Читаем без скачивания Замок темного барона - Павел Бергер

Пауль отрицательно качнул головой и с показным рвением уложил фотографии дипломата в служебную папку. Затем подтянул к себе и под аккомпанемент ровного и уверенного голоса Кольбаха стал раскладывать в аккуратные стопочки целый ворох медицинских заключений, анализов и фотоснимков, которые штандартенфюрер изучал до этого в течение нескольких часов. Шеф щедро делился с молодым коллегой результатами изысканий:

— Картина, повторю, весьма странная и ставит в тупик даже меня… Оберфельдартц35 Удо — врач, который проводил вскрытие, — обследовал все обнаруженные в каменоломнях тела с большой тщательностью. Ни под ногтями, ни на коже пальцев или ладней, ни на других участках тела покойных ему не удалось обнаружить ни крупинки, ни даже следа взрывчатки, ни каких-либо признаков контакта со строительными материалами!

— То есть это не они притащили в катакомбы ящики с тротилом и перегородили подземный коридор стеной?

— Нет, не они. На момент строительства большинство из них уже были мертвы…

Пауль едва рот не открыл от изумления, а Шеф безнадежно уточнил:

— Только четверо молодых мужчин, тела которых были обнаружены в каменоломнях, подверглись смертоносному воздействию отравляющего газа. Остальные скончались от переохлаждения.

— Как? — не мог поверить собственным ушам Пауль.

— Герр Удо произвел тщательное исследование внутренних органов и тканей. Молодые люди действительно длительное время оставались без пищи и воды, а также без движения, находились в темном помещении с постоянной температурой, близкой к нулю градусов или чуть ниже… Что в итоге и привело к их смерти. Медик специально указывает на факт поразительной сохранности тел: естественные процессы разложения затронули их весьма незначительно, хотя и в разной степени. Таким образом, согласно его заключению, обнаруженные в каменоломне лица умерли не одновременно, а с интервалом приблизительно в две недели… Причем четверо из них были еще живы на момент, когда в катакомбы стал поступать газ, и скончались в результате отравления…

Пауль представил себе мрачную картину происшествия в подземельях, не выдержал и залепетал с неподдельным ужасом:

— Выходит, эти ребята, один за одним, опускались в каменоломни, раздевались догола, отдавали кому-то свою одежду, укладывались и просто лежали там — пока не умрут? Как еретики-катары? Дедушка рассказывал, что в старинные времена у еретиков был обычай так расставаться с грешным миром прямо в наших пещерах… А пока они еще были живы, их единоверцы служили по ним — прямо там же, в подземельях, — специальную траурную мессу и обязательно резали черного петуха, чтобы те поскорее умерли…

— Пауль, дружище, не стоит понимать слова вашего доброго дедушки настолько буквально! Герр Клаус — настоящий философ! И, как всякий немецкий философ, склонен к мистике и идеализму. Я же предлагаю вам проанализировать ситуацию

с позиции материализма и просто здравого смысла. Взгляните сюда, — герр Кольбах отобрал из отчетов о медицинском освидетельствовании несколько фотографий и выложил в ряд. На всех снимках были запечатлены обнаженные руки с небольшими, но заметными темными участками, один из которых располагался чуть ниже локтя, а второй — на запястье или ладони…

— Вот так они выглядят — «ведьмины метки»!

— Эти ребята из катакомб — колдуны? Все? — за свою молодую жизнь Пауль слышал такое количество жутких историй про ведьм и колдунов, что сейчас готов был вылететь из кабинета и что есть духу мчаться в собор — пасть в ноги любому святому отцу и просить благословения и защиты… Но стальное спокойствие шефа Кольбаха удержало его на месте.

Шеф иронично поморщился:

— Вынужден вас разочаровать, дружище! Сами эти бедолаги колдовать не умели. Темные участки на их коже появились в результате многократного направленного электрического ожога, генерируемого специальным механическим устройством, — таково официальное заключение компетентного медицинского специалиста. В частном же порядке герр Уде поделился со мной существенным наблюдением. У него сложилось впечатление, что некто использовал молодых людей для медицинского эксперимента с применением точечного воздействия электротоком. Хотя условия и цели эксперимента остались для него загадкой. Нам повезло больше…

Пауль совершенно не понимал, куда клонит Шеф, но, чтобы не выглядеть в глазах начальника полным дураком, оптимистично улыбнулся.

— …Поскольку мы знаем об аналогичных отметках, которые ваш дедушка видел на руке умершей женщины в Замке, — как ни в чем ни бывало продолжал излагать Шеф, — логично предположить, что некто пытался экспериментальным путем воспроизвести медицинские достижения старого барона Фридриха. Судя по количеству обнаруженных тел, совершенно безрезультатно! Видите, Пауль, чем может обернуться слепая вера в легенды и сказания? Сомнительная возня в катакомбах привлекла внимание вашего прежнего шефа — герра Корста. Не исключено, что он обнаружил тело или несколько тел и в итоге поплатился за свое любопытство сломанной шеей. Неудачи в экспериментах по управлению психикой заставили нашего Некто действовать более традиционными способами. Он нанял белокурую фройлян, с большей долей вероятности — начинающую актрису, проинструктировал и отправил в Замок — обокрасть библиотекаря фон Штерна. Бедная девчушка погибла из-за того, что превратилась в опасную свидетельницу. С ней покончили уже опробованным способом — сломали шею! А тело оттащили в каменоломню и добавили к прочими жертвами, предполагая, что запланированный на ближайшие дни взрыв скроет следы всех преступлений разом…

Пауль озадачено просмотрел пометки, которые делал, чтобы получше разобраться в хитросплетениях преступного замысла, с легкостью раскрытого Шефом Кольбахом:

— Выходит, прежнего шефа, парней из катакомб и белокурую фройлян убило то же лицо, что притащило в катакомбы тротил и готовило взрыв летнего театра?

— Совершенно верно, — удовлетворенно кивнул Шеф. — А чтобы установить и обезвредить это лицо, достаточно будет выяснить, кто много лет назад в Замке, используя аналогичные средства, убил вашего отца — барона Отто — и даму с ведьмиными метками…

31. Логика и дедукция

Кольбах нетерпеливо потер руки, пододвинул к себе чистый листок и карандаш:

— Теперь это будет достаточно просто! Благодаря здравому смыслу и предусмотрительности фрау Грюнвальд! Если вы, Пауль, унаследовали хоть часть сыскных талантов вашей обворожительной мамы, вас ждет великолепная карьера! Именно она сохранила ключевое звено, позволяющее восстановить мрачную картину смерти молодого барона Отто во всех подробностях! Вот оно! — Кольбах осторожно развернул пожелтевший листок и зачитал:

«Настоящим уведомляем, что пациентка нашей клиники Ута фон Клейст, урожденная Раушен, проходила лечение в связи с наркотической зависимостью. Означенная пациентка скончалась 28 ноября 1915 года в результате легочного кровотечения, вызванного скоротечной саркомой легкого…»

— До знакомства с этим документом я исходил из ложной посылки, считая отправной точкой расследования смерть барона Отто фон Клейста, — пояснил собственную логику герр Кольбах. — Но я ошибался: фундамент для этого нагромождения трупов был заложен в 1900 году, когда старый барон Фридрих фон Клейст заложил свой Замок на весьма выгодных условиях. Выплаты, обеспеченные залогом Замка, поступали ему ежегодно и давали возможность вести привычный светский образ жизни и даже продолжать своеобразные научные изыскания…

Молодой барон Отто знал о финансовых затруднениях семьи и практически не рассчитывал на наследство. Но ситуация существенно изменилась, когда Отто фон Клейст выгодно женился и стал отцом: он вполне мог выкупить фамильную недвижимость у залогодателей за деньги из весьма значительного приданого супруги, баронессы УтьI. Над старым бароном нависла угроза лишиться средств, которые он получал под залог Замка!

Покориться судьбе — не в характере Фридриха фон Клейста! Он сам предпочитал формировать будущее! Вместе с подручными разыграл мистическое театрализованное действо и упрятал невестку в сумасшедший дом. Стресс оказался слишком сильным для болезненной молодой женщины, пристрастившейся к наркотикам: вскоре она скончалась. Сам старый барон стал все глубже погрязать в псевдонаучных опытах — его расходы увеличивались. Ему постоянно требуются деньги! Он скрыл смерть баронессы Уты от сына и в особенности от свата — старика Раушена, чтобы продолжать пользоваться средствами из приданого невестки. Но через год-полтора и этот источник иссяк. Старый лиходей Фридрих сообразил, что может воспользоваться средствами, предназначенными малолетнему внуку Зигфриду, если станет опекуном мальчика.