– А признайтесь, неужели вам никогда не хотелось найти эти сокровища? Восстановить монастырь? – прищурился Петр, но Никодим спокойно выдержал его взгляд и качнул головой:
– Нет. Во-первых, не хочу тревожить мертвых, а во-вторых – моя миссия иная!
– И какая же?
– Защищать род Русаловых. Отец Павел – мой предок – поклялся в том Марии Русаловой, и с тех пор наш род несет эту клятву.
– Кстати, а признайтесь – в монастыре ведь нет никакого призрака?
– А вот это вас не касается! – вдруг сварливо выпалил Никодим и вскочил. – Я ответил на все ваши вопросы?
– Не совсем. Можно еще один? – Федор шагнул к нему. – В первый день нашего приезда вам стало плохо после того, как вы увидели меня. Вы сказали потом что-то вроде того: «Хорошо, что ты приехал, как и обещал». Поясните, пожалуйста?
– Не бери в голову… – Никодим отмахнулся. – Просто я спутал тебя с другим человеком…
– Например, с Алексеем Романовым?
– Что… Откуда ты знаешь это имя? – вдруг всполошился священник. – Вы нашли документы?
– Нет. Мне показала фотографии и рассказала немного об истории своей семьи Лена. Она сказала, что мы с ним просто копии, хотя мои предки прибыли из весьма отдаленных мест в Москву относительно недавно…
– Право слово, это мистика, ересь и чертовщина! Если я начну рассказывать вам, вы сочтете меня сумасшедшим…
– А может, сначала я расскажу вам… – вперед выступил Петр, – … сказку, что рассказывала мне в детстве бабушка. Когда-то, давным-давно, в нашем роду было настоящее сокровище – икона, созданная в подарок моему прапрапрапрадеду за доброе дело одним из известнейших иконописцев. Бабушка Дарина говорила, что икона могла исцелять, и, когда в семье должно было случиться горе, в уголках глаз святыни собирались и скатывались кровавые слезы. У нашей семьи предательски забрали икону, и с тех пор мы потеряли свободу и счастье.
– Вашу бабушку звали Дарина? – переспросил священник.
– Да, я из рода молдавских цыган. – Петр усмехнулся. – Только моя немногочисленная семья уже давно укоренилась в Москве. Так вот. В последнее время мне снится девушка. Просто красавица! И она говорит мне: «Верни святыню, Пе́тру». А еще – вот где мистика! – за месяц до того, как поехать сюда, я проснулся с названием на губах – «Русалочий монастырь». Именно после этого я перерыл гору информации и, узнав, что монастырь действительно существует, подал его в заявку на съемку.
Никодим растерянно поморгал на Петра, снова вдохнул лекарство и робко спросил:
– А вам никогда не говорили, что использовать документальные материалы в личных целях – преступление?
– Что? – удивились парни.
– Как это понимать?
– А так! – вдруг взбеленился монах. – Чтобы заполучить план монастыря и найти клад, вы не придумали ничего умнее, как подтасовать карты и использовать в своих целях судьбу? Призвать на помощь проклятие, что висит над родом Русаловых? И даже вспомнить виновницу всех бед – Дарину?
Протопав к двери, он с лязгом отодвинул задвижку и пафосно попросил:
– Покиньте мою обитель!
Парни переглянулись, но спорить не стали, а просто вышли за дверь.
– Смотри, как его пробрало! – Петр блеснул белоснежными зубами. – Стоило только поподробнее вчитаться в дневник.
– Ты все выдумал? – Федор даже остановился. – Я тоже что-то читал в дневнике о цыганке и иконе… Только местами чернила стерлись – ничего не поймешь!
– Что удивительно – нет! Не придумал. – Петр в задумчивости постоял у лестницы, точно не зная, что ему делать, и взглянул на друга. – Мне действительно снится один и тот же сон. Я уже успел привыкнуть… В этом году в архиве я случайно наткнулся на историю этого монастыря, и там приводилась какая-то невнятная легенда. Поверь, меня очень воодушевило имя Дарина. Можно сказать, что все мы здесь по моей вине. Не знаю, хорошо это или нет. Кстати, у меня предложение. Давай я захвачу дневник, мы найдем ребят и еще его поизучаем. А вечером, как все лягут спать, пойдем на разведку.
– У меня идея. – Федор покусал губы. – Если это лабиринт – двое идут, а двое держат веревку наверху. Ну, как в легенде о минотавре…
– Хорошая идея! Подумаем. – Петя хлопнул друга по плечу и указал на дверь. – Иди ищи наших гавриков, пока они Пальцапупу до инфаркта незапальцапупили… Я – за дневником и к вам.
Федор проводил взглядом взбегающего по лестнице Петра и, последовав его совету, вышел во двор. Солнце стояло в зените, нещадно припекая, и ему показалось, что, едва он шагнул из-под тени древних стен, как его тут же накрыло раскаленной сковородой. Где-то из-за угла доносился голос Михалыча, уже не распекавший, а поучающий какого-то бедолагу. Парней он увидел под навесом сеновала. Спрятавшись под его благословенную тень, они лениво переговаривались, уютно устроившись на сене.
Кир, заметив Федю, махнул ему.
– А как же просьба Петьки перехватить Пальцапупу? – Подойдя к сеннику, Федор забрался на сено и растянулся рядом с ними.
– Да чего его перехватывать? Как присел на уши какому-то монаху, так и сидит… – усмехнулся Макс, лениво жуя длинную соломинку. – А вы до чего договорились?
– Да вообще, новость века! Петр у нас страдает навязчивыми сновидениями, которые и привели нас всех сюда! – Федор с наслаждением потянулся, только сейчас понимая, как его неудержимо тянет погрузиться в сон. Хоть навязчивый, хоть нет… Лишь бы закрыть глаза на часик. А лучше на два…
– Ну, а ты бы не задумался, если бы тебе снилась одна и та же – заметь, красивая и незнакомая – девушка и просила сделать то, о чем ты в жизни не слышал? – Они не заметили, как к сеновалу подошел Петр и, последовав примеру друзей, уже через мгновение удобно устроился на ароматном сене.
– Я тут что подумал… – Он выудил из-за пазухи дневник и, не раздумывая, открыл: – Пока есть время, давайте узнаем больше об этом генерале, его жизни и легенде?
– Я в этих закорючках ничего не понимаю, – отмахнулся Кир.
– Давайте я прочитаю? – Федор сел, отобрал дневник у Петра, пробежал глазами по ровненьким строчкам и начал:
«Вот и осень… скоро заметет, закружит пурга. Затянет паутиной снег. Не выбраться…
И на душе снег…
Марья, вижу, все ждет своего Алексея… да одно ей неведомо, что не придет он. Может, и подлость мне пришлось совершить, пообещав отдать ему Марьюшку только после того, как он год отслужит под предводительством моего старинного друга – генерала Корнева.
Вспомнилась наша встреча…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
