Читаем без скачивания Гнев истинной валькирии - Райчел Мид

– Полностью поправишься? – ахнул Хансен.

– Да, – твердо ответил Джастин. – Делай, как я говорю. А я сумею перевезти Элайну в РОСА. Итак, хакеров они подобрали… а что насчет миссионеров, которых вы собираетесь выдать за лекторов? Ты вроде бы должен отобрать подходящие кандидатуры?

Хансен согласно кивнул.

– Есть ли среди них люди, подобные тебе? Те, с кем плохо обошелся Великий Ученик и которых покинул Нехитимар?

Аркадиец промолчал, но его снова выдало выражение лица.

Джастин расплылся в довольной улыбке:

– Если ты сможешь отобрать их для поездки, это будет просто замечательно. Мой бог даст им новую жизнь, если они помогут схватить программистов.

– Ты должен привезти мне Элайну, – настойчиво повторил Хансен и окинул Джастина недоверчивым взглядом: – И явиться к ужину сегодня вечером.

– Я буду в храме, – произнес Джастин. – И ты узришь, что значит – служить богу, который исполняет свои обещания.

Он с большим усилием поднялся с кровати и протянул Хансену руку. Тот мгновение колебался, но пожал ее.

– Я поговорю с Его Святейшеством, – сказал он Джастину. – Прощай!

Хансен хотел уйти, но Джастин окликнул его:

– Подожди минутку! Ты знаешь что-нибудь о жезле Великого Ученика? Его еще увенчивает орел?

– Конечно, – пожал плечами Хансен. – Считается, что это знак милости Нехитимара, который был послан этому Великому Ученику.

Джастин нахмурился:

– В смысле – этому Великому Ученику?

– У его предшественника жезла не было, да и власти такой он не имел. А Нехитимара всегда почитали в Аркадии, практически с самого времени основания страны. После Упадка вера людей только окрепла, но когда во главе церкви стал нынешний Великий Ученик, кое-что поменялось. В Его Святейшестве присутствует некая сила, и все готовы следовать за ним хоть на край света. Странное дело… Но я тоже это ощущаю, особенно когда он берет в руки жезл: меня накрывает невидимой волной, и я прямо чувствую божественную силу! Поэтому ему очень трудно противостоять…

– Поэтому ты сразу отдал ему Элайну? – мягко спросил Джастин.

Хансена передернуло.

– Нет. Когда у Великого Ученика в руках жезл, он просто окружен сиянием и на него страшно взглянуть. Но даже без жезла… словом, он такой человек, что ему сложно возражать.

– Я не заметил жезла в его храмовых апартаментах. Где он его хранит?

– Возможно, в усадьбе на Святом Озере.

Видя, что Джастин не совсем понял, он пояснил:

– Это к северу от города. Усадьба расположена в уединенном месте и надежно охраняется.

– Я почему-то так и предположил, – пробормотал Джастин. – Благодарю тебя.

Хансен ушел, а Джастин завалился на кровать и прикрыл глаза рукой.

– Что ты наделал? – с любопытством поинтересовалась Мэй.

– Хороший вопрос, – простонал Джастин.

– Ты ведь наврал ему с три короба!

Мэй уселась рядом и наклонилась над ним – и когда он убрал ладонь с лица, ему пришлось смотреть ей прямо в глаза.

– Я знаю, что ты способен на плутни, Джастин. Очаровать и обмануть человека – в этом весь ты! А сейчас ты разыграл целый спектакль специально для Хансена, да? У тебя же нет бога.

– Это зависит от точки зрения, – печально проговорил он. – Прошлой ночью я покинул свое тело и слился душой с потусторонним существом в виде ворона, которое служит скандинавскому богу. А он, между прочем, хочет заполучить на службу меня.

– Ясно. Но ты в отличие от ворона Одину не служишь.

Он не ответил, и она прищурилась:

– Так служишь или не служишь?

Его ответ прозвучал неуверенно:

– Не служу. Но я связан с ним теснее, чем думал. Хотя я и не стремился к этому.

Мэй едва удержалась от того, чтобы напомнить ему про «силу» и «божественное прикосновение», но решила, что у них и без того полно проблем.

– А ты сможешь сделать то, что пообещал ему? Вытащить Элайну из Аркадии? Или хотя бы не опоздать на ужин? К сожалению, выглядишь ты очень паршиво, ты уж меня прости.

– Ты мне льстишь, как я погляжу…

Она легонько пихнула его:

– Я серьезно! Ты ставишь на кон все и ввязываешься в авантюру, которую вряд ли сможешь провернуть! Что за рискованное предприятие! Если медиастрим отключат наши – их обвинят в террористическом акте. А если стрим положат аркадийские психи, наступит война. По крайней мере это равносильно объявлению войны. На стрим завязана инфраструктура РОСА. Страна просто слетит с рельсов, и воцарится хаос.

– Поэтому исполнители ничего не должны подозревать, – произнес Джастин. – Пусть ребята думают, что останутся безнаказанными. Нам нужно контролировать их и просто быть в курсе всех их планов! Но если они поймут, что мы у них на хвосте, тогда – пиши пропало, и нам крышка!

– Один из них точно знает, мы у них на хвосте, – заметила Мэй.

Джастин натянул на себя одеяло и перекатился на бок.

– Но я‑то его подманиваю. А сейчас мне надо еще немного поспать, а потом поесть. Попроси, пожалуйста, Лусиана одолжить мне свой гримировальный набор. Они, конечно, не разрешили нам ничего такого провезти, но я видел, что Лусиан гримируется для фотосессий. А мне стоит замазать круги под глазами и закинуться парой таблеток – тогда я вообще буду выглядеть как огурчик.

Мэй застонала:

– Смотри, закинешься, как обычно, – стошнит!

– Тошнить меня будет завтра, причем активно, – парировал Джастин. – А сегодня вечером я продемонстрирую могущество своего бога.

Мэй направилась к двери, но замерла:

– А ты не можешь рассказать мне хотя бы про жезл? Почему ты про него спрашивал?

Джастин уже задремал, но быстро встрепенулся:

– Возможно, это оружие. Во всяком случае, вороны так считают.

– Как мой кинжал?

– Гораздо мощнее. Они полагают, что жезл является угрозой и для нас, и для всей нашей страны, но я не могу сообразить, как добраться до артефакта. Даже если мы доберемся до Святого Озера, а я уверен, что до Упадка оно называлось иначе, как проникнуть на чужую территорию? – Он вздохнул и прикрыл глаза. – Придется нам удовлетвориться скромным подвигом во славу отечества и плюнуть на геройство.

Мэй сильно обеспокоили новости еще об одной потенциальной угрозе, однако она согласилась с Джастином: ничего не поделаешь, да и других проблем полно! Преторианки уже уехали с джемманскими мужчинами на очередную экскурсию. Мэй тоже могла бы присоединиться к их компании, но ей не хотелось оставлять Джастина в одиночестве. Служитель проснулся во второй половине дня: выглядел он получше и настоял на том, чтобы снова принять душ. До ванны он дотащился самостоятельно, что внушало оптимизм, и Мэй отправилась в особняк за едой для своего подопечного.

Но сперва Мэй пришлось облачиться в наряд Огражденной. Дело было муторное, но, как выяснилось, полезное: по дороге на кухню она разминулась с двумя сыновьями Карла. Они болтались в коридоре и не обратили на Мэй никакого внимания. Она догадалась: наверняка они перепутали ее с Ханной. Сначала даже Харриэт приняла ее за несчастную наложницу: женщина как раз отмывала кухонную плиту, когда Мэй попросила горячей пищи для Джастина. По голосу Хэрриет, конечно, ее узнала. Пока жена Карла занималась блюдом для гостя, Мэй смирно стояла в сторонке и прислушивалась к разговору мужчин. Оказалось, не зря.

– Ты бы лучше отца попросил девчонку из Питтсфилдских для тебя придержать! Он переезжает со дня на день, – сказал кто-то из младших сыновей, Мэй не помнила, как его зовут.

– А почему? – удивился Джаспер.

– А давеча залез кто-то в салон, – пояснил юноша. – Он и решил переехать, от греха подальше. Хочет, где безопаснее, осесть, пока девки не подрастут.

– Вот именно – пока не подрастут! – заявил Джаспер. – И чего они мне сдались? Они еще мелкие!

– Зато самые красивые! – послышался голос старшего сына Карла, Уолтера. – Правда, все нелегалки, но какая разница: как девчонок продаст, так они автоматически и легализуются. Если он их продаст, конечно. Иначе зачем ему когти рвать? А то ведь выкрадут – и прощайте вложенные денежки! А пока надо ждать года три минимум.

Джаспер нахально проворчал:

– Не буду я ждать три года, даже красавицу! Я бабу хочу, прямо сейчас!

Мэй так увлеклась их разговором, что едва заметила, как Хэрриет передала ей блюдо с едой. Преторианка благополучно миновала братьев, но мозг ее едва не вскипел от новых идей. Зато одежда Огражденной ей помогла: Мэй без приключений добралась до гостевого флигеля. Она закрыла за собой дверь и принялась лихорадочно размышлять. Естественно, братья говорили о том самом салоне, в который она проникла ночью! Ее визит не остался незамеченным, но она даже представить себе не могла, что хозяева решат убраться восвояси! Они бросают свое насиженное гнездо! Мэй хотелось закричать от отчаяния и горя. Волей судьбы она оказалась буквально в двух шагах от нужного места, и что? Сейчас все пойдет прахом, причем по ее вине! Они сказали – со дня на день. Что это означает? Когда они переезжают? И что она может предпринять за столь короткий срок?