Я глубоко вздохнула и посмотрела на часы.
— Представление начинается. Пора на заседание политуправления.
— Ой! — воскликнула Четверг-5 и принялась шарить у себя в сумке, пока не извлекла маленькую желтую книжечку и ручку.
— Надеюсь, это не то, о чем я подумала, — заметила я.
— А что это, по-вашему?
— Книжка для автографов.
Четверг-5 ничего не сказала, но закусила губу.
— Если ты хотя бы подумаешь попросить автограф у Гарри Поттера, твой день закончится прямо сейчас.
Она вздохнула и бросила книжицу обратно в сумку.
Заседание политуправления проходило в главной дискуссионной палате. Самое большое кресло на помосте принадлежало Жлобсворту, места по бокам от него предназначались для его ближайших помощников и советников. Мы явились за двадцать минут до начала и оказались первыми. Я села на свое обычное место слева от расположения жанров, а Четверг-5 устроилась позади меня. Читометр по-прежнему упорно падал, и я рассеянно озирала комнату, пытаясь собраться с мыслями. На боковых стенах висели портреты различных знаменитостей, так или иначе отличившихся за время правления Совета жанров. Мое собственное изображение маячило вторым с конца, втиснутое между Мишкой Паддингтоном[54] и Генри Путером.[55]
— Так что на повестке дня? — спросила Четверг-5.
Я пожала плечами, изрядно утомленная всем происходящим. Я просто хотела домой — куда-нибудь подальше от литературы и тех частей себя, до которых мне не было особого дела.
— Кто знает? — беспечно отозвалась я. — Падение рейтингов чтения, полагаю. По большому счету говорить больше не о чем.
В это мгновение главные двери распахнулись и вошел Жлобсворт, сопровождаемый обычной свитой прихлебателей. Меня он увидел сразу же и изменил маршрут, дабы тот пролег мимо моего стола.
— Добрый день, Нонетот, — произнес он. — Слышал, вас недавно отстранили?
— Это профессиональный риск, когда работаешь на переднем крае, — ядовито откликнулась я.
Жлобсворт всегда был чиновником. Если он и понял, что я его подкалываю, то виду не показал. Я добавила:
— Вы хорошо себя чувствуете, сэр?
— Не жалуюсь. Это которая? — спросил он, указывая на Четверг-5 практически так же, как показывают кому-нибудь, где туалет.
— Четверг-пять, сэр.
— Вы делаете ошибку, увольняя другую. Я бы попросил о втором или третьем мнении насчет нее, если бы осталось кого спрашивать. Как бы то ни было, решение принадлежало вам, и я ему подчиняюсь. Дело закрыто.
— Я недавно побывала в ремонтных мастерских, и Изамбард поведал мне, что Совет настаивает на модернизации всех передаточных трубопроводов.
— Правда? — рассеянно отозвался Жлобсворт. — Мне бы очень хотелось, чтобы Изамбард занимался своими делами.
Он подошел к помосту, уселся в центральное кресло и начал перебирать бумаги. Зал затих, если не считать тиканья Читометра, возглашавшего очередное падение потустороннего уровня чтения.
Следующим явился полковник Барксдейл, глава Объединенных сил Совета жанров. Он уселся четырьмя столами дальше, даже не взглянув на меня. Мы и раньше не часто встречались, и мне он не нравился страстью к разжиганию войны. Следом прибыл Бакстер, главный советник сенатора, бросивший в мою сторону неприязненный взгляд. На самом деле меня недолюбливали все девять членов директивной комиссии, за вычетом конного сенатора, Черного Красавчика. И неудивительно: я была не просто единственным потусторонником в комиссии, но и ПБЗС и, следовательно, владела оружием, которого боятся все комиссии, — вето. Я старалась исполнять свои обязанности как можно лучше, несмотря на порождаемую этим враждебность.
Четверг-5 выжидательно ерзала каждый раз, когда открывалась дверь, но, кроме обычных десяти членов комиссии и их сотрудников, никто не появлялся.
— Добрый день всем, — произнес Жлобсворт, вставая и обращаясь ко всем нам.
В дискуссионной палате народу было немного, но это так всегда — заседания политуправления проходят за закрытыми дверями.
— К сожалению, должен известить вас, что мистер Гарри Поттер не может присутствовать по причине ограничений, налагаемых авторскими правами, поэтому нам придется отложить вопрос о поставке персонажей для видеоигр на другой раз.
Со стороны сенаторов послышалось ворчание, и я заметила, как один или два убирают в сумки книжечки для автографов.
— Извинения за отсутствие, — продолжал Жлобсворт. — Джейкоб Марли[56] слишком жив, чтобы присутствовать, фрекен Снорк[57] у парикмахера, а сенатор Зиго в очередной раз недоступен. Итак, начнем. Пункт первый: проблема граммазитов. Мистер Бамфорд?[58]
Сенатор Бамфорд был маленький человечек с пушистыми светлыми волосами и такими маленькими глазами, что их почти и не было вовсе. Из-под сенаторской мантии у него торчал синий рабочий комбинезон. Так называемой проблемой граммазитов он занимался уже почти четыре десятка лет, и, похоже, безрезультатно. Хищничество этих мелких паразитов в книгах, которыми они питались, было разрушительно и постоянно высасывало наши ресурсы. Несмотря на истребление в прошлом, число их по сравнению с прежними временами не уменьшилось. Часто предлагалось массовое уничтожение, но натуралисты яростно протестовали всем жанром. Может, они и паразиты, но в юном возрасте такие милые, пушистые и большеглазые — определенно эволюционный шедевр для обеспечения выживания.
— Проблема настолько хорошо известна, что я не стану обрисовывать ее снова. Достаточно сказать, что число граммазитов резко выросло за последние годы, и, дабы не расстраивать натуралистов, я предлагаю принять программу текстуализации, согласно которой представители примерно семисот видов будут сохранены в длинных периодах ужасных академических томов. Таким образом мы сохраним вид — и даже, если понадобится, вернем их из небытия — и все-таки уничтожим популяцию.
Бамфорд сел, и Жлобсворт попросил поднять руки. Единогласно. Граммазиты были чумой, и с ними следовало разобраться.
— Пункт второй, — сказал Жлобсворт. — Падающие цифры рейтингов чтения. Бакстер?
Бакстер поднялся и обратился к присутствующим, хотя, если честно, прочие делегаты — за возможным исключением Красавчика — обычно во всем соглашались с Жлобсвортом. Обращаться Бакстеру на самом деле следовало ко мне. Как держатель единственного вето, я была тем, кого ему следовало склонить на свою сторону.
— Уже ряд лет падение рейтингов чтения является предметом нашей постоянной озабоченности и увеличило расходы в Кладезе Погибших Сюжетов на создание захватывающих новых книг, неспособных завладеть вниманием читающей публики. Мы, члены комиссии по повышению читательской активности, сформулировали несколько радикальных идей с целью возродить интерес к роману.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
