мне так же, как относишься к Киррану.
Либо мне показалось, либо Кирран спрятал легкую усмешку в волосах Аннуил. Летняя девушка снова моргнула и уже собиралась что-то сказать, как вмешалась Кензи:
– Эм, Итан? Извини, я нормальный человек и все такое, но… с кем мы разговариваем?
Кирран усмехнулся.
– О, точно. – И обратившись к Аннуил, сказал: – Боюсь, Маккензи не может тебя видеть. Она просто человек.
– Что? – Аннуил взглянула на Кензи, и ее глаза расширились. – Ох, конечно. Прошу простить меня. – Воздух вокруг нее задрожал, и когда перед нами материализовалась девушка-фейри, Кензи подпрыгнула. – Лучше?
Кензи вздохнула.
– Никогда к этому не привыкну.
Летняя фейри улыбнулась, но тут ее глаза потемнели, и она отстранилась.
– Идем, – сказала она, осматривая ярмарочную площадь, как настороженный олененок. – Нельзя здесь оставаться. Это опасно. Я должна отвести тебя к хозяйке. Сюда.
Мы последовали за Аннуил по пустынному парку развлечений, через безмолвные ряды будок, мимо тихо поскрипывающего на ветру колеса обозрения, пока не подошли к «Кривым зеркалам» в тени деревянных американских горок. Миновав странные, искаженные отражения самих себя – толстые, низкорослые, высокие с руками, как у горилл, – мы наконец-то остановились у узкого зеркала в темном углу, и Аннуил покосилась на Киррана.
– Здесь немного… многолюдно, – предупредила она и посмотрела на нас с Кензи. – Никто не хочет находиться по эту сторону Завесы, пока снуют эти твари. – Аннуил вздрогнула, и я увидел, что Кирран вторил ей. – Я предупредила, – продолжила она, наблюдая за Кирраном с нескрываемой привязанностью. – Хозяйка немного… капризна. Ей может не понравиться, что ты явился, особенно с двумя людьми.
– Я рискну, – мягко сказал Кирран, выдержав ее взгляд.
Аннуил улыбнулась ему и приложила руку к зеркалу перед нами. Оно замерцало, искажаясь еще сильнее, и девушка-фейри шагнула сквозь стекло, исчезая из виду.
Кирран посмотрел на нас, одарив улыбкой.
– После вас.
Я взял Кензи за руку и шагнул сквозь подвижное стекло, снова оставляя реальный мир позади.
Через дверной проем мы вошли в темную подземную комнату, возможно, подвал или даже темницу. Летняя фейри поманила нас за собой вниз, по мрачным проходам. Мы следовали за Аннуил по сырым коридорам, где на стенах мерцали за решетками факелы, а с каменных колонн за нами наблюдали горгульи, ухмыляясь каждый раз, когда мы проходили мимо.
Здесь сновали и другие фейри: боггарты, буги, парочка гоблинов, – те фейри, предпочитавшие сырость и тени и избегавшие света. Они смотрели на нас с голодным любопытством, и Кензи глядела на них в ответ, снова способная видеть их после возвращения в Фейриленд. Однако они держались на расстоянии, и мы спокойно поднялись по высоким деревянным ступеням, к паре малиновых дверей. Аннуил толкнула их.
Лестницу затопили шум и свет. Нашим глазам открылось огромное фойе с красными стенами, заполненное фейри.
Они стояли или сидели на покрытых коврами полах и тихо переговаривались. Гоблины сбились в небольшие группки и перешептывались, настороженно оглядываясь по сторонам. Домовые, сатиры и пикси бродили по помещению с потерянным видом. Пара красных колпачков забилась в угол и обнажала клыки, стоило любому существу приблизиться. Один из них заметил меня и подтолкнул локтем своего спутника, после чего дернул подбородком в нашу сторону. Другой ухмыльнулся и провел бледным языком по зубам, я же в ответ одарил их равнодушным взглядом, провоцируя провернуть какой-нибудь трюк. Красный колпачок усмехнулся, показал грубый жест и продолжил и дальше угрожать толпе.
Еще больше существ сбилось вдоль стен, некоторые из них охраняли столы и коробки со странными вещами. В одном углу фейри в белом плаще поправляла подставку с перьевыми масками, а возле камина узловатая ведьма достала из огня вертел с мышами и поставила его, дымящийся, рядом с тарелкой лягушек и чем-то напоминающим зажаренную кошку. Вонь тлеющего меха донеслась до меня через всю комнату, и Кензи издала тихий рвотный звук.
Но даже со всеми этими странными, неземными и опасными фейри значение имела лишь одна.
В центре этого хаоса, с мундштуком в руке и явным раздражением на лице, возвышалась самая поразительная фейри, которую я когда-либо видел. Медно-золотистые волосы развевались вокруг нее, платье облегало ее стройное тело, а длинный разрез сбоку открывал невероятно изящные ноги. Она была высокой, величественной и недовольной – постоянно поджимала губы и пускала синий дым, превращавшийся в рычащих волков, что метались в воздухе и рвали друг друга на части. Перед ней стоял чернобородый дварф, а рядом с ним деревянный ящик, задрапированный темной тканью. Ящик раскачивался взад-вперед, и изнутри доносились рычащие, шипящие звуки.
– Меня не волнует, что за зверя уже заплатили, дорогой, – прокатился над толпой высокий чистый голос фейри. – Здесь ты его держать не будешь. – Ее тон завораживал, пусть даже и звучал раздраженно. – Я не позволю, чтобы мои человеческие питомцы превратились в камень из-за того, что Герцогиня Шипов испытывает неестественную тягу к яйцам какаду.
– Прошу, – карлик умоляюще поднял толстые руки, – Леананши, пожалуйста, будьте благоразумны.
Я втянул воздух, и кровь застыла в жилах.
«Леананши?» Леананши, чертова Королева Изгнанных? Я грозно посмотрел на Киррана, и тот улыбнулся уголками рта. Все в Фейриленде, включая меня, знали, кто такая Леананши. Меган упоминала о ней несколько раз, и нет ни одного изгнанного фейри, который бы не слышал об опасной Темной Музе и не боялся ее.
– Убери это из моего дома, Феддик. – Королева Изгнанных указала на дверь, через которую мы только что вошли. – Мне плевать, что ты с ним сделаешь, но я хочу, чтобы это исчезло. Или ты желаешь, чтобы тебя навсегда изгнали из моего дома? Рискнешь сразиться с чудовищами, высасывающими жизнь, в реальном мире?
– Нет! – Дварф отпрянул, широко распахнув глаза. – Я… избавлюсь от него, Леананши, – заикаясь, пробормотал он. – Прямо сейчас.
– Не подведи, дорогой. – Леананши поджала губы, посасывая мундштук. Она вздохнула, и дымчатый образ петуха пронесся над нашими головами. – Если найду в этом доме еще одно существо, которое обратилось в камень… – Она замолчала, но угрожающий взгляд ее глаз говорил громче слов.
Дварф схватил шипящий задрапированный ящик и поспешил прочь, что-то бормоча себе под нос. Мы отступили в сторону, когда он проходил мимо, даже не взглянув на нас, а затем спустился по лестнице и исчез в тени.
Леананши ущипнула себя за переносицу, выпрямилась и посмотрела прямо на нас.
– Так-так, – промурлыкала она, улыбаясь так, что по телу пошла дрожь. – Кирран, дорогой. И вот ты снова здесь. Чему обязана такому удовольствию? – Королева Изгнанных бегло осмотрела меня оценивающим взглядом и снова обратила внимание на Киррана. – Вижу, ты привел с собой людей. Опять бездомные,
