Читаем без скачивания Вивьен Вествуд - Иэн Келли

Во время работы в Италии Вивьен создала еще одну коллекцию – «Мини-крини» (1985), которая, как считается, изменила силуэт женской одежды. А еще часто говорят, хотя и не самой Вивьен, что эта коллекция изменила ее карьеру. «Скорее, это был «Харрис-твид», но вообще в то время не было ощущения, что какое-то событие изменило мою жизнь. Когда я была маленькой, меня вдохновляли фотографии королевы и балерин. Я ходила на балет «Петрушка» и увидела там коротенький, похожий на колокольчик, обрезанный кринолин, в котором кружилась балерина. Он был бесподобен. И этот образ я приберегла на всякий случай. Случай наступил в Италии». Коллекция «Мини-крини» оказала влияние на многие аспекты моды. Во-первых, после показа изменился силуэт женской одежды: мало кто из женщин стал носить сам короткий кринолин, но он означал конец плечевым накладкам, популярным в 80-х, и возврат к женственным формам. Изменившаяся линия талии повлекла за собой возврат к естественной линии плеча. Иногда говорят, что вещи из «Мини-крини» положили начало работы Вивьен с корсетами, хотя, если уж быть точными, это произошло чуть позже – в коллекции «Харрис-твид». Правда, в коллекции «Мини-крини» Вивьен выставила наружу немного шнуровки на задней части юбки – это возбудило интерес к нижнему белью как элементу верхней одежды; это был один из шутливых акцентов коллекции – пародия на наряды Викторианской эпохи, на скрытый эротизм одежды строгого кроя. С коллекцией, которую смогли привезти из Италии во двор Лувра на показ весна/лето 1986, связаны два воспоминания: о том, как она чуть не потерпела полный провал, и о том, как семнадцатилетний Джо Корр вместе с одним парнем-итальянцем везли ее через Альпы. «В то время я уже уехал из дома и жил в Финчли, – вспоминает Джо. – Отличные были времена, мы тусовались с Гаем Ричи и другими детьми из Южного Лондона, которые потом стали преступниками или знаменитостями. Я, в частности, не увлекался наркотиками, так что мне удалось накопить приличные деньги, и я решил, что хочу отправиться в путешествие и навестить маму в Италии. Я сел на автобус и оказался в Тоскане. Мама жила в красивом отеле, и я к ней присоединился. По пути туда я спал под открытым небом, там было хорошо. Мама уже заканчивала создание «Мини-крини». Для нас обоих коллекция стала поворотной точкой. Магазин «World’s End» закрыли. Мы находились в Италии. И я поехал с мамой в Париж, точнее, я ехал с коллекцией в фургоне через границу с водителем-итальянцем. Мы провели показ. Он был потрясающим. И в итоге она спросила меня после показа, не помогу ли я ей снова закрепиться в Англии. Это изменило мою жизнь. А потом в итальянской компании решили, что выходят из игры: им казалось, что мамины модели для них слишком авангардны, слишком смелы. И это несмотря на то, что мы попали на обложку журнала «Vogue», потому что нашу коллекцию оценили как лучшую на парижских показах в том сезоне. Так что Карло и Вивьен договорились отправить коллекцию в Нью-Йорк Сьюзен Бартш, у которой там был магазин и которая организовывала вечеринки на Манхэттене, так что она могла устроить модный показ в Нью-Йорке».

Американская премьера коллекции прошла в клубе «Limelight» в Нью-Йорке, и в скором времени модели из нее стали верхом манхэттенского шика среди завсегдатаев клубов. Правда, у Сьюзен для продажи была только сама подиумная коллекция – и никаких перспектив начать ее производство ни в Лондоне, ни в Италии. Тем не менее «Мини-крини» имела резонанс просто благодаря быстрой реакции журналистов моды в Париже и Нью-Йорке. «Я точно знаю и тогда знала, – вспоминает Вивьен, – какая вещь и когда будет иметь успех, и тогда я знала, что популярными станут корсет и кринолин. Нужно чувствовать, что именно будет правильным». Считается, что коллекция в дальнейшем помогла Кристиану Лакруа создать пышную короткую юбку, которая некоторое время была в моде: в подиумную коллекцию он якобы включил ее как дань уважения Вивьен. «Все было не совсем так, – говорит Вивьен. – Позже мы подружились. Он всегда был очень приятным человеком, очень хорошим. Он однажды сказал мне: «Когда я увидел твою коллекцию «Мини-крини», я растерялся, потому что ты уже ее сделала». К тому моменту он некоторое время работал над похожими идеями. Так что наши имена обретали известность вместе».

Из архива, из розового мешка на молнии, вызывая у меня возбуждение и прилив крови, как у двадцатилетнего юнца, достают ту самую мини-крини с подиумного показа – виагру в бельевом исполнении. Юбочка кроваво-красного цвета в сверкающих кремовых точках и выглядит абсолютно новой. Мюррей Блюитт радостно улыбается, как будто кто-то только что напомнил ему о чем-то давно забытом. «Так вот, я хотела рассказать о мини-крини, – говорит Вивьен. – Но нужно понимать контекст, потому что мы же говорим о моде, и тут следует учитывать, какой образ пользовался популярностью в то время. А тогда популярны были образы Тьерри Мюглера и Клода Монтана́, их футуристические наряды, вариации на тему космической эры. Что меня на самом деле интересовало, так это использование крини как белья, чтобы создать новый силуэт женской одежды. Десятью годами раньше она выглядела как перевернутый треугольник: использовались подплечники, бедра обтягивались – а я хотела, чтобы женщина обрела силу благодаря своей женственности. Когда надеваешь мини-крини, то осанка становится как у балерины и выглядишь ты очень элегантно. Тебя начинают замечать, ведь юбка колышется так сексуально. Я начала, как обычно, с силуэта, с симпатичного классического силуэта, напоминавшего мне о детстве и маленьких пальтишках, которые носила принцесса Елизавета. А потом я посмотрела на Брижит Бардо, и она тоже стала моим источником вдохновения. Так что получился образ с налетом 50-х, строгий и игривый. Ребяческий образ Лолиты. Я придумала его еще в конце 70-х и приберегла на будущее. А в тот период меня окружали люди типа Джордан, в одежде которой ощущался дух балета, а еще я была с Карло, который, конечно, тоже на меня повлиял. Он обожал Уолта Диснея, поэтому предложил мне поискать вдохновения в его творчестве. И по мотивам его мультфильмов я сделала некоторые расцветки и рисунки. Вот как юбка была сшита: взяли три куска ткани, разложив в ширину, и сшили вместе; затем с внутренней стороны в швы вставили специальный желобок, через который проходит каркас, позволяющий держать форму. Потом пояс и застежку собрали на кулиске. Юбка напоминает нижнее белье, а это до некоторой степени возвращает нас к коллекции «Пираты». Она сексуальная. Игривая. Вот в чем суть: ты сидишь в ней в метро, а подол приподнимается. Ты можешь показать трусики, просто идя по улице, двигаясь или танцуя. В общем, людям мини-крини нравилась, потому что ее окружал очаровательный и игривый балетный ореол. Да, именно балетный. Когда ее носишь, вроде бы что-то видно, а вроде и нет. С ней надевали двойку и жемчуг, и такой наряд напоминал о моей молодости, о фотографиях королевы, о Брижит Бардо в 50-е годы и даже о Джордан, потому что Джордан носила двойки и жемчуг, когда работала в магазине. И еще в коллекции были – не как сейчас – мужские вещи: костюмы строгого кроя, то есть удлиненный однобортный костюм с маленькими классическими плечами, которые в то время и плечами-то не считались. Бледно-голубого или синего цвета из шерсти или ярко-красные, как английские почтовые ящики».

О «Мини-крини» писали, что она увела Вивьен в совершенно другом направлении. Сама Вивьен говорит, что эта коллекция отсылала к предыдущим, в частности к «Пиратам», и задала будущее направление: своим кроем и сидящими по фигуре шерстяными жакетами она проложила путь «Харрис-твиду». Оглядываясь назад, поражаешься, что эта коллекция, в итоге изменившая силуэт женской одежды во всех западных странах и внесшая вклад в историю обуви (появилась обувь на платформе, напоминавшей лошадку-качалку), возвратившая моду на корсет и превратившая нижнее белье в верхнюю одежду, была создана, когда мир Вивьен в очередной раз рушился. «Было много внимания прессы. Не было денег. Одежду мы отправили в Нью-Йорк, – рассказывает Джо, – а сами с мамой в конце концов вернулись в Лондон. Бен забаррикадировался на Серли-Корт, не выходил из комнаты, опасаясь приставов, которые каждый день стучали в дверь, желая взыскать долги с мамы и Малкольма. Это был какой-то кошмар, и если бы не мама, нам он показался бы вечностью. Оглядываясь назад, поражаешься, что она никогда не сдавалась, а всегда продолжала идти вперед. Они с Малкольмом расстались. Бизнес летел в пропасть. Зря Малькольм так поступал, но у него было столько недостатков, в том числе злопамятность, и после разрыва он относился к ней ужасно, пытался разрушить все, чем они владели совместно, а заодно разрушить и ее жизнь. В общем, он вел себя отвратительно. Это мое мнение. Знаешь, что сделала она? Маме удалось забрать ту подиумную коллекцию из Нью-Йорка, по крайней мере ее часть; вместо того, чтобы коллекцию, как и полагалось, отослать обратно в Италию, ее отправили к нам в Лондон. Мама смирилась и снова открыла магазин, чтобы продать вещи, которые создала. Тогда магазин все еще ей не принадлежал. Так что мы снова его открыли. С этого и начали. Мы с ней. Вот черт! Работали поначалу при свечах, потому что это проклятое электричество было отключено».