обходили человеческие убежища стороной!
— Четвертый звонок! — звучный голос госпожи Ламарраны перекрыл смех и восклицания, царившие в дуэльном зале. — Служащих прошу выйти! — официантки послушно выскользнули за дверь. — Начинаем по моему сигналу! — она подняла руку. — Раз, два… Три!
Рука в белом рукаве опустилась, и девушки, замершие по обеим сторонам неширокой арены, метнулись друг к другу. На дуэлях такого уровня не разобрать, кто вызывающий, кто отвечающий, все происходит почти одновременно.
Это, кстати, первое, что бросилось Даари в глаза: скорость и мастерство адепток. Куда там младшекурсницам, на чьих дуэлях она до сих пор присутствовала! Эти двое двигались так быстро, так искусно вплетали магические пассы в боевые приемы, что непонятно было даже, колдуют они или просто дерутся. У Даари был хотя бы преимущество: она видела, как ловкие движения пальцев буквально из ничего творят магические каналы, скрещивают и скурчивают их, чтобы…
Чтобы — серьезно?!
Первый магический пасс Алии создал в воздухе легкий туман и морось (Даари немедленно вспомнила неуклюжий цветной туман своей одногруппницы). Кожа Тии немедленно покрылась капельками конденсата, или пота, или того и другого — девушка раскраснелась, так что Даари заключила, что температура в дуэльном зале взлетела еще сильнее. Соски заострились, чуть ли не разрывая обтягивающую форму, губы приоткрылись, Тия тяжело задышала, ловя слишком горячий воздух. Впрочем, она не осталась в долгу: она сотворила из воздуха лассо, захлестнула им ногу Алии и дернула ее на себя.
Алия выполнила какой-то потрясающий акробатический этюд, деталей которого Даари по неопытности не разглядела, и встала на мостик, а оттуда на руки — ну и гибкость! Сильное движение ее ноги выдернуло “лассо” из руки Тии; та вскрикнула от неожиданности. Алия же опустилась на четвереньки и мощным движением пальцев заставила пол в дуэльном зале содрогнуться. Тия не удержала равновесие и упала, тогда Алия прыгнула на нее, как кошка.
Даари подумала, что драка даже для Желтой дуэли выглядит ужасно неправдоподобно. Красиво, да, но как будто дерутся не живые люди, а големы из резины. Вот что делает клановая страсть к выпендрежу из обычных боевых искусств!
Девушки покатились по полу, сплетясь в захвате, который больше напоминал объятие. Ну да, точно. объятие: Тия перехватила инициативу и впилась Алии в рот поцелуем, тогда как та сунула руку беловолосой между ног. Ого! А они времени даром не теряют!
Даари машинально сделала шаг ближе к стеклу, потом так же машинально отвернулась. Секунда ей потребовалась, чтобы справиться с собой и взглянуть снова.
За эту секунду положение опять переменилось: Алия сидела на Тии верхом, удерживая в захвате ее руки (ноги удерживали путы, созданные из магии), и покусывала грудь соперницы. Девушки выглядели потрясающе: две точеные статуэтки, их кожа блестела в свете ярких ламп дуэльного зала… Нет, не кожа блестела! Еще через мгновение Даари поняла, что с соперниц начинают срываться перламутровые искры. С каждой секундой их становилось все больше, вот они окутали девушек густым облаком… да не только их, среди зрителей эти искры тоже начали появляться, хотя и не так густо.
Из стен дуэльного зала потянулись магические каналы, раскинулись над головами зрителей и дуэлянток частой паутиной. Не круглой, а вытянутой, клиновидной: конец клина упирался в высокую спинку трона главного наблюдателя.
“Да это же энергия, — с некоторым опозданием догадалась Даари. — Та самая награда для принца-генерала… А госпожа Ламаррана меня о таком не предупреждала. Должно быть, тоже вижу только я.”
Принц Лаор, восседающий в кресле, больше не выглядел сонным. Он подался вперед, слегка приоткрыв рот, прищуренные глаза пылали. Стало ясно, что он все-таки похож на своего отца — да-да, на тот самый облик юного красавчика, с которым Даари привыкла ассоциировать Дракона в последние месяцы!
Даари почувствовала, что начинает возбуждаться: низ живота потянуло, она как-то отчетливо ощутила, что ее собственная форма кандидатки в судьи тоже очень открытая, почти такая же, как у участниц — каждый обнаженный участок кожи пылал. “Блин, а госпожа Ламаррана думала, что меня это не коснется…”
Она с ужасом ощутила, что пожилой грузный принц вдруг показался ей сильным, желанным — да что там,она охотно отдалась бы ему прямо сейчас, на виду у всех! Очень, очень охотно. У нее даже мелькнула дикая мысль: ведь из комнаты наблюдателей есть выход прямо в дуэльный зал…
Что помогло Даари устоять на месте, стыд или остатки здравомыслия, Даари так и не поняла. То есть не совсем на месте: она подошла к раковине и плеснула в лицо холодной воды. А когда вновь повернулась к окну, то увидела, что ситуация снизу опять переменилась. Теперь уже Алия лежала на полу, удерживаемая за руки и за ноги магическими нитями, а Тия стояла на коленях между ее разведенных ног, тяжело дыша, покрытая каплями пота. Верхняя часть ее одеяния оказалась разодрана на лоскутки, и великолепную грудь более юной адептки ничего не скрывало — как и не скрывало капельки белесой жидкости, выступившей на сосках.
“Это не молоко, это какие-то другие выделения, у некоторых женщин бывает от гормонов, — вспомнила Даари. — Значит, и от возбуждения может быть?..”
Но тут же она заметила и кое-что другое: к этим белесым каплям полетели золотистые магические искры. Что за…
Тия чуть повернулась — и Даари отчетливо увидела, что артефакт у нее в груди стал светиться гораздо ярче.
Бесы-демоны!
Рука Даари сама собой метнулась к маг-станции — подать сигнал тревоги.
— Госпожа Ламаррана, остановите бой! Одна соперница травит другую!
Глава 21. Во дворце заговор (без правок)
Когда в продуктовом магазине Дракон пообещал Даари, что к ней регулярно будет наведываться за отчетами сотрудница службы безопасности, Даари почему-то не ожидала увидеть в этой роли Лаили Канно. А следовало бы: как-никак, старая знакомая, да и дело Даари она курировала с самого начала. Те пару раз, которые Канно заходила за отчетами, она держалась просто, без лишнего официоза — но в то же время отстраненно. Профессионально корректно, в лучшие подружки не набивалась. Даари была очень этому рада: эта особа ей не нравилась, а еще меньше нравилась выбранная ею ранее панибратская манера общения.
Но в день — точнее, в ночь, потому что времени прошло уже немало — профессиональная корректность госпоже Канно изменила.
Нет, начала она нормально. Когда госпожа Ламаррана остановила дуэль и пригласила всех заинтересованных лиц — участниц, Даари, лекаря и принца Лаора (последний, скорее, сам
