Одним словом в последние недели моя жизнь кипела и бурлила. Было не до скуки и грусти. Я не могу сказать, что у меня прямо всё так хорошо получалось с первого раза. Нет! Приходилось и понервничать, и попереживать, и подёргать знакомых. Но в итоге всё сложилось, утряслось. В один прекрасный день я перевела дух и застыла, заметив золотые деревья и ветер, играющий с жёлто-красными сорванными листьями. А в нашем дворике остро пахло хризантемами.
– Конец рюена, мама! – смеялась над моим растерянным видом дочка.
Я лишь кивала головой как болванчик, а вечером жаловалась Ире:
– Представляешь, целый месяц прошёл незаметно, словно его и не было!
– О-о-о, милая моя! Я тебе больше скажу: вот так незаметно пройдёт вся твоя жизнь. Увы!
Судя по растрёпанному виду, у моей подружки началась осенняя хандра.
– Нет, так не пойдёт! С этим нужно что-то делать! – я подмигнула. – Ира, нос кверху! И вообще, почему ты дома?! Пятница же!
– Весь разврат будет завтра! – «успокоила» девушка. – Мы с Алексом (очередной Иркин ухажёр) идём в какой-то закрытый клуб.
– Отличного вечера! – пожелала я. – А мы с Линой идём на пристань, чтобы посмотреть на закрытие судоходного сезона.
– Ну… Круто… Наверное…
Беганская не понимала наше желание «пялиться на железные банки». А вот мы с крошечкой не могли пропустить такое событие, учитывая любовь дочки к морю. У нас в доме уже собралась коллекция красивых камешков и ракушек.
В середине осени на Таэльском море начинался сезон ураганов, в этот период ни один капитан не выводил своё судно в неспокойные воды. Зимой здесь поднимались самые высокие волны, сутками свирепствовал ураганный ветер, грозясь опрокинуть и разломать корабль как щепку. Суровое время, опасное! Поэтому на зиму все суда – большие и маленькие – отправлялись в доки.
Мы с дочкой стояли на набережной и вместе с другими горожанами любовались кораблями, которые жалостливо гудели, прощаясь до весны. Лина не сводила глаз с круизного лайнера.
– Какой он огромный!
– Да.
Девочка посмотрела на меня.
– Корабли такие большие!.. Я и не думала…
– А как же иначе, милая! Ведь на нём много людей и грузов.
Лина задумчиво поглядывала на белоснежный лайнер.
– Наверное, он может обойти всю нашу Гебу?!
Я пожала плечами в ответ:
– Наверное, может.
Корабль как раз проходил мимо и прощально загудел. Ангелина засмеялась и захлопала в ладоши.
– Когда-нибудь я тоже поплыву на таком большом лайнере.
– Куда, если не секрет?
Я по-прежнему улыбалась дочке, но лёгкая печаль коснулась сердца. Ведь однажды моя девочка станет взрослой и уйдёт.
– В далёкую страну эльфов, – Лина махнула в сторону бескрайнего моря и спросила: – Ты будешь меня ждать?
– Всегда.
И это была правда!
А вернувшись домой, мы узнали потрясающую новость. Позвонил Виджей Тандекар, непривычно взъерошенный, взволнованный, и дрожащим голосом сообщил:
– У меня сегодня родился сын!..
Радость! Облегчение! Сочувствие к Калине, которая выдержала это нелёгкое испытание! Все эти чувства смешались во мне и вырвались наружу в виде смеха и слёз.
– Поздравляю, лайдир!.. От всего сердца поздравляю вас!.. – сквозь всхлипывания бормотала я. – Когда?
– Два часа назад!.. До сих пор не могу в себя прийти!
– Как Калина?
– С ней всё хорошо. Сейчас…
Оборотень вошёл в палату, и я увидела нашу кошку. Она лежала на кровати и устало улыбалась. А рядом в колыбельке спал её сыночек. Женщина не сводила с него глаз, мельком глянула на меня, приветливо кивнула и снова смотрела на своего малыша. И в этом взгляде было столько бесконечной любви, столько безудержного счастья!..
– Калина, я… Ох!..
У меня все поздравления вылетели из головы! Я смотрела на оборотней и плакала от радости за них. Кошка улыбнулась мне.
– Что же ты плачешь, Дашенька?
– Это от счастья!
Виджей подошёл ближе к кроватке, и я замерла, разглядывая маленькие пальчики новорожденного.
– Он такой крохотный!
Калина фыркнула.
– Крохотный?! … В процессе родов мне так не показалось!
Я не удержалась от смешка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Бедная моя! С тобой всё хорошо?
– Для только что родившей женщины – да.
Малыш заворочался, и Виджей стал прощаться, сказав напоследок.
– Прилетайте с Линой к нам в гости.
– Обязательно. Вот подрастёте немного и прилетим, чтобы потискать маленького тигрёнка.
Я завершила звонок, оставив новоиспечённых родителей наедине с их счастьем.
***
Мы прилетели в Иринг на Йолль. Этот праздник любили все дети, и поездка стала отличным подарком для Ангелины и Деви. Ну, и маленький Амрит к этому времени уже подрос. Пока девочки играли в своей комнате, я нянчилась с тигрёнком. Сейчас он улыбался мне, хотя, увидев в первый раз, хмурился и громко плакал. За эти дни привык. Теперь, стоило мне подойти к мальчику, на его личике появлялась широкая беззубая улыбка.
– Он такой хорошенький!..
Амрит лежал на родительской кровати, суча ручками и ножками. Я протянула палец – и малыш тут же схватился за него.
– Крепкий какой!
Ещё одна беззубая улыбка в ответ. А чёрные глазёнки довольные-довольные! Сразу видно, чей это сын: такие же глаза у Деви и такая же чёрная шевелюра.
– На лайдира похож, – заметила я и хмыкнула: – Интересно, у Амрита волосы тоже будут виться?
Калина пожала плечами.
– Не знаю. Не думала об этом… – и тихо призналась. – Знаешь, первое время я боялась, что мне всё снится. Подходила ночью к кроватке Амрита, слушала его дыхание – и наслушаться не могла!.. – оборотница криво улыбнулась. – Он у нас парень с характером, любит покричать. Приходится по несколько часов носить на руках. Ты не подумай, муж помогает мне, ночами именно он успокаивает Амрита. Но Виджей не всегда рядом. Дела прайда… Он хотел привлечь на помощь Милу, а я не разрешила. Не могу никого подпустить к сыну. Всё кажется, что его отнимут, заберут…
– Я слышала, у рожениц бывает такое: страхи разные, паника… Пока гормоны в норму не придут. Ты не волнуйся: никто у тебя Амритика не заберёт, – я весело подмигнула кошке. – Вот лет через тридцать можешь переживать, гадая, где и с кем гуляет твой взрослый сын!
Калина только улыбнулась, трепетно касаясь своего малыша. А мне так хотелось, чтобы она отвлеклась от страхов. Я и ляпнула:
– А ещё лучше через годик подарите Амриту брата или сестру. Тогда точно времени на глупости не останется!
Попала! Кошка нервно хохотнула.
– Ты сначала сама попробуй родить, потом поговорим, – она наставила на меня палец. – Ха! Двенадцать часов, Даша! Двенадцать часов!!! Мои вопли, наверное, слышала вся Степь.
– Не преувеличивай, – возразил Виджей Тандекар, заходя в комнату. – Ты держалась молодцом!
Калина неожиданно покраснела. А я привстала на локте.
– Ну-ка! Ну-ка!..
– Мне было так больно! И я обзывала Джея разными словами, – кошка виновато поморщилась. – Очень некрасивыми…
Эти байки о роженицах я слышала и понятливо кивнула:
– Небось, кричала, что муж во всём виноват и больше ты его к себе не подпустишь?
– Типа того!
Мы захихикали. А лайдир подхватил загулившего малыша и погнал нас в столовую.
– Калина, тебе скоро сына кормить, а ты ещё не ела. И девочкам кушать пора.
Обедали мы в чисто женской компании.
– Джей остался с малышом, – пояснила фири-гахум.
– Он души в нём не чает, – заметила я.
– Для нас Амрит больше чем ребёнок и наследник. Он – наша награда за всё пережитое.
Лучше и не скажешь!
После обеда Калина поднялась к себе: ей нужно было кормить сына и просто отдохнуть. А я вышла на улицу. Снег тихо поскрипывал под моими ногами, пока я брела по дорожке. Дышала свежим морозным воздухом и довольно щурилась на солнце. Знаете, что я поняла за эти дни, проведённые в гостях?.. Я с удовольствием вспоминала приятные моменты: как мы играли в снежки с ханами, как летом с Малати и Деви ловили кузнечиков, как ходили в степь, чтобы посмотреть на звёздное небо… Но я не чувствовала грызущей тоски! Мне не было грустно. Лишь раз кольнуло под сердцем, когда вспомнила бабушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
