у неё чуть хрипловатый и тоже незнакомый.
Неужто это правда Мамба?
Да, в реальном мире у неё так же рыжие волосы. Но собраны в неряшливый пучок. И глаза, наверное, зелёные, но совсем не такие яркие. К тому же скрыты за огромными стёклами бликующих очков. Формы, вероятно, тоже имеются, но сейчас они старательно упакованы в наглухо застёгнутый чёрный костюмом.
Если это действительно Красная Мамба, то по сравнению с собой из Симулякра она смотрится бледной копией.
— Ты мне тоже, — отвечаю честно. Сравнение немного неуместное, но чувствую себя словно на неудачном свидании с интернет-знакомой. Не то чтобы совсем не она, но на «фотках» выглядела куда эффектнее.
Женщина усмехается, будто услышала комплимент, и возвращается к управлению. Автомобиль трогается, продолжая свой неспешный путь.
— Я отвезу тебя на свою секретную базу, — резко произносит Мамба, выруливая на широкую центральную улицу. — Только учти: я сейчас тоже там живу.
— Не волнуйся, я не привередливый, — хмыкаю. — Спасибо, что согласилась помочь.
— Сочтёмся, — чуть добреет женщина. — Для начала расскажешь мне всё, что произошло с тобой за последние пару суток.
— Ну вот, вечно тебе от меня только одно и нужно, — шутливо оскорбляюсь я.
Мамба бросает сердитый взгляд в зеркало заднего вида:
— Даже слышать подобное не хочу от такого малолетки. Ты мне в сыновья годишься, мальчик.
Смеюсь уже открыто:
— Чур меня от такой мамочки!
— Вот как? Могу высадить, раз такой переборчивый, — в тон грозит женщина.
Пока мы так переговариваемся, ловлю себя на мысли, что вижу перед собой действительно Мамбу. Манера речи, прищур и выражение то и дело мелькающих в зеркале глаз — такие мелочи никак не позаимствуешь. Да и внешне на самом деле не так уж сильно они различаются — реальная женщина и её виртуальный аватар. Просто в Симулякре индивидуальность можно выражать куда ярче, чем в реальной жизни.
— Кстати, — наконец обращаю внимание на пейзаж за окном. — Ты куда меня вообще завезти решила?
— Завезти — никуда, — ответствует Мамба и сворачивает к обочине. — Вылезай.
Сомнения в случайной помощнице вспыхивают с новой силой. Неужто решила наконец показать свою истинную натуру?
Настороженно выбираюсь из автомобиля. Мамба делает то же самое и поворачивается ко мне:
— Отсюда придётся идти пешком. Машину заберут позже.
Она шустро сбрасывает с себя строгий пиджак, стягивает с волос резинку и снимает очки. Вот теперь сходство с прежней Красной Мамбой куда больше!
— Далеко идти? — приноравливаюсь к её быстрому шагу.
— Далековато. А, да! — женщина спохватывается и нашаривает что-то в кармане пиджака, который только что осмотрительно повесила на своё предплечье. — Вот, возьми. Наклей на левое запястье с тыльной стороны.
Оглядываю внезапный подарок. Это голографическая наклейка в виде треугольника, здорово напоминающая детские переводные «татуировки».
— Что это?
— Ты знал, что при необходимости твоё местоположение можно отследить через триаду? — с намёком спрашивает Мамба. И удовлетворённо наблюдает, как я без дальнейших расспросов наклеиваю «тату», куда сказано. — Не волнуйся, блокиратор сразу не смоется. Хватает такого примерно на месяц.
— Тут у вас и такие штуки есть, — тяну уважительно, поглаживая картинку за запястье.
— Жить захочешь — не то придумаешь, — усмехается Мамба. — Кстати, забыла представиться, Олег. Меня Лара зовут.
— Лариса? — мне, видимо, представляться не имеет смысла, поэтому обойдётся.
— Лара, — поправляет женщина. — И лучше не путай, побью.
Покладисто киваю:
— Ладно.
Мне в общем-то без разницы, как кому удобнее называться. У меня самого в этом мире минимум два имени.
— Надо ещё заблокировать у тебя входящие сообщения, — деловито продолжает свежепереименованная Лара. — Через них тоже можно отследить, если постараться… Но это лучше на месте сделать, как доберёмся…
Торопливо топаем по просыпающемуся городу. Мы достаточно удалились от центра, поэтому людей на улицах мало, как и автомобилей. Хотя я ещё раньше обратил на это внимание: выползать из домов местные жители не слишком любят. Или это им просто не нужно — мало ли как тут рынок труда устроен. При технологиях уровня Симулякра они вполне могут работать в каких-нибудь виртуальных офисах.
Ну и вообще складывается ощущение, что весь этот город — просто огромное приложение к Симулякру.
Пока идём, отвечаю на Ларины вопросы. Рассказываю всё без утайки: и о том, что происходило перед закрытием Золта, и о разговоре с Ломакиным, и о нездоровом интересе императора. Если она дальше будет мне помогать, это здорово облегчит взаимодействие. Если предала — из меня в любом случае эту информацию выбьют.
— Он хочет убедиться, что перенос сознания Владимира в твоё тело оказался успешным, — задумчиво произносит женщина, явно имея в виду императора. — Торопится. Значит, его время уже на исходе.
А Твой Папка в серьёзной опасности. И для него я тоже не могу ничего сделать.
— Не грузись, — обращает Мамба внимание на мою кислую физиономию. — Пока жив — всегда можешь что-то изменить. А если сдох — так всё равно.
— Занятная философия.
Женщина пожимает плечами:
— А как ещё жить-то? Меня император тоже по голове не погладит за всё хорошее. Он над Симулякром как кощей трясётся. Сейчас, наверное, рвёт и мечет.
— Потому что бабло перестало капать?
— Мне кажется, — Лара смотрит серьёзно, — деньги — это так, прикрытие. Вечная жизнь куда интереснее. Согласен?
И бесконечная власть, если подумать. До чего удобно: наплодил наследников и подбираешь себе вместилище поприятнее да получше. А перед операцией просто передаёшь престол самому себе.
Вот такой вот Кронос нашего времени.
Остаётся только надеяться, что престарелый титан, пожирающий собственных отпрысков, в этот раз останется голодным.
— Я давно поняла, что дело нечисто, — продолжает делиться Мамба. — Но только когда меня попытались убрать, сообразила, насколько. С тех пор так и живу.
— В разводе? — уточняю без всякой задней мысли.
Женщина отвешивает мне невесомый подзатыльник. Наверное, в её глазах я действительно выгляжу не в меру наглым пацаном.
— Я что, идиотка по-твоему? — риторически вопрошает Лара. — Пусть Ломакин сам разводится, коль ему так надо. Я в госорганы пока ни ногой.
Пока мы петляем по узким улочкам, их вид становится всё хуже и хуже. Дома не выше двух этажей больше напоминают развалюхи, под ногами, несмотря на сухую погоду, то и дело чавкает грязь.
— Мы идём в сторону Четвёртой дуги? — наконец соображаю я.
— Конечно, — тут же отзывается Лара. — Таким призракам, как мы, там самое место.
Идти не близко, поэтому мы добираемся до той самой секретной развалюхи почти к полудню. За это время со мной несколько раз пытаются связаться незнакомцы, но я, следуя рекомендации Мамбы и собственному здравомыслию, не отзываюсь.
Зато с удовольствием представляю, как там сходит с ума Петрович. Отрадная картина, посмотрел бы вживую, но недосуг.
А вот на «убежище» Мамбы
