Чаще всего они ограничивались поеданием мяса на моих ногах. Как только оно отрастало, я продолжал путь.
Иногда я натыкался на подобие оазисов, вот только вода в них уже давно замерзла, превратившись в лед. Вот бы у меня были коньки, я бы с удовольствием проехался по этому катку.
— Часть 2 —
На третий день я по всей видимости добрался до нужного места. Рука начала так дергаться, что сразу стало все понятно. Но дело здесь не только в этом. Все стало ясно еще задолго до того, как она начала брыкаться.
Несколько километров назад я заметил какой-то блеск вдали. Оказалось это верхушка ледяной пирамиды отражала свет.
Как вы уже поняли, пирамида была возведена из ледяных блоков, вот только те, что располагались на самой верхушке были такими кристально чистыми, что сквозь них можно было отчетливо рассмотреть солнце. Что насчет тех, которые находились под ними, то было ощущение, что они были созданы из мутной воды. На самой постройке не было ни снежинки, что доказывало тот факт, что в этой пустыне не идет снег. Но откуда-то его же сюда приносит?
Я направился к подножью пирамиды в поисках входа. Она была такой большой, что пройти вдоль одной из ее стен, занимало порядка сорока минут. Входа никак не было видно. Пирамиды это же вроде усыпальницы для каких-то важных фигур? Чтобы такие как я не тревожили покойников, входы должны быть тщательно скрыты. Хотя вполне может быть, что в этом мире предназначение у них совсем иное.
Смотря на эту величественную постройку, у меня возникала целая уйма вопросов. Но один из них никак не мог покинуть голову.
— Какого блять черта здесь забыла нога?
— Часть 3 —
Спустя тридцать минут я наткнулся на группу странных… людей? Судя по силуэтам это действительно люди. Почему странные? Да потому что один из них позировал на фоне пирамиды, пока девушка художница рисовала его. На таком морозе краски, которые она держала в мочевых пузырях животных, должно быть превратились в лед. Именно поэтому, подняв достаточно высоко, она подогревала эти штуки на костре, который развели трое других ребят из их группы. Всем своим видом они открыто заявляли: «Мы наемники». По всей видимости охраняют эту парочку. У них было подобие лагеря. Рядом спало два уставших белоснежных бизона, на которых они передвигались по пустыне. Сами же наемники расстелили плотные ковры и уселись на них прямо на землю, поставив поверх палатки.
Мое приближение вызвало у них беспокойство. Охранники тут же насторожились, достав свои мечи.
Все они были одеты в теплую меховую одежду… Вот бы и у меня была такая. Нет, не подумайте лишнего. У меня и в мыслях не было нападать на них. Тем более вряд ли я выйду победителем из этой схватки. Наоборот, я хочу с ними поговорить. Может нога у них?
— Простите…
Я решил начать диалог именно с извинений. В конце концов именно я потревожил их, хоть и не планировал.
— Ты кто такой? Убирайся отсюда! — сказал грубый наемник по центру. Он направил в мою сторону меч и крепко обхватил одноручный топор в левой руке, явно давая понять, что мне здесь не рады.
— Я ищу здесь своего друга, к вам у меня нет никаких дел. Я лишь хотел спросить у вас где находится вход.
— Ты что, вообще не слушал что тебе говорили? Во-первых он попросил тебя назвать себя, а во-вторых проваливать! — в диалог влез наемник слева.
Зачем им узнавать мое имя, если уж прогоняют… Хотя чего я до слов докапываюсь…
— Эй ребята, окружайте его! — отдал команду тот по центру.
— Постойте! — к нам подбежал запыхавшийся мужчина средних лет. Это тот, который позировал для картины.
— Не лезьте, господин! — скинув его руку с плеча, командир наемников начал приближаться ко мне.
— Я говорю постойте! — повторился мужчина.
Позади них стояла испуганная художница. Она не решалась приблизиться сюда.
— Господин, этот человек появился здесь непонятно откуда! Без бизона, без припасов, в такой легкой одежде! Еще и отказывается представляться! Это точно монстр!
— Мое имя Кью, и как я уже сказал, я ищу здесь своего друга.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
После этих слов на лице их нанимателя появилось облегчение, а эта троица, казалось, была в замешательстве. Что вызвало у них такую реакцию?
— Какого друга ты мог потерять в этой пустыне?! — наконец-то заговорил и правый наемник, хоть и звучал он робко.
Стоит им говорить правду? Хотя чего таить, сколько ребят не встречал, никто кроме меня не удивлялся ходячей ноге, руке и летающей голове. Может быть они уже натыкались на нее.
— Где-то здесь должна быть живая правая нога.
Только после того как я озвучил это вслух, я задумался над тем, что она вполне может быть в виде ткани, как и левая рука на моем запястье.
— Правая нога? Так ты ее хозяин? — с восторгом спросил их наниматель.
Невзирая ни на что, он миновал наемников и подошел ко мне впритык, схватив за руки. Я не ощущал от него никаких злых намерений.
— Господин, не стоит так…
Но тот не дал ему договорить, повысив голос:
— Ты что, не слышал?! Он друг Хроми! — даже не верится, что щуплый на вид парень, может так уверенно разговаривать с этими бугаями.
Хроми? Он даже имя ей дал? Эй, я же надеюсь он отпустит ее со мной.
— Пойдем в лагерь! Ты не голоден? Может быть пить хочешь? Что ты ел в дороге? — он задавал вопрос за вопросом не давая мне и слова вставить.
— Я не отказался бы.
— Верго! Какого хрена?! — испуг куда-то испарился с лица девушки, сменившись недовольством.
— Милан! Присядь с нами, перекусим!
— Да мы только начали! Ты издеваешься? Такими темпами я никогда не дорисую картину!
— Это моя жена, — шепотом, так чтобы она не услышала, начал говорить Верго. — Люблю ее, но иногда она такая зануда…
Этот парень ведет себя уж слишком учтиво для незнакомца. Нельзя терять бдительность. Быть может все это спектакль и сейчас мне в спину вонзят кинжал. Хотя наемники сели напротив и продолжают глазеть.
Ладно, нужно завести с ним разговор. Но сразу о ноге не буду спрашивать, это как-то грубо по отношению к нему.
— Вкусное мясо. Кстати, чем вы здесь занимаетесь?
К нам подошла и Милан:
— Рисую этого старого дурня для конкурса. К сожалению я умею рисовать только с натуры, поэтому нам пришлось переться сюда, — она сразу же начала жаловаться.
— Что это за конкурс? И неужели Верго так сильно нужен на этой картине? — поинтересовался я.
Я просто не могу понять зачем он там. Он не какой-то там красавчик. Самый обычный мужик. Так еще и человек… Черт, сколько же они сюда добирались вообще? Как по мне, так его вид скорее портит эту величественный вид.
— Раз в пять лет, в Паргоне проходит национальная ярмарка. Это лучший день в году. Одной из активностей для посетителей будет оценка картин. На этот раз кураторы художественного конкурса выбрали тему: «самое дорогое сокровище».
— Сокровище? Верго? Это слишком мило, чтобы быть правдой, — после моих слов щеки женщины залились румянцем.
Какая замечательная пара.
— А почему именно пирамида? — продолжил расспрашивать я.
— Мы оба с самого детства разделяли эту мечту, после сказок о Боге Севера, — присев с нами рядом, ответила Милан.
Их история заинтересовала меня, так что я продолжил расспрос. Они многое мне поведали об этих землях и о Боге Севера.
Например, я узнал, что Бог Севера это мертвое божество, что странно, ведь народы Фрилэнда до сих пор ему поклоняются. Но вроде как большинство из них просто отказываются верить в его смерть, так что неясно где здесь правда. Сперва я подумал, что эта пирамида и есть его усыпальница, но оказалось, здесь похоронен всего лишь один из его подданных. Страшно даже представить какая пирамида у него, если она вообще возведена. Верго сказал, что шансы узнать это крайне ничтожны, из-за того, что тело мертвого Бога находится в зоне Вечного Мороза. Это определенный район в пустыне, где безостановочно идет снег. Температура там настолько низкая, что стоит пробыть там всего две минуты, и ты превратишься в ледышку.
