несколько недель? Меня начало подташнивать от одной этой мысли, но всё же я не отвела взгляда от её стеклянных, золотистых глаз.
Мой брат сидел на краю дивана, закрыв лицо руками. Я коснулась его колена, чтобы напомнить ему о том, что я была здесь. Рядом с ним.
Он сделал глубокий вдох, затем опустил руки, одну из которых положил на мою, и сжал мои пальцы.
— Как вы всё узнали?
Лиам сел на подлокотник другого вельветового дивана цвета детской неожиданности, который определенно нужно было запретить.
— Твоя сестра привела нас сюда.
Я так быстро подняла на него взгляд, что мне показалось, что моя голова снова прошлась по зазубренному камню.
— Вы следили за мной?
— Не совсем, — сказал Лукас, который стоял в тени угла комнаты, словно пытался слиться с ней.
И это у него хорошо получалось.
— Браслет Бейи на месте преступления, — Лиам соединил пальцы. — Он навёл меня на некоторые мысли, поэтому я вызвонил Лукаса, чтобы провести небольшое расследование.
Я впилась зубами в свою нижнюю губу.
— Ты вообще планировал поделиться тем, как работает волшебный яд Лори, с кем-то ещё кроме своей невесты, Нэйт? — Лиам хрустнул пальцами. — Или ты недостаточно доверял мне, чтобы поделиться со мной этой информацией?
Мой брат сидел и теребил заусенец, который в итоге начал кровоточить.
— Я даже не собирался рассказывать об этом Бейе.
Бейе, которая сидела сейчас на четвереньках, прижавшись животом к полу, и скулила.
Нэйт посмотрел в её сторону и вздрогнул.
— А что касается тебя, Лиам, Лори умоляла меня ничего тебе не говорить, так как она никогда никого раньше не кусала, но она обещала рассказать тебе сразу же после того, как закончится твой период скорби.
— Период скорби закончился, когда я стал руководить стаей, и с тех пор прошло уже несколько месяцев. Так когда конкретно она собиралась поделиться со мной этой информацией, и откуда она вообще знала об этом эффекте, если она никогда раньше никого не кусала.
— Алекс… он был не таким дисциплинированным, и Лори приходилось всё время заметать за ним следы.
Я резко вдохнула.
— Как часто ей приходилось заметать за ним следы?
— Очень часто, — Нэйт вздохнул. — Но к счастью, их укусы передают ген только в полнолуние и только когда они в волчьем обличье.
— Лори поведала тебе об этом у себя в постели? — сказал Лукас ровным голосом. — Или ты тоже был в команде заметальщиков следов?
Брат резко выпрямил шею, и его взгляд метнулся в мою сторону.
— Всё в порядке, Нэйт, — я сжала его колено. — Я уже слышала об этом, и я не сужу тебя. Я имею в виду связь с Лори.
Его кадык дёрнулся.
— Я облажался, Лиам. Я тебя подвёл. Я подвёл стаю. Подвёл свою невесту, — его голос дрогнул на последнем слове, а потом его глаза покраснели, и во второй раз за всю свою жизнь я увидела, как слёзы потекли по щекам моего брата.
— Кто-нибудь еще знает об эффекте, который вызывает яд Лори? — спросил Лиам.
— Никто из ныне живущих.
Несмотря на то, что моя голова пульсировала от каждого моего движения, я придвинулась поближе к Нэйту и обняла его сгорбленное тело.
— Ох, Шишечка, как же я облажался.
— Мы сможем всё исправить, — прошептала я.
— Сомневаюсь, что это можно как-то исправить.
— Полнолуние в эту пятницу. Может быть, оно как-то повлияет на её состояние?
Это имело смысл, так как луна воздействовала на магию оборотней. Старейшины стаи, которые больше не могли перевоплощаться по желанию, могли без проблем менять обличье в те дни, когда луна была большой и яркой.
Мой брат моргнул и посмотрел на меня глазами, блестящими от слёз.
— Я не смею надеяться…
Я начала медленно поглаживать его спину круговыми движениями. Я оценила выражение лица Лиама в поисках надежды, но уголки его губ были опущены вниз.
Из брата вырвался неровный вздох.
— Что вы планируете сделать с Бейей… и со мной?
— Бейю надо доставить в бункер. Её брат… — Лиам оглядел меня так, словно это я устроила ему здесь засаду вместе с Майлсом, — собирался навестить её сегодня. Если он увидит её в этом состоянии… в общем, ты в курсе, чем это для него кончится.
Мой брат напрягся всем телом, а затем кивнул.
— И как это для него кончится?
Я боялась, что он ответит «смертью», но надеялась (я довольно часто питала надежды в последнее время), что он этого не сделает.
— Не очень хорошо, — загадочно проговорил Лукас.
Лиам вздохнул.
— А что касается тебя, Нэйт, ты больше не сможешь быть моим Бетой.
Он сглотнул и опять покачал головой.
— Я понимаю.
Я подождала, пока Лиам не озвучит ещё одно наказание, потому что такое не могло закончиться одним лишь понижением в должности. Или могло?
Когда он встал и ничего больше не добавил, я нахмурилась.
«Ты, кажется, разочарована моим вердиктом, Никки».
— Скорее приятно удивлена твоей снисходительности.
Он провёл ладонями по джинсам.
— Нэйт, ты же понимаешь, что если полнолуние ей не поможет, нам придётся принимать сложные решения?
Когда брат всхлипнул, моя и без того сдавленная грудь сжалась ещё больше. Я отправила безмолвную молитву Ликаону, чтобы он помог исправить ошибку Лори.
Как она вообще могла согласиться укусить Бейю, зная, чем это могло закончиться?
— Бейя, и правда, попросила об этом?
Нэйт обратил на меня свои задумчивые карие глаза и кивнул головой так незаметно, что я приняла это за тремор.
— Почему Лори не отказала ей?
— Бейя стала угрожать, что расскажет о ней. И поскольку репутация Лори в стае и так уже была довольно печальной, она согласилась.
Я в шоке уставилась на Бейю. Неужели она, в самом деле, решила прибегнуть к шантажу, чтобы получить желаемое? Она повернула голову к стене и сморщила свою морду, и тут в напряжённом воздухе раздался стук. Я подпрыгнула, из-за чего моя голова опять разболелась.
«Это Даррен. Тебе надо наложить швы».
Лукас оторвался от стены, направился к двери, и широко её распахнул. Оборотень, который принимал роды, когда родилась я, мои братья, а также почти все дети в нашем поколении, вошёл в комнату. Редеющие светлые волосы прилипли к его лицу в разных местах. Его, должно быть, предупредили о том, что за зрелище его ждёт, потому что на его лице отразилась жалость, а вокруг глаз и рта появились морщинки.
— Простите. Приехал, как только смог.
Он подошёл ко мне.
— Как дела, детка?
Гораздо лучше, чем у половины людей в этой комнате.
— Не так уж и плохо.
Лиам присел на корточки перед
