выражение.
— Здравствуйте, господин Аншлер. Как ваши дела?
Если полуэльф сейчас нападет, я не буду лупить его магией, о нет. Слова Роя о том, что он отвечает за любое мое преступление, совершенное с помощью дара, еще звучат в ушах.
Я просто буду вижать. Истошно и громко. А еще пуляться магией в небо, привлекая внимание. Буду цепляться за каждый фонарь, за каждый булыжник на мостовой, но демона-с-два ты увезешь меня отсюда так просто, диббук ушастый!
Аншлер стоит у края мостовой, за спиной механическая дура, навроде автомобиля — модная и дорогая игрушка. Безукоризненно элегантный сюртук выгодно подчеркивает гармонично развитую фигуру. Белоснежные лайковые перчатки, дорогой парфюм, бриллианты в запонках.
И я рядом. Замарашка в грязном мятом платье с мокрым подолом. Шляпки нет, на лице следы бессонной ночи, волосы небрежно заплетены в самую простую косу — на большее моих умений куафера не хватило.
Есть что-то унизительное в этом контрасте. И я почему-то не сомневаюсь, что Аншлер не просто так вырядился, словно на прием к его величеству. Он ничего не делает просто так.
— Неважно выглядишь.
Ну вот — что и требовалось доказать.
Усилием воли прогоняю злость. И вспоминаю, как с этих острых ушей свисала капуста и пучки петрушки. На губы сама собой наползает глумливая ухмылка.
— Да, ночь выдалась бурной. Зато вы, господин Аншлер, сегодня просто великолепны. Надо пометить себе для будущих рецептов, что купание в супе улучшает цвет лица.
Зеленые глаза неприятно щурятся.
— Ты еще ответишь мне за эту выходку.
— О, не сомневаюсь, что вы постараетесь мне подгадить от души. Я давно не жду от вас честной игры.
Жаль, но кажется с бизнесом придется проститься. Теперь, когда я задела его гордость, для Аншлера станет делом чести уничтожить меня в ответ.
Ничего. Выдохну, съезжу с Роем в свадебное путешествие и придумаю что-нибудь новенькое. Глядишь, к этому времени злость у миллиардера поутихнет, и он не станет связываться с замужней респектабельной дамой, за плечами которой стоит господин старший инквизитор.
Немного обидно сознавать, что я не смогла всего добиться сама, без мужчины. Но кто бы смог с таким врагом?
— Зря, — миллиардер как-то резко успокаивается. По губам ползет странная ухмылка. — Я уже говорил, что ненавижу нарушать свое слово. Поэтому не бойся, я планирую придерживаться нашей договоренности. Твой бизнес в полной безопасности, пока ты раз в неделю ходишь на свидания со мной.
Угу, но если я не пойду на свидание с ним на следующей неделе (а я не пойду), миллиардер заявит, что я сама расторгла наш договор и теперь он не связан никакими обязательствами. Как удобно!
А если даже представить хоть на секунду, что я настолько разучилась делать выводы, что добровольно полезу в это дерьмо третий раз подряд, кто помешает миллиардеру вспомнить, что не вредить мне лично он обещания не давал?
Нет, к демонам! Со второго раза доходит даже до меня. Аншлер — противник не моего уровня, пусть с ним Рой разбирается.
Уже открываю рот, чтобы высказать, куда полуэльф может отправиться вместе со своими договоренностями и шантажом, когда на плечи опускаются теплые руки.
— Аншлер, тебе больше нечем заняться, кроме как приставать к женщинам на улице? — волоски на шее поднимаются от почти неприкрытой угрозы в голосе инквизитора.
— Какое приставать? — Аншлер наивно распахивает глаза. — Мы просто мило беседовали с леди Эгмонт…
— Даяна, этот тип докучает тебе?
— Еще как, — злорадно подтверждаю я. — Прощайте, господин Аншлер. Очень надеюсь никогда не увидеть вас больше.
И уже отвернувшись слышу за спиной короткий смешок.
— До скорой встречи, леди Эгмонт.
***
Встреча на вокзале не идет у меня из головы.
— Зачем он поджидал меня? Он ведь поджидал!
Рой безразлично пожимает плечами.
— Хотел запугать.
— Нет, тут что-то другое…
Снова перебираю в памяти слова полуэльфа, странные улыбки. Торжество… Мне показалось, или в его взгляде было торжество?
Ох, что-то у меня скверное предчувствие.
— Не думай об этом.
Легче сказать, чем сделать. Но коляска останавливается у задней калитки Кленового особняка и мне действительно становится резко не до мыслей об Аншлере.
Потому что в гостиной Тайберг. Материальный и даже одетый. При виде меня под ручку с Роем мессер показушно грозно хмурится.
— Ну, здравствуй, драгоценная племянница. Ты где шлялась всю ночь? — он окидывает мое убитое платье и выразительно приподнимает бровь. — И почему в таком виде? Ай-ай-ай, что бы сказала твоя тетя Полли?! А это еще что за тип рядом с тобой? Он мне заранее не нравится.
Инквизитор морщится.
— Хватит, Тайберг. Даяна мне все рассказала.
— Рассказала?! — некромант резко прекращает ломать комедию и прожигает меня убийственным взглядом. — Что рассказала, овца ты такая?! Тебе кто-то разрешал трепать языком?! И это — моя ученица?! Сходи в кабинет, возьми там словарь и посмотри значение слов “тайна” и “предательство”.
— Хаген, не надо. Так будет проще…
— Проще?! — продолжает яриться мессер. — Да ты практически сдала меня инквизиции, дура ты такая!
— Прекрати оскорблять мою невесту, — холодно встревает Рой в нашу перепалку. — Даяна все сделала правильно. Неужели ты думаешь, что я бы не вспомнил в каких обстоятельствах и каком виде видел тебя раньше? Или что не навел бы справок о подозрительном типе, который называет себя “дядюшкой”?
Некромант резко осекается и рассматривает меня. Так пристально, что становится неуютно.
— “Неве-е-есту”...
Он не добавляет больше ничего, но на лице явно читается: “Идиотка!”. Но мне плевать. Да, у некроманта есть свои причины не доверять инквизиции, но это не значит, что я должна подражать ему.
По крайней мере, если речь идет об одном конкретном инквизиторе.
— Мы не объявляли пока о помолвке официально, но леди Эгмонт оказала мне честь, согласившись стать моей женой, — Рой отвечает мессеру не менее колючим взглядом. — В связи с этим она больше не твоя ученица.
— Что?! — возмущаюсь я.
— Что?! — не менее эмоционально негодует некромант.
— Мне не нужны никакие скандалы. Особенно связанные с темными ритуалами.
— Да ты совсем обурел, дырка на теле великого магического континуума?!
— Рой, мне кажется…
— Хаген, дорогой, ты опять бушуешь с утра пораньше? По какому поводу на этот раз? — появление сестры Катрин обрывает скандал. Я резко затыкаюсь и во все глаза смотрю на свою
