— Я не хотела… — Лупо неожиданно поняла, что ни командный голос ни строгий взгляд тут не помогут. Арги не из «Сигмы» и одной с ней должности, потому воздействовать на неё не получится. — Правда… — и теперь ей только и оставалось, что пытаться подобрать слова, чтобы хоть как-то загладить вину.
— Мне плевать, — лисица с ненавистью посмотрела ей в глаза и обошла, едва задев плечом, — не смей упоминать при мне Лункса. По крайней мере, пока Лунги его не найдёт. И молись Пантеону, чтобы и она и её отец, мой муж, вернулись. Иначе… ты узнаешь, почему меня называют «Изобретательница».
— Не стоит мне угрожать, — прохладным тоном ответила та, не оборачиваясь, — какой бы ни была моя вина, я не позволю твоей мести выйти за рамки разумного.
***
Когда они вышли из купе, Урси, Юмена и Кадасла уже сидели за центральным столом в центре вагона. Как объяснили новусы, такие выемки между салонами предназначались для пассажиров, чтобы они могли пообщаться или перекусить. Также в стол был встроен проектор, подсоединённый к антенне и могущий прочитать информацию с большинства носителей. Удовлетворённо рассевшийся медведь, утомлённый жёсткими сиденьями «Палача», спохватившись, подвинулся, позволив Арги усесться рядом. Лупо подошла после, пропуская вперёд Камманда и Ани. С удивлением посмотрев на молчащую волчицу, анрот со вздохом сел рядом с лисицей.
— Это те, кто будет вести переговоры? — уточнила Кадасла, окинув их взглядом. — Все представители своих фракций?
— Союз «Первородный Огонь» и Технократия «Новое Кайлити», — кивнул А-Трибун, — но, я думаю, остальные со мной согласятся, сейчас мы представляем общество анимагенов в целом.
— Понимаю, — Баастар переглянулась с Юменой, — тогда будем говорить на чистоту — добиться мира будет очень сложно, поскольку Великий Храм Ауколис является всего лишь исполнителем воли Владыки Берендора Кауза. Чтобы заставить его прекратить военные действия, вам нужно что-то предложить. Юмена рассказывала, что вы хотели отдать некое «Наследие Эксплара». Нам было бы интересно узнать историю новусов Кайлити и Секрет бессмертия Рерара Хонти, однако, судя по всему, Наследие оказалось утеряно.
— Помимо Наследия, — Урси заметил, что хвост Арги под его ногами дёрнулся, — у нас есть множество не менее полезных технологий. В конце концов, наши учёные, инженеры и робототехники могут помочь Эххи интеллектуальным трудом.
— Я не сомневаюсь в ваших знаниях, — Кадасла покачала головой, — но этого, увы, недостаточно. Королевство сейчас обладает безграничной властью на материке. Ему не нужны лишние затраты и риски. Тем более, что Война Ненависти в перспективе может принести выгоды в сотни раз больше.
— И Берендор не упустит возможности ослабить Хор, — добавила Юмена, — с момента восстания Акторы, когда лоялисты оккупированной Сэлтии попытались отделиться, род Каузов неожиданно понял, насколько глубоко новусы продвинулись в исследовании ноосферы. А после попытки продвинуть собственного ставленника к трону мы и вовсе утратили доверие. Думаю, вам знакомо чувство, когда тебя боятся за твоё происхождение и силу.
Они почти одновременно кивнули. Каждый из анимагенов ощутил на себе страх и ненависть людей, даже когда они защищали их ценой собственной жизни.
— Но если он ослабит вас, то ослабит армию, разве нет? — уточнила Лупо. — Ты же говорила, что Ауколису пришлось заменить регулярную армию Королевства.
— Великому Храму Ауколис! — голос Кадаслы неожиданно резко отозвался в их ушах, хотя Баастар не повышала тон. — И впредь прошу называть его так, ибо другие высшие Воксы могут быть не столь снисходительны как я и Юмена.
— Есть нюанс, — поспешно ответила Юмена на вопрос замершей в напряжении волчицы, — хотя мы все служим ноосфере и поддерживаем Песнь, но мы всё ещё остаёмся личностями со своими взглядами. Некоторые из Оперетты считают, что проще будет объединить мир под единым символом королевской белой кобры, нежели установить надёжную взаимосвязь между всеми народами. Потому, когда объявили мобилизацию на Кайлити, некоторые увидели в этом возможности стать ближе к объединению мира таким способом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Но какая им выгода от уничтожения анимагенов? — Урси сложил руки на груди. — Разве они не понимают, что имеют дело с живыми существами, детьми ноосферы?
— Ты не так понял, — Кадасла жестоко улыбнулась, — им не нужны все анимагены. Достаточно сотни тысяч.
— Вот оно что, — Камманд ответил ей не менее гадкой ухмылкой, — мы для вас всего лишь новый объект для изучения.
— И это тоже, — невозмутимо кивнула Юмена, — но для меня, Кадаслы, Дейриера, Роривера, Имила и ещё нескольких значимых новусов, вы, прежде всего, личности и коллеги. К тому же, насколько я поняла, Ассур захватил Сафиру отнюдь не как военнопленную. Молодой ноосенс хочет узнать от неё новые способы познания ноосферы.
— Он поступил глупо…
— Это гораздо лучше, чем если бы Дейриер там остался и противостоял ему. Неизвестно, что бы тогда произошло, но в данном случае все остались живы.
— Имил на тебя здорово обиделся за этот план, между прочим, — хихикнула Кадасла, — ещё бы: подставить собственную младшую сестру под удар! Даже не знаю, как он смог переступить свою гордость.
Снаружи раздался грохот и вагон тряхнуло — второй локомотив, также находящийся под управлением робота, пристыковал третий вагон для Минота, куда тот тут же зашёл вместе с остальными «Сигма». «Учительница, всё готово, — оповестил Кадаслу Тейлон, — можем отправляться?» «Да, — она положила руки на стол, — в добрый путь».
— Всё, поехали, — поезд ещё раз вздрогнул, приходя в движение. Мерное постукивание колёс заглушило шелест закрывающихся створок, — теперь, остановимся только в Королевстве.
Урси вновь почувствовал приятное чувство наслаждения от ожидания новых пейзажей и городов. Поезд набирал скорость, уходя по дороге между высокими деревьями, закрывшими ольмирский свет, и им пришлось отодвинуть пластиковые занавески, открыв вид на голубеющее небо и заснеженные макушки елей.
— Так что же нам делать? — наконец, спросила Арги, постукивая вынутой из комбинезона сигаретой о белую поверхность стола. Юмена осуждающе посмотрела на этот жест, но та проигнорировала её взгляд. — Если Хор бессилен что-либо исправить, Берендор хочет захватить ресурсы, а большая часть Ау… Великого Храма Ауколис, прошу прощения, нуждается в «подопытных», то какова наша роль?
— Полагаю, для начала стоит убедить эту «большую часть» новусов в том, что Война Ненависти, это, по сути, геноцид народа анимагенов, — Кадасла облокотилась на стол, и Урси вдруг со стыдом понял, что бессовестно смотрит на её полуприкрытую грудь, — Песнь гласит, что все живые создания порождены ноосферой, и никто не должен решать за другого, жить ему или умереть. В крайнем случае, я, Акило и Омилум напомним им об этом. Уж очень сильно походят мысли этих стариков на звуки «Тёмного Голоса».
— Кстати о нём, — Юмена нахмурилась и опустила взгляд, — Камил мёртв. Мы нашли его в океане с командой лимнерийских наёмников, когда тот передал кому-то сигнал в ноосферу. Он был «Ттёмным»…
— Покой твоей душе, Камил, — хотя Кадасла перестала улыбаться, её лицо не выражало скорби, словно случилось что-то обыденное, — а что с наёмниками?
— Я изменил им воспоминания, — отозвался Урси, — они ничего не помнят о нас.
— Пусть так, — Баастар быстро потеряла интерес к этому событию, — могу ещё добавить, что убедить Хор в необходимости мира ещё половина дела. Нужен аргумент для Берендора.
— Но какой властью обладает этот человек, чтобы указывать новусам что им делать? — недоумевающе спросила Ани. — И почему вы не подчините его и не заставите остановить войну?
Они переглянулись. Кадасла помрачнела, а Юмена тяжело вздохнула, с печальной улыбкой глядя в пол.
— Потому что люди ненавидят новусов, — озвучила их общую мысль Баастар, — но зато мы очень зависим от людей. Это щепетильный вопрос…
— Это касается вашего размножения? — Камманд многозначительно взглянул на её грудь, и она, возмущённо хмыкнув, поспешно закрылась, сложив руки в замок. — Почему вы бесплодны?
