– О, конечно, верю, – кивнула та и отвела волосы с мокрого лица сестры, как в детстве, когда малышка Люси вечно сшибала коленки. – Я понимаю, что Кальдерини способен на все, лишь бы добыть настоящего сокола, вплоть до убийства нас с Даймондом. Понимаю, что Пай Ци отменят сделку, если не получат оригинал. Но одного понять не могу – ты-то тут каким боком?
– Салли!
– Мы с тобой росли без особого уважения к правде, – наставительно изрекла старшая сестра. – Возможно, сказалось влияние Мариетты, либо в нас заложен какой-то внутренний изъян. Но это не значит, что мы не в состоянии измениться в лучшую сторону. От этого может зависеть наша жизнь, Люси. Скажи мне правду.
Люси захлопала большими голубыми глазами, полная нижняя губа затряслась так сильно, что даже Джеймс едва не клюнул на удочку.
– Я говорю правду! – воскликнула она.
Печальная улыбка Салли стала для детектива откровением. Она перестала утешать сестру, пересекла комнату, села на пол рядом с Джеймсом и взяла его за руку. Он почувствовал ее легкую дрожь и понял, каких нервов ей стоит происходящее.
– Не трать понапрасну время, Люси, – попросила Салли, положив голову на плечо Джеймса – надежное, твердое, теплое. – Поверь, здесь довольно неудобно. Наверняка в роскошных апартаментах Винни гораздо комфортнее. От тебя пахнет шампунем и дорогими духами. Для пленницы ты в слишком хорошей форме. Возвращайся и наплети что-нибудь Винни. Может, он тебе поверит.
Слезы в глазах Люси моментально высохли.
– Стало быть, ты нашла настоящую любовь и совершенно переменилась, – глумливо процедила она, свысока разглядывая сестру, прижавшуюся к Даймонду.
Джеймс ощущал напряжение и в теле Салли, и в своем собственном. Винни, возможно, не собирался навредить Люси, а вот Джеймса обуревал сильный соблазн. Он испытывал примитивную жажду насилия в отношении всех, кто нацелился обидеть Салли.
Но не шевельнулся.
– Это переменило все, – согласилась Салли, не выпуская руку Джеймса.
– Что ж, у меня есть для тебя новость. Я тоже влюбилась. В Винни. И он меня любит, – вызывающе выкрикнула Люси.
– Рада за вас.
– Врешь! Ты наверняка ревнуешь!
– Люси, у меня есть Даймонд, – с неподдельным весельем рассмеялась Салли. – Зачем мне такой хмырь, как Винни? Я не хотела его тогда, когда легко могла заполучить. И уж, конечно, он не нужен мне сейчас.
– Ты никогда не смогла бы его заполучить. Он просто дурачил тебя, чтобы украсть сокола.
– Я так и подумала, – ничуть не расстроившись, кивнула Салли. – И очень рада, что его чувства к тебе более искренние.
– Ты не веришь, что он меня любит!
– Я же сказала: рада за вас обоих, – терпеливо повторила Салли.
– Если он не раздобудет статуэтку, наше будущее рухнет! – завопила Люси.
– Почему?
– Эта сделку с китайцами готовили несколько лет. Если она провалится в последнюю минуту и только потому, что Винни не сумел доставить товар, его перспективы в семье растают, как дым.
– Может, оно и к лучшему?
– Где сокол? – взвизгнула Люси.
– Понятия не имею, – невозмутимо ответила Салли, но пальцы дрогнули в ладони Джеймса.
– Я тебя ненавижу, – заорала Люси. – И всегда ненавидела. Ты подлая, тупая уродина, и я тебя ненавижу, ненавижу, ненавижу…
Даймонд решил, что с него хватит.
– Если не закроете свой рот, мисс Макартур, то я сам его заткну. Для кляпа здесь сгодится только пакет из-под чипсов, и очень сомневаюсь, что вам это придется по вкусу.
Люси затихла и изумленно вытаращилась, осознав реальность угрозы. В кладовой воцарилась благословенная тишина, и даже чуть посветлело.
– Я не Макартур, – вдруг вызывающе заявила Люси. – Никогда не была Макартур и уж конечно не являюсь таковой сейчас. Теперь я Кальдерини. Мы с Винни поженились на прошлой неделе.
– Поздравляю, – протянул Джеймс. – Мы с Салли желаем вам счастья. Можете рассчитывать на комплект полотенец с монограммой в качестве свадебного подарка от нас.
– Идите к черту, – зарычала Люси, злобно глядя на сплоченную парочку.
– Только после вас, миссис Кальдерини, – галантно ответил сыщик, поглаживая руку Салли.
* * *
Часы Джеймса давно остановились, а сверхплоский «Ролекс» Салли исчез в какой-то момент после того, как Альф ударил ее по голове. Если Люси и знала, сколько времени, то явно не собиралась разглашать полезную информацию, поэтому все трое пребывали в неопределенности, пока минуты и часы бесконтрольно уползали в прошлое.
– Мне надо в туалет, – вдруг объявила Люси, прервав враждебное молчание.
– Присоединяйся к клубу, – ухмыльнулась Салли. – Мне туда захотелось еще три часа назад. Эти хоромы не оснащены удобствами.
– Ну, я не собираюсь дальше сидеть здесь и страдать. Если желаете умереть, то это ваш выбор.
Люси встала на ноги, подошла к выходу и принялась колотить в дверь.
– Альф, выпусти меня отсюда! Немедленно! – вопила жертва жестокости.
– Ты уверена, что она твоя младшая сестра? – прошептал Джеймс.
– Трудно поверить, правда? Хотя она всегда была зрелой не по возрасту, – сообщила Салли с нелепой материнской гордостью.
– Я бы сказал, не по годам испорченной.
– Полагаю, можно сказать и так, – согласилась Салли.
Видимо, Альф отлучился по долгу службы. Никто не появился на призывы Люси, и когда она забарабанила ногой в дверь, детектив решил, что с него достаточно.
– Если не прекратите орать, миссис Кальдерини, придется приподнять вас и высунуть в окно. Целиком вряд ли пролезете, но голова точно пройдет, так что нам не придется выслушивать ваши вопли.
– Вы уже второй раз угрожаете мне, мистер Даймонд, – злобно повернулась Люси. – На Салли, может, и действует ваша повадка пещерного человека, а вот меня совсем не убеждает.
– Не собираюсь убеждать вас, миссис Кальдерини. Скорее хочу запугать.
– Лучше послушайся его, Люси, – подала голос Салли. – Даймонд при необходимости способен превратиться в абсолютную свинью.
– Спасибо, дорогая, – вежливо поблагодарил Джеймс.
– Пожалуйста, милый, – не замедлил сладкий ответ.
– Меня тошнит от вас обоих, – выплюнула Люси.
Джеймс даже не взглянул на скандалистку. Салли восхищенно смотрела на него снизу вверх, большие голубые глаза сияли опасливым обожанием. Даймонд решил, что ему это подходит. В особенности, опаска. Ему не нужна женщина, которая настолько глупа, что слепо верит кому бы то ни было. В силу профессии и характера, он никому и ни в чем полностью не доверится. Но тут вдруг понял, что такое вполне возможно в самом жизненно важном вопросе. В сердечном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
