которому бы подобная прогулка тоже понравилась.
Мы мило переговаривались, и я старался узнать девушку получше. Она любила полевые цветы, музыку и суету, но не любила обыденность, столичные предубеждения и глупость.
Жаль, что огороженная высокими кустарниками территория принадлежала не нам одним. Еще издалека я увидел, как по дорожке навстречу бредут вездесущий Лайон де Лиев и его помощник Энтони де Руан.
Даша, казалось, ничего вокруг не замечала, но ощутила мое напряжение и смену настроения.
— Почему ты нахмурился? Я что-то не так сказала? — она вперилась взглядом в ту же сторону, куда всматривался я. — А, зло не дремлет, — усмехнулась ведьма. — У зла империя разваливается. — И схватила меня за ладонь, переплетая пальцы.
Почувствовав теплые прикосновения, немного опешил. Если так дальше пойдет, я буду максимально пользоваться случаем и везде натыкаться на льва с его ручным нагом. Забудется, заврется, заиграется в жениха и невесту, а там и свадьба состоится. Сама оглянуться не успеет, как будет окольцована.
Наше столкновение с бывшим другом было неизбежным и сильно напоминало встречу двух лихих злодеев из детективных романов, которые я иногда почитывал, давая вечно работающему мозгу небольшой отдых. Мы медленно приближались, сверлили друг друга глазами и про себя продумывали способы умерщвления противника. Стоило бы предупредить Дарину, что Лайон средненький менталист, но что-то мне подсказывало, что она уже в курсе. Встречались-то мы не в первый раз.
— Даша, а ты умеешь ставить ментальные щиты? — спросил на всякий случай.
Иначе вся наше конспирация пойдет в ту самую яму, которую в данный момент старательно выкапывал Бали, игнорируя запрет на подобные действия в парке.
— У меня магия лучше, — она нисколько не растерялась, но вот на лице застыло нечитаемое выражение.
Странное такое, ехидное. Понятия не имею, о чем та думает и, пожалуй, не хочу.
Де Лиев при виде де Артвуд вздрогнул, чуть скривился, но все же смог изобразить фальшивую улыбку.
