Он говорит не как политический лидер – это и невозможно, учитывая саму природу его положения, – и не как командующий одной армии, которая сражается с другой. Тем не менее, как духовный лидер, он без колебаний высказывает свое суждение о проблемах, и беспристрастность его позиции только придает авторитетность его мнению…»
95.
Теперь можно задаться вопросом об эффективности слов, произнесенных перед микрофоном.
Нацисты прекрасно осознавали, какое действие может оказать это радиообращение. Они сделали все, что было в их силах, чтобы получить текст послания до его обнародования. Советник германского посольства при Святом Престоле Карл Густав Волленвебер пришел в Бюро 21 декабря и попросил копию, а 23 декабря повторил свою просьбу по телефону96. Он спрашивал: 1) «может ли он получить речь Святого отца несколько заранее, до того как она будет передана журналистам», на что Бюро ответило: «Сразу же после речи»; 2) «когда он сможет прийти в Государственный секретариат, чтобы получить копии речи», на что Бюро ответило: «В 12.30»; 3) «может ли он получить восемь экземпляров на немецком языке и три на итальянском», на что Бюро ответило: «Надеемся, что да, предупредим монсеньора Монтини»; 4) «может ли он получить копию речи, произнесенной папой перед кардиналами», на что Бюро ответило: «К сожалению, нет; он может найти ее в “Оссерваторе романо”».
Однако в Берлине царило спокойствие. Нунций монсеньор Орсениго пригласил итальянского посла в Берлине, Микеле Ланцу, и его семью в нунциатуру, чтобы рождественским вечером вместе прослушать радиообращение. Итальянский посол слушал с «почтительным вниманием и глубоким интересом». Тем не менее неделю спустя пришло следующее сообщение: «С сожалением вынужден добавить, что до сего дня немецкая пресса ни словом не обмолвилась о послании папы»97. Иными словами, нацисты получили сообщение папы Пия XII и, как нетрудно догадаться, оно им не понравилось.
* * *
В последние дни 1942 года британское посольство передало в Государственный секретариат Святого Престола вербальную ноту, к которой прилагалась копия совместного заявления о преследованиях евреев в Германии, которое было выпущено 17 декабря от имени Лиги Наций в Лозанне, Вашингтоне и Москве. И снова в ноте повторялся знакомый рефрен: «Было бы желательно, если бы Его Святейшество Папа мог одобрить заявление в публичном выступлении. В противном случае правительство Его Величества будет настоятельно призывать Его Святейшество использовать свое влияние либо через публичное заявление, либо через немецких епископов, чтобы побудить немецких христиан и, в частности, немецких протестантов сделать все, что в их силах, чтобы пресечь эти вопиющие нарушения»98.
Пару недель спустя Д’Арси Осборн, британский посол при Святом Престоле, приехал в Бюро с новой вербальной нотой, в которой не было ни слова о «публичном выступлении». В ней лишь говорилось, что «было бы желательно, если бы Его Святейшество мог бы использовать свое влияние в таких странах, как Италия, Франция и Венгрия, где преследования евреев еще не достигли высокого уровня, с тем, чтобы не допустить ухудшения положения и усилить сопротивление этих стран перед лицом возможного давления со стороны Германии с целью добиться усиления антисемитских мер»99. Это точно отражает ту политику, которую Пий XII проводил до этого времени.
* * *
Едва наступил новый, 1943 год, как стали поступать новые экстренные сообщения о преследованиях евреев и других народов и их истреблении. Через два дня после вербальной ноты Осборна Бюро получило маленькую машинописную записку на французском языке, в которой говорилось: «По информации Лондонского радио (за точность которой я не ручаюсь), 77 % еврейского населения Словакии было вывезено в неизвестном направлении – вероятно, это означает, что их отправили на смерть»100.
От посольства Польши при Святом Престоле Бюро получило шифрованные сведения об ужасающем обращении, которому подвергали женщин нацисты и их подельники. В списке перечислялись сотни и тысячи изнасилованных и изуродованных женщин и девушек. Одного примера будет достаточно, чтобы стало понятно, о каких зверствах идет речь в этом сборнике отчетов о положении в оккупированных странах: «Чехословакия. В Рузине несколько студенток были выведены из убежища во время ночного налета, отведены на пустошь и изнасилованы немецкими солдатами, причем некоторых насиловали по несколько человек по очереди, на глазах у связанных студентов. О грудь некоторых девушек прижигали сигареты, других заставляли пить из наполненных мочой плевательниц. Тех, кто отказывался, расстреливали или пронзали штыками»101.
Приводились и конкретные подробности о тайных евгенических экспериментах: «В Хеленово, под Лодзью, создан экспериментальный лагерь “по улучшению нордической расы”. Более пятисот юношей и девушек в возрасте от пятнадцати до восемнадцати лет размещены в хижинах попарно – немецкий юноша с польской девушкой безупречной физической формы. Их отменно кормят и обеспечивают полный комфорт. Юношей и девушек настойчиво подталкивают к половым отношениям, за которыми наблюдает лагерный врач. Когда девушки беременеют, они исчезают из лагеря. Их отправляют в Германию для рождения ребенка, после чего они пополняют число “армейских жен”»106.
Нунциатура в Берне приложила также памятную записку, подготовленную той же Швейцарской лигой, о положении евреев в Германии и на оккупированных территориях. «Массовые казни в Польше теперь подтверждаются различными источниками. В одном докладе утверждается, что только в одном месте в Польше каждый день казнят по шесть тысяч человек. Перед казнью евреи должны раздеться, а их одежда затем отправляется в Германию». Далее следуют ужасающие сведения, ныне печально известные: «…некоторое число польских евреев и евреев, депортированных из других стран, сконцентрированы в трудовых лагерях в Польше и Силезии. Сведения об этих лагерях, равно как и о Терезиенштадте, поступают изредка и случайно, тогда как о [55] городских гетто нет никаких данных… Отчеты, доставляемые из Берлина и Праги, подтверждают, что к концу марта оба эти города должны быть полностью “очищены” от евреев…».
Отчет завершается подробным описанием бесчеловечного обращения с евреями, депортированными из Румынии107.
То, что последовало далее, является хорошим примером, подтверждающим надежность помощи и заступничества, о которых Бюро всегда упоминает в своих ответах. В феврале 1943 года Пий XII отправил нунцию в Бухаресте монсеньору Кассуло пожертвование на нужды неарийских заключенных, т. е. евреев, однако нунций все никак не находил подходящего повода, чтобы распределить эти средства108. Монсеньор Кассуло воспользовался этим случаем, чтобы обсудить упомянутую выше памятную записку Швейцарской лиги с министром иностранных дел Михаем Антонеску и с главным раввином Румынии д-ром Шафраном. Антонеску попросил выразить свою благодарность Святому отцу109.
Теперь на кону была судьба проживавших в Словакии двадцати тысяч евреев, половина из которых были крещеными. Их пощадили во время первых волн депортации благодаря своевременному вмешательству Святого Престола, но, как написал монсеньор Ротта, нунций в Будапеште, «в настоящее время им грозит неминуемая опасность, их ждут мученичество и смерть»110.
Сообщение нунция выявляет отсутствие у Святого Престола возможности проводить операции по спасению такого масштаба: «Я отлично знаю, что дело, конечно же, не в отсутствии желания прийти на помощь этим несчастным; вне всякого сомнения, Святой Престол уже сделал для них все возможное. Но я не мог
