- Отпустите! – Луна дёрнула плечом, пытаясь стряхнуть с себя эту мерзкую лапу. Но Филч ещё сильнее вцепился в её плечо, злобно вращая глазами и пытаясь восстановить дыхание. Наконец ему это удалось, и он злобно зашипел в лицо Луне:
- Вот ты и попалась, мерзкая хулиганка! Теперь не отвертишься!
- От чего не отверчусь? – в отличие от Филча Луна была совершенно спокойна. Она уставилась в лицо завхоза своими выпуклыми серебристо-серыми глазищами и, казалось, абсолютно не боялась его ни его грозного вида, ни хлыста в руке.
- От того, что это твоих рук дело! – Филч грубо встряхнул Луну за плечо.
По коридору к ним уже подобралась вонь от взорвавшейся навозной бомбы, и Луна наконец поняла, в чём её обвиняют.
- Вы думаете, что это я бросила бомбу? – глаза Луны по-прежнему смотрели прямо в лицо Филча. – Но тогда я должна была бы убегать от вас. И запыхаться. А я, как видите, дышу ровно и ни капельки не вспотела. И мне, в моём возрасте, уже стыдно было бы заниматься подобными глупостями.
Кажется, Филч понимал, что девчонка права. Но ведь кто-то же должен был понести наказание за весь тот бардак, что творился в школе. Хватка завхоза чуть ослабла, но он по-прежнему держал её за плечо. В этот момент за спиной у Луны послышались шаги. Несколько человек приближались к ним быстрой, уверенной походкой. Луне не нужно было оглядываться, чтобы догадаться, кто эти люди. Она поняла это по выражению злобного торжества, отразившемуся на лице Филча. Конечно, это была Инспекционная дружина. И, конечно, в самом невыгодном для Луны составе.
- Что здесь происходит, мистер Филч? – услыхала она презрительно-тягучий голос Малфоя. Секунду спустя и сам Малфой возник перед ней, разумеется, в сопровождении Паркинсон и своих троллеподобных телохранителей – Крэбба и Гойла.
- Я поймал нарушительницу! – торжествующе отрапортовал завхоз. – Швырнула навозную бомбу!
Малфой и Паркинсон брезгливо морщились от разносившегося по коридору запаха. Крэбб с Гойлом, казалось, не ощущали его вовсе, невозмутимо возвышаясь за их спинами.
- Фу, Лавгуд, – в голосе и во взгляде Пэнси было столько отвращения, будто всё содержимое навозной бомбы сейчас оказалось у Луны на лице. – Докатилась. Считаешь, что это смешно? Что ты вообще делаешь в Райвенкло с такими мозгами и с таким чувством юмора?
- Если ты пошевелишь остатками своих мозгов, то поймёшь, что это сделала не я, – Луна по-прежнему оставалась спокойной, хотя при виде Паркинсон из глубины души совершенно неожиданно стала подниматься непонятная Луне злость, совершенно ей не свойственная.
- А кто же тогда? – ядовито поинтересовалась Пэнси. – Кажется, здесь больше никого нет.
- Ты считаешь, что тот, кто это сделал, оставался бы на месте, ожидая, пока его поймают? – Луна посмотрела на Паркинсон с лёгким сожалением, как смотрят на не слишком здорового человека. – Кстати, если бы это сделала я, меня бы здесь уже точно не было.
- А вдруг ты не стала убегать, как раз и рассчитывая на этот ход, – губы Малфоя презрительно кривились. – Что ты вообще здесь делаешь?
- Иду в библиотеку, – Луна пожала плечом, которое Филч отпустил, как только к ним подошла Инспекционная дружина.
- Её нужно обыскать, – подал голос Филч. – Если у неё в сумке найдутся ещё навозные бомбы – это будет доказательством вины.
- А если нет? – спросила Паркинсон.
- Тогда её придётся отпустить, – с сожалением произнёс Филч. – Я не могу утверждать, что это сделала она.
- Но и отрицать этого не можете, – глаза Пэнси плотоядно сверкнули. – Значит, она виновата в любом случае.
- Вы не имеете права наказывать меня без доказательства моей вины, – в голосе и во всём облике Луны уже не было прежнего безмятежного спокойствия. Она вдруг осознала, что находится совсем одна в окружении врагов, и помощи ей ждать неоткуда. Совсем одна. Как Северус…
- Вот сейчас мы и поищем доказательства, – Малфой презрительно пялился на Луну из-под полуопущенных век. – Сумку! – Повелительно скомандовал он.
Луна вцепилась в сумку на своём плече, понимая, что удержать её не удастся. Их было слишком много. Но сдаваться без боя она не собиралась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ты не имеешь права! – произнесла она тихо и твёрдо, глядя Малфою прямо в глаза.
- Имею. Я староста и член Инспекционной дружины. Кто-то ведь должен навести в этой школе порядок. Сумку!
Малфой требовательно смотрел на Луну. Та стояла, изо всех сил вцепившись побелевшими пальцами в лямку висевшей у неё на плече сумки. Малфой слегка кивнул Крэббу с Гойлом. Те подошли к Луне и схватили её за руки, отводя их за спину. Палочка Луны оставалась в кармане, и вытащить её оттуда не было никакой возможности. Филч довольно склабился, снимая сумку с её плеча и передавая её Пэнси.
- Не дёргайтесь, мисс, – обратился он к едва не плачущей Луне. – Если мы не найдём у вас ничего запрещённого, будем считать, что это – не ваших рук дело.
Крэбб с Гойлом продолжали держать Луну за руки, отведённые за спину. Паркинсон с демонстративно брезгливым видом вытряхнула содержимое сумки на пол. К её ногам посыпались пергаменты, перья, справочное пособие по трансфигурации… Пэнси разгребла ногой эту кучку, не надеясь найти в ней ничего криминального, как вдруг её взгляд упал на пергамент с рисунком. Пэнси бросила пустую сумку на пол и подняла пергамент.
Сердце Луны зашлось от возмущения и какого-то болезненного безотчётного страха. Вот сейчас… сейчас эта дрянь начнёт насмехаться над ней и над её любовью к профессору Снейпу. Кровь отлила у Луны от лица. Она судорожно сглотнула. Злость, постепенно поднимавшаяся в душе с момента появления Инспекционной дружины, вдруг взорвалась и затопила её всю, с головы до ног. Теперь это чувство не было новым для Луны. Она помнила, что именно его испытывал Северус всякий раз, когда оказывался рядом со своими врагами – мародёрами. Или даже просто думал о них.
Но Паркинсон, вопреки ожиданиям, не спешила высказывать ядовитые замечания. Напротив, она быстро свернула в трубочку пергамент с портретом Снейпа и сунула его себе в карман, злобно сверкнув на Луну болотно-зелёными глазами, натолкнувшимися на столь же яростный взгляд серебристо-серых глаз.
- Воровка! – тихо произнесла Луна. – Шаришь по чужим сумкам, отнимаешь то, что тебе не принадлежит. Что, карманных денег не хватает?
В этот момент Луна действительно почувствовала себя Снейпом. Её губы кривились так же, как его, когда он плевался ядом в обидчиков. Ей хотелось только одного – побольнее задеть Паркинсон. Драко, разглядывавший содержимое сумки и заметивший действия Пэнси, был слегка удивлён тем, что она присвоила себе что-то из вещей этой сумасшедшей. «Видимо, там что-то интересное, но не предназначенное для Грэга с Винсом, – подумал он. – Ничего, вечером узнаю». Его любопытство ещё больше разгорелось, когда он увидел реакцию Лавгуд на действия Пэнси. Он и представить себе не мог, что эта вечно невозмутимая и спокойная полудурочка может злиться не хуже их собственного декана. Да что же такое было там, у неё в сумке?
- Мистер Филч, тут ничего нет, – проинформировал он завхоза.
- Что ж, придётся её отпустить, – с явным сожаление проскрипел тот. – Но, если попадётесь повторно, мисс, пощады не ждите.
Мерзкие лапы, сжимавшие за спиной локти и запястья Луны наконец отпустили её. Луна изо всех сил кусала губы, стараясь не расплакаться прямо перед обидчиками и скрывая от них мелкую противную дрожь, сотрясавшую её тело.
Малфой с телохранителями бросил высокомерный взгляд на Луну и прошествовал мимо неё за поворот длинного пустого коридора. За ним поковылял Филч. Паркинсон ненадолго задержалась. С ненавистью глядя на бледную, дрожащую Луну, она тихонько прошипела, приблизив к ней насмешливое лицо:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Наша полоумная мисс Лавгуд очень любит злого дяденьку профессора? И надеется, что он пожалеет её и ответит на чувства убогой? Только вот беда – дяденька профессор терпеть не может идиотов. Они его бесят. Так что, Лавгуд, у тебя нет шансов.
