Вся команда оказалась на месте. Все здоровы и заскучали. Правда, одно происшествие за время ее отсутствия произошло. Пьяппо, вернувшись вечером из укрытия, откуда наблюдал за выходом из ущелья, сообщил, что погоня со стороны Монтара все-таки пришла. Полтора десятка эрвийских солдат приблизились, перескакивая с камня на камень, и, как один, полегли, начав карабкаться по склону плотины.
Отчего они погибли, понять не удалось. Просто по очереди падали и не вставали. Некоторые вскрикивали, или дергались, как от удара. Но ни один не поднялся. Потом по берегу пруда пришла группа людей. Они утащили тела куда-то за камни, неподалеку от того места, где прятались дозорные. Неудивительно, что из этого ущелья никто никогда не возвращался.
Ветка, услышав доклад, почувствовала себя совсем плохо. Если бы не чистая случайность, лежали бы и они все сейчас где-то неподалеку, холодные и погребенные под камнями. Оказалось, что жизни ее и ее спутников сберег простой каприз утомившейся принцессы.
Остаток ночи и весь день она беззвучно плакала на плече у Рика, ощущая себя тупым ничтожеством, выскочкой и бестолковой дурой, которую жребий рождения вознес туда, где ей не место. А услужливое воображение рисовало ей вожделенные картинки будущего: когда она, прибрав дома, и управившись в огороде, состряпав ужин и накормив детей, выходит на пристань встречать мужа, вернувшегося с промысла. Как с визгливыми нотками в голосе торгуется с купеческим приказчиком о цене улова. Как потом поливает воду на руки любимому и подает ему чистое полотенце.
Вечером снялись с насиженного места и двинулись дальше. Ветка хорошо запомнила карту, а под ногами теперь была, хоть и не утоптанная дорога, но и не каменная ноголомка. За три дня обошли долину предгорьями, аккуратненько миновали места, где должны были находиться сторожевые посты, и потихоньку, опушками и кустарником спустились к Бугарейской равнине. По-прежнему, скрываясь, в течение трех дней продолжали двигаться в сторону обжитых земель. Ветка вела группу осторожно, тщательно выбирая заросшие кустарником места, обходя поляны и подолгу осматриваясь перед тем, как пересечь открытое пространство.
Спокойствие и пустынность этих благословенных мест напомнили ей о норканах, легенды о которых надежно закрыли путь из Монтара на юго-запад. Кажущаяся тишина, отсутствие населения и человеческих троп лишний раз убеждали, что и здесь за хребтом жители Бугарейской долины опасаются этих мест. Скорее всего - это охранная зона спрятанного города. И всех, кого обнаружат здесь - уничтожат, даже ни о чем не спросив. Только так можно на многие века отбить желание охотников или поселенцев попользоваться богатствами этих обильных лесов и тучных пастбищ.
Костров не жгли, спали вполглаза, благо ночи летом теплые и недлинные. И спешили. Если патруль заметит их след - настигнут и... Они, конечно не цыплята, но что противопоставить неведомому оружию? Кстати, Пьяппо заметил, что несколько волков следуют за ними, скрываясь в зарослях. Возможно рассчитыват поживится, если случится путникам повстречать норканов.
Наконец вышли на дорогу неподалеку от селения с гостиницей. Надо было отдохнуть и расспросить, как добраться до Порт-Митчелла. Этот городок привлекал Ветку, как место их следующей длительной остановки. Местечко, славное тем, что в нем располагалась медицинская школа целителя Исса.
Глава 23. Учеба В Порт Митчелл их привезла плоскодонка, на которой шел за товаром местный негоциант. Долина реки Бугары - владения короля Ксенофонта, известные еще как Бугарейская равнина - покрыта сплошными лесами и изрезана петлями речных проток и многочисленных притоков. Купили домик на окраине. Госпожа Наоми с воспитанницей Веткой, служанкой Алисией и тремя слугами: Риком, Пьяппо и Линком обосновалась здесь для поправки здоровья, прослышав о чудесном климате этих мест. И об искусности целителя Исса, чья прекрасная клиника пользуется доброй репутацией. Так они распределили роли, чтобы не привлекать постороннего внимания ничем необычным.
Габриэль и третий телохранитель Рапид утром должны были отбыть на Бесплодные острова. Благо, барк из Костанцы завершал погрузку лесного серозема десятью километрами выше по течению Бугары. С капитаном уже все было обговорено.
Ласковый огонь камина наполнял приятным теплом небольшую гостиную. Алисия укладывала малыша, да рядом с ним и прикорнула. Остальные потягивали глинтвейн и слушали Ветку. Она рассказывала о том, что узнала во время своей вылазки в запрятанный город.
- Вот еще какой секрет оказался у нашей планеты. - Закончила Ветка свое повествование.
- А какие еще у нее есть секреты? - Габриэль конечно спросил раньше всех.
- Кстати, Веточка, я ведь тогда во дворце у императора про тайну интанцев не стал ничего говорить, а кое-что мне известно. - Это Рик включился в разговор. - Ну, помнишь, ты удивлялась, как целая нация грабителей многие века может промышлять разбоем?
- Интересно, интересно. Расскажи, пожалуйста.
- Дело в том, что пой папа - интанец.
- Хромой Годфрид интанец?
- Ну да. А мама попала в плен к интанцам. Она родом из Вальдинии. С твоей маменькой она землячка. Ну и, в общем, сбежали они. Долго тайком пробирались на юг вдоль интанских берегов, а потом папа украл большую лодку. Они набрали пресной воды и дров, поставили парус и ушли на северо-восток. Через три недели оказались на Бесплодных островах. Там и прижились. Говорят - в других местах хуже.
- Ты нам про интанцев расскажи. Как они живут?
- Странные у них обычаи. Все мужчины - или воины, или жрецы. Мальчиков с детства учат владеть оружием. Слабых отдают в обучение служителям Гхарба - бога силы и непреклонности. Потом, когда юноше исполняется восемнадцать, его отправляют в селение к женщинам. Все они считаются его женами на два года. Потом его забирают в одну из дружин, что отправляются в набег. С этого времени у него нет иной семьи, кроме соратников.
Пленников-мужчин интанцы берут редко. Обычно - ради выкупа. Ли китанцам продают. Пленные женщины живут так же, как и свои. Смертность среди них довольно велика. Первые две-три беременности обычно завершаются благополучно. Но до тридцати лет доживают немногие. Поэтому пленницы совершенно необходимы для поддержания численности населения.
Кормятся они со своих огородов, и дарами моря. Интанки искусные ныряльщицы. Пленных девочек обучают ремеслу подводного промысла. Корабли, вернувшиеся с добычей, обычно привозят зерно, мед и другие продукты, которые можно долго хранить. Пожалуй, это и все, что я помню из папиных рассказов про интанцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
