тропический город, выросший на побережье Атлантического океана, от которого отделен желтыми лентами широких и протяженных пляжей Копакабана и Ипанема, придающих солнечному Рио неиссякающий аромат тропического морского курорта. Над городом и пляжами возвышается зеленая гора Корковаду высотой 720 м, увенчанная 36-метровой статуей Христа, которая служит местом паломничества туристов и местных жителей. К ней можно подняться, преодолев 225 каменных ступеней. Ступеньки высечены из гранитогнейса, местами переполненного округлыми кристаллами темно-красного граната, обычного минерала пород такого типа.
С вершины Корковаду хорошо виден город, широкая лента пляжа Копакабана и возвышающаяся над побережьем конусовидная одинокая гора Сдхарная Головка высотой 390 м. На ее вершину из-за крутизны совершенно голых склонов можно попасть только на фуникулере. Открывающуюся оттуда панораму окаймленных прибоем золотых пляжей трудно описать на бумаге. Кстати, со дна океана невдалеке от Сахарной Головки извлекли около двух миллионов кубических метров чистейшего морского песка, который был использован для совершенствования пляжа Копакабана. Таким образом знаменитый пляж был расширен вдвое.
От города пляж как бы отгорожен чередой белоснежных высоких отелей, за которыми на широких проспектах (авенидах) и бесчисленных улицах и улочках с утра до поздней ночи кипит жизнь огромного города. Здесь на каждом шагу встречаются магазины и лавочки, торгующие всевозможными самоцветами и образцами с редкими минералами. Самые крупные магазины часто располагаются на верхних этажах высоченных зданий. Найти такой магазин нетрудно по рекламным проспектам, имеющимся буквально во всех отелях.
В нашем отеле «Плаза Копакабана» мы получили подробные сведения об известной ювелирной фирме «Максимино». «Чтобы окунуться в мир бразильских драгоценных камней и ювелирных изделий, включите в вашу программу визит в наше главное торговое предприятие и музей самоцветов на авениде Рио-Бранко, 25, 11-й этаж, также ул. Санта Клара, 27», — вещала реклама. Мы, естественно, твердо знали, что покупателей самоцветов из нас не получится, поэтому на Рио-Бранко никто не стремился. Пределом наших финансовых возможностей была бы покупка полированного агата, а для этого в фешенебельный магазин ходить незачем, пластинки из такого камня продавались в Рио во всех маленьких лавчонках, торгующих самоцветами и минералами. Вблизи нашего отеля на авениде Принцессы Изабель или на авениде Копакабана размещалось не менее десятка таких магазинчиков. Туда мы и отправились, мечтая приобрести на долгую память заветный бразильский агат, которым так знаменита страна.
Агат является разновидностью минерала халцедона, отличаясь от равномерно окрашенного камня тонкополосчатым, концентрически-зональным строением. Халцедон и агат образуются на заключительных этапах застывания лав из циркулирующих в породе концентрированных коллоидных растворов двуокиси кремния. Состав халцедона и агата такой же, как состав обычного кварца (двуокись кремния). Однако от кварца, образующего ясные кристаллы, они отличаются скрытокристаллическим строением. Волокнистые кристаллы, слагающие агат и халцедон, могут быть различимы только под микроскопом. Заполняя пузыри-пустоты в застывающей лаве, растворы начинают кристаллизоваться от стенок к центру, образуя так называемую секрецию, имеющую округлую или менее правильную форму первичного пузыря. Иногда в центре секреции остается пустота, на стенке которой растут кристаллы горного хрусталя, аметиста или цитрина. Пустоты такого рода с кристаллами, наросшими по стенкам, называют жеодами. Наряду с более обычными агатами, имеющими концентрически-зональный рисунок, встречаются разновидности с плоскопараллельными слоями различно окрашенного халцедона. Наибольшим распространением пользуются агаты с черными и белыми или темно-синими и белыми слоями. Их называют ониксами. Разнообразны и цветные, ярко окрашенные агаты: бурый с белым — сардоникс, красный с белым — карнеолоникс, известны и другие цветовые сочетания. Мелкие секреции обычно называют миндалинами. Те, кто был у нас в Крыму на Карадаге, возможно, видел в слагающих его породах миндалины, выполненные халцедоном, или агатом. Они нередко встречаются в отвердевших лавах этого древнего вулканического массива. В Бразилии размер секреций с голову ребенка не является редкостью. Их добыча облегчается тем, что в условиях влажных тропиков лавы под действием выветривания легко разрушаются, а устойчивые по отношению к выветриванию секреции агата легко выбираются из рыхлого материала или извлекаются из речек, куда они попадают при размыве разрушенных лав.
В Рио привезенные секреции распиливают на тонкие округлые пластины, шлифуют, полируют и продают многочисленной туристской братии. И вот, купив за небольшую цену понравившийся многоцветный срез, можно без конца любоваться тонким полосчатым рисунком и радующим глаз сочетанием цветом, подаренных человеку природой. Но будьте осторожны, бойтесь особо ярких сочетаний концентрических полос. Бразильские ювелиры научились искусно окрашивать агаты и, если хочешь заполучить настоящее, без подделки, природное произведение искусства, нужно быть очень внимательным.
К сожалению, в эту недавнюю поездку знакомство с цветными камнями Бразилии ограничилось осмотром огромных жеод с аметистами и многочисленных полированных срезов агатов в магазинах, где можно сколько хочешь перебирать полировки, смотреть их на свет под разными углами, многократно перекладывать и, наконец, выбрать наиболее приглянувшийся тебе экземпляр или уйти в соседнюю лавку и там начать всю процедуру сначала. Но магазинное знакомство с минералами — это далеко не то же самое, что можно получить при непосредственном общении с камнем в поле, на месте его добычи. Мне вспоминается мой первый двенадцатилетней давности визит в Бразилию, когда, несмотря на загруженность по основной работе, удалось посетить месторождения топаза в штате Минас-Жерайс.
От Рио-де-Жанейро до Белу-Оризонти полет занял всего 45 минут. Как раз этого времени достаточно, чтобы выпить чашку ароматного крепкого бразильского кофе и познакомиться с соседом, темноволосым с проседью бразильцем с загорелым энергичным лицом, украшенным ухоженными пышными усами. Мне совершенно неожиданно повезло, так как оказалось, что мой попутчик имеет прямое отношение к гаримпейрос, так называют в Бразилии старателей, занятых в одиночку или семейными группами поисками и добычей цветных камней. Он оживился, узнав, что я геолог, работаю в ООН и всю мою сознательную жизнь интересуюсь месторождениями берилла, топаза, цветных турмалинов и других самоцветов, связанных с гранитными пегматитами. Сеньор Коррейра, так звали моего нового знакомца, никогда раньше не встречал представителей такой далекой от Бразилии страны, как Россия, и его вопросы о нашем житье-бытье изрядно мешали мне направить русло беседы в наиболее интересную для меня область, касающуюся деятельности гаримпейрос и знаменитых на весь мир копей драгоценных камней штата Минас-Жерайс.
Оказалось, что сеньор Коррейра издавна живет в г. Оуро-Прету (Черное золото), известном далеко за пределами Бразилии как экзотический центр добычи разнообразных самоцветов. И этот городок является исходным пунктом короткой полевой поездки, которую на фоне официальных обязанностей командировки по линии ООН мне не без труда удалось организовать с помощью хороших знакомых — геологов из Сан-Паулу и Нью-Йорка. В оживленной беседе сорок пять минут промелькнули как один миг. Я мало что успел вытянуть из своего соседа про бразильские топазы и бериллы, но
