На часах была уже половина второго. Иоселиани понял, что своих друзей он больше не дождется. Он вырвал страницу из модного глянцевого журнала, написал на белой поверхности где друзьям его искать, если они все же вернутся. Хотя, скорее всего, они не вернутся. Бека оставил записку на стол. Взял свой рюкзак, оделся потеплее. За окном температура уже упала до плюс десяти. Одел горные очки. Взял в руки ледоруб.
Выходя из подъезда Бека чуть не споткнулся о клубок тел, устроивших оргию прямо на грязном асфальте. «Поганые свиньи!» — подумал Бека, плюнул на них. Быстрым твердым шагом он шел по обезумевшей улице, кутаясь в шарф. Снег-то, скорее всего, радиоактивный. Скоро здесь будет второй Чернобыль. Да нет, Чернобыль, по сравнению с этим, раем покажется!
Свернув в один из переулков, Бека увидел, как двое молодчиков тащат в подъезд тринадцатилетнюю Темрико, его соседку, смешную девчонку с огромными глазами, как в мультфильмах анимэ. Как она-то здесь оказалась?! Тащили явно не за тем, чтобы о погоде побеседовать, — вон у того, лысого аж молния на брюках вздулась! Один рванул посильнее одежду рыдающей, зовущей на помощь девочки, послышался треск разрываемой материи. Клочья тоненького девчоночьего бельишка полетели на заплеванный асфальт.
Бека вновь почувствовал кипящую, поглощающую ярость, наполняющую его, как кувшин. Парни, увлеченные процессом, не обращали на него внимания, а зря…
Удар ледоруба вошел в череп первого насильника, как входит нож в арбуз. Второму Бека двинул под дых, оттолкнул на землю. Подобрал валявшийся на земле кусок арматуры и одним страшным ударом пробил скоту череп. А затем его рука, сжимающая железку, много раз поднималась и опускалась помимо воли своего хозяина, пока вся заполнившая душу ярость не успокоилась, не остыла. Пока голова ублюдка не превратилась в кровавое месиво.
Когда Бека пришел в себя и увидел плоды своей ярости, его с непривычки вырвало. Тяжело дыша, он усилием воли все же совладал с собой. Все, он спокоен! Его руки дрожали, но, — удивительно, — он был уже совершенно спокоен, как будто всю жизнь ждал этого момента, как будто готовился к нему и знал, что делать дальше.
— Эй, Темрико! — позвал он девочку. — Идти сможешь?…
— …Бека, проснись! — долетел до его сознания голос шофера. — Приехали!
Бека, протирая сонные глаза, огляделся. Сколько же он дремал? За бронестеклом у самого горизонта тянулась гряда гор с ледяными верхушками. Цихиджвари, господа!..
Цихиджвари, в отличие от других городков и селений срединной Грузии пострадал не сильно. Разрушенных домов здесь не было вообще. Все строения, даже опустевшие, содержались в хорошем состоянии. У границы селения начинались пшеничные поля, а в отдалении бродило стадо баранов под присмотром чабана. Здесь же размещался блок-пост. Шлагбаум, стрелки на позициях, держащие на всякий случай машины гостей под прицелом, станковый пулемет, — в общем, все как у людей! В отдалении стоял одинокий БТР-4 украинского производства. А бойцов на КПП сегодня что-то многовато! Здесь, там, там… Человек пятнадцать, не меньше!
Необходимые формальности заняли несколько минут. Дальше машины поехали к центру поселка. Было заметно, что ждали важных гостей, — патрули были усилены, через каждые тридцать метров им встречались вооруженные солдаты, ополченцы, пешие и конные. У многих при себе были противотанковые разовые гранатометы. На крыше дома, мимо которого проезжали броневики Иоселиани, всматривался в небо боец с «Иглой» на плече.
Машины остановились возле когда-то шикарного особняка за высоким кирпичным забором, возведенного здесь перед войной каким-то беспечным «хозяином жизни». У ворот прохаживались часовые с «калашами». Рядом уже стояли два «Динго». Ага, Мансур уже здесь. А вот и он. И Генерал, собственной персоной.
— Здравствуй, Бека, — поприветствовал его Мансур. Бека пожал ему руку, обнял, как брата, затем подошел к Генералу:
— Господин генерал, майор Иоселиани по вашему приказу…
— Да ладно тебе… Здравствуй! — генерал протянул ему свою широкую ладонь для рукопожатия.
После обычных вежливых вопросов о доме, семье, Генерал позвал их с собой:
— Ну, ладно, пока остальные собираются… Все доклады позже, — Он остановил Мансура, достающего из планшета какие-то бумаги. — Раз уж вы первые, хочу вам кое-что показать. Знаете, во времена моей курсантской юности мне приходилось бывать в Ленинграде. Есть там такой музей, — Кунсткамера. Там еще со времен Петра Первого собирали разные диковины, животных и людей — генетических уродцев. Мутантов, короче говоря. Я тут подумал, — а не открыть ли и мне свою кунсткамеру?
— Интересная мысль, — усмехнулся Мансур. — А экспонаты где брать будешь?
— Сходи в пустыню на ночь. Будет тебе «экспонатов» целый вагон! — усмехнулся Бека. — Генерал, ты это серьезно, или…
— «Или» — ответил тот. Они подошли к деревянному сараю, у которого стоял часовой. Генерал приказал отпереть дверь. Они зашли в сарай.
— Вот уже два первых экспоната готовы, — сказал Генерал. — Ну-ка, ребята, отодвинем эту заслонку.
Они втроем отодвинули увесистую заслонку, за которой открывался вход в погреб. Запах там стоял ужасный, — нечто среднее между запахом в общественном туалете и ароматами на скотобойне. Спустились по скрипучей лестнице в холодное подземелье, где на полу, среди огромных кусков льда лежало нечто…
Эти существа были очень высокими, — по два с половиной метра в высоту. Они имели невероятно худощавое телосложение, выглядели, как скелеты, обтянутые темно-красной кожей. Две руки и две ноги, которые правильнее было бы назвать лапами, непропорционально длинные, с громадными загнутыми когтями на каждом пальце. Головы их по форме напоминали человеческие, но лишенные волос и ресниц. Глаза узкие, глубоко посаженные, прикрытые прозрачной пленкой. Выдвинутые вперед нижние челюсти с острыми зубами, длинные заостренные носы, похожие на клювы. На затылке — роговое образование, наподобие воротника с расходящимися в разные стороны острыми рогами, торчащими из-за треугольных ушей. И в довершение — два перепончатых огромных крыла, метра по три в размахе. Наверное, недавно эти существа были неплохими воздухоплавателями. Сейчас они, бездыханные, лежали на холодном полу погреба. У обоих на груди выделялись по два пулевых отверстия.
— Новая форма мутации? — спросил Бека.
— Не знаю пока. Но эти красавцы прилетели к нам позавчера. Летели на высоте около километра, — говорил Генерал, зажимая платком нос. — Потом им, видимо, захотелось жрать, и они спикировали вниз, в поисках пищи. Их заинтересовала отара овец. Двух овец зарезали, хотели утащить, но тут чабан подоспел. Пристрелил их. Ну, так как твари необычные, я велел их сюда притащить. Завтра отправлю их в Боржоми, пусть там разбираются. У нас своих забот хватает. А у вас таких красавцев еще не было?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
