но наука о бухгалтерии распространялась по миру как лесной пожар.
Маленький дух надеялся, что бухгалтерский учет поможет людям перестать верить в злобных духов, поможет абстрагироваться от них. И это… действительно начало помогать. Цифры вскружили людям голову, они стали обретать веру в себя…
— Они ищут тебя, твои люди, — пророкотал дух Земли, смотря на котика, который пришел в его владения.
— Пусть ищут. Они теперь сами могут о себе позаботиться. Открой вход в ту самую пещеру, о которой мы с тобой говорили.
— Такого входа не существует, малыш.
— Существует. Я его высчитал.
— Хорошо, — дух Земли усмехнулся. — Ты хочешь уйти на покой? Ты думаешь, что люди не вернутся к старому?
— Я не знаю. Но я хочу в них верить. У них есть цифры. У них есть власть. Им больше не нужны мы.
— Могущественные духи коварны и сильны, мой маленький друг. Я слышал, как они решили поделиться с людьми частичкой своей силы. В удаленных землях появляются первые… маги. Ты слышал о таких?
— Да, — котик махнул своим хвостиком, словно отметая все незначительное в этом мире. — Слышал. Но цифры в итоге победят.
— Ты знаешь, что будет, если ты победишь. Ты и проиграешь. Потому что магия уйдет из этого мира. Мы все умрем…
— Да, знаю. Поэтому я хочу умереть уже сейчас. Я не хочу ждать своей кончины. Магия должна уйти, а все, что останется на этой земле, — это люди и цифры. Открой тот вход, прошу тебя.
— Я открыл. Иди вперед, малыш. И… прощай. Я буду скучать.
— Я тоже. Спасибо тебе за все.
— А кто это у нас тут прикорнул, а? — Эльза сама заснула на лавочке под палящим солнцем, держа на руках мягкого котика.
Дух зевнул и, довольный, потянулся.
— Кто тут у нас такой сытый? — Эльза тоже сладко зевнула.
Котик посмотрел на свою любимую женщину. Воспоминания обжигали его нежное сознание, но он не хотел ничего вспоминать. Прошлое несло в себе горести, обиды и разочарования, а сегодня… сегодня ему было хорошо.
— Пойдем домой? — предложила Эльза. — Или зайдем по пути в магазин? Давай зайдем, конечно! У меня вот какао закончилось… ты пьешь какао?
Котик был готов пить что угодно и есть что угодно. Лишь бы это все было подарено с любовью. Первые месяцы, когда он только очнулся после тысячелетней спячки, он жутко страдал. Он забрался в дом женщины-бухгалтера, потому что учуял там знакомую атмосферу цифр и бухгалтерии, но умалишенная бедная женщина, которая страдала на работе, его не слушала, не понимала и очень редко кормила. Он никогда не думал, что люди, кто работает с цифрами, будут страдать.
Ведь цифры и порядок дарят наслаждение. Дух помнил, с каким невиданным удовольствием его «верующие» отправляли первую почтовую корреспонденцию, с каким наслаждением они раскладывали бумаги по папочкам, с каким волнением делали свои первые приходы и реализации. А что сегодня? Неужели люди страдают, когда работают в бухгалтерии? Но как? Это же должен быть рай…
— Знаешь, я подумала над твоим именем! — вдруг воскликнула Эльза, неторопливо шагая по направлению к продуктовому с черным котиком на плече. — Давай ты будешь Шуршунчиком. А, как тебе?
Котик умиротворенно мурлыкнул. Пусть будет Шуршунчик. Удивительно, но именно так назвала его та девочка, которая и спасла его. Она потом погибла от заразы, что наслал вредный дух Болезней, а цифры не смогли ее спасти…
Да, он Шуршунчик! Пусть будет так!
Он будет есть, пить, мурлыкать, сшибать все со столов. Поможет Васе и госпоже Хомяковне с порядком в бухгалтерии. Потом снова поест. Поспит.
А затем уже можно будет потихоньку разобраться, почему он не умер, как планировалось. И почему люди страдают от его замечательного изобретения, от великолепных цифр? И почему…
Почему все говорят, что магия ушла, но местами она проявляется?
И кто такой, черт возьми, этот надоедливый хамоватый гремлин? Пиксель, его вроде так зовут? Где-то он его уже видел… или показалось?
Примечания
1
Здесь имеются в виду бухгалтерские расчеты по заработной плате, а также сдача ежемесячных и квартальных отчетов в контролирующие органы по всевозможным налоговым отчислениям, связанным с зарплатными начислениями сотрудникам фирмы.
