Мы чокнулись и выпили. Бренди действительно оказался хорош. Моё тело моментально расслабилось.
— А что в настоящем?! — поставив бокал спросил я.
— Ты мне нравишься! Ты понимаешь что на самом деле важно! Настоящее — самое ценное, что у нас есть. По этому я и пью! Не хочу проводить время скучно! Пьянки и вечеринки с охмелевшими дамами, как по мне, лучшее, что есть в этой жизни! — он пошло заулыбался. — Но вот какая проблема. Ещё один мой брат подложил мне свинью!
— Что ты имеешь ввиду? — я подтянул к себе бокал.
— Знаешь, он в нашей семье особенный! — Самуэль покрутил пальцем у виска. — Он вечно норовит выкинуть какой-нибудь номер, от которого всем потом становиться не по себе или на оборот, хрен разберёшь! Но я не хочу с ним ссориться, брат всё-таки, может ты поможешь нам в споре?
— Как я могу помочь вам? И если честно, не особо хочется лезть в семейные разборки.
Эль Джексон отмахнулся:
— Да ладно тебе! Когда у тебя шестнадцать братьев и сестер то личные дела так или иначе становятся достоянием общественности, особенно если у некоторых из них особые наклонности!
Я нахмурился. Самуэль рассмеялся видя моё вопросительное выражение лица:
— Да ладно, я вижу, что приличия не дают тебе спросить. Отвечу сам! У одного из братьев мания к разрушению, другой сутками пропадает на охоте, третий завел себе кучу рабов и не может никак остановиться, хочет порабощать и дальше, а сёстры, ухх! — мужчину аж передёрнуло. — Одна настоящая оторви голова, помешана на войне и битвах, ты встречался с ней? — он нахмурился.
Я отрицательно помотал головой.
— Странно, мне кажется вы знакомы, ну да ладно, есть ещё сестра, которая работает с покойниками, если честно давно с ней не общался, но оно и к лучшему! У нас разные вкусы, понимаешь? — он взял стакан в руки. — Ты отличный собутыльник! Давай ещё по одной!
Мы выпили ещё по бокалу. Самуэль довольно крякнул:
— А знаешь, я тебе покажу, что этот плут Шео натворил!
— Тво-на-рил! — я ощутил как выпивка ударила в голову.
Вид таверны стал расплываться, а в ушах звенеть.
— Эй, что-то тебе не хорошо! — раздался вдалеке голос мужика.
Я открыл глаза. В лицо ударил сильный солнечный свет. Зажмурившись я выставил ладонь. Попытавшись сесть я сразу же схватился за голову. Мне казалось, что она вот-вот расколется. Скорчившись от боли, я попытался осмотреться по сторонам.
— Помогите! — раздался справа от меня старческий голос.
Обернувшись, я увидел старика лежащего возле большого придорожного камня. Мужчина, бретонской наружности, сжимал ладонью рану на животе.
— Помогите! — он протянул в мою сторону свободную руку.
Шатаясь, я подошёл к нему.
— Что стряслось? — слова дались мне с большим трудом. Мне казалось, что пересохший язык может просто отломиться!
— Они напали! Напали на виноградники! Если они продолжат их уничтожать, то мой господин разгневается на меня. Прошу, остановите их!
Я приложил ладонь и попытался его залечить, но ранение было слишком серьёзным и мне попросту не хватало манны на то, чтобы исцелить его полностью. Жизнь медленно покидала старика. Собравшись с силами он указал в сторону долины внизу.
— Моё имя Джо Байден, я слуга великого господина, — он стал кашлять кровью, — прошу не дайте им воскресить призрак, — снова кашель, глаза старика стали тускнеть.
— Какой призрак?!
— Как больно! — лицо его скривилось от приступа. — Заклинаю вас, остановите их, не дайте им воскресить призрак к-к-комунизма! — синюшные губы задрожали и он испустил дух.
«Отлично, твою мать! Я снова хрен пойми где и что со мной! Хорошо хоть я помню, что до этого я сидел в таверне! Но где я сейчас?!»
Поднявшись, я посмотрел в долину, что была ниже по холму. Внизу раскинулись огромные виноградные сады. Иногда просматривались маленькие островки виноделен. Моё внимание привлекла группа людей, ловко орудующих топорами. Решив разобраться в том, что сейчас происходит, я спустился со склона.
— Ударный труд, товарищи, сделает эту страну великой! Долой алкоголь! Ура сухому закону! — скандировала женщина в белой рубахе и с красным галстуком на шее. — Сегодня праздник труда! Так покажем нашей партии, что мы можем работать не хуже, чем стахановцы! — она стала энергично махать рукой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я медленно подошёл к ним.
— Бог в помощь! — приветственно сказал я.
— Бога нет! — не поворачиваясь сказал мне через плечо высокий, светловолосый парень с топором. — Он мёртв! Так Фридрих Ницше говорил и я ему верю!
Кто-то из толпы одобрительно закивал.
— Да как скажете! — мне стала нравиться их точка зрения, она была схожа с двемерской. — Я заблудился, поможете мне найти дорогу?
— Конечно, товарищ! Куда держишь путь?! — парень обернулся и застыл от страха. — Какой ужас! Что с твоей кожей?! Ты из Припяти что-ли?! — он сделал шаг назад и замахнулся топором, чтобы я к нему не подошёл.
— Да что с тобой?! — я хотел было уже оправдываться, но тут подбежала та самая женщина, что скандировала лозунги.
— Товарищи! Вот смотрите до чего доводит алкоголь! Этот тунеядец небось пил всю неделю не просыхая! Вот и посинел, или посерел, не поймёшь! А глаза то! Смотрите! — она стала тыкать в меня пальцем. — Красные! Похоже не спал даже, чтобы выпить больше! Непорядок! — она повернулась к остальным. — Что мы делаем с людьми, которые отлынивают от труда?!
— В трудовой лагерь, его, товарищ зампредседателя! — цинично сказала молодая девушка стоявшая рядом с парнем. — Там ему помогут вернуться на путь партии!
— Верно! Труд сделал из обезьяны человека! С таким алкоголиком он тоже справиться!
Меня обступили трое крепких парней с топорами.
— Пройдём товарищ! Поговоришь с начальником сельхоза, он поможет тебе встать на путь комсомола! — они достаточно вежливо, но настойчиво указали мне дорогу.
Подняв руки, я решил не спорить и сделать так, как они велят. Меня повели вдоль дороги. Повсюду кипела работа, люди рубили виноградники и сжигали их на огромных кострах. Красные плакаты с изображением двух усатых мужчин, гордо развевались на ветру. В воздухе царила атмосфера сплочённости. Меня поразили огромные металлические телеги, которые могли двигаться без лошадей!
«Какая странная магия! Да что тут вообще происходит?! Зачем им понадобилось уничтожать сады, которые выращивались столько лет?!»
Впереди показалось невысокое здание. Над входом красовался очередной плакат с изображением мужчины, который отодвигал от себя стакан, явно с выпивкой.
«Ох, где ты был приятель, когда я соглашался выпить с этим Самуэлем?!»
Вдруг раздалась громкая музыка. Я сжал уши, пытаясь удержать мою голову от полного раскола. Стоявший рядом парень больно ударил меня в спину. Обернувшись я увидел, что они застыли в благоговении. Терпя боль, я встал точно так же, пытаясь отыскать источник звука. К моему удивлению это был круглый предмет с цилиндром внутри. Магический артефакт не был похож ни на что, что я видел за всё это время.
«Союз нерушимый республик свободных, сплотила навеки великая Русь!!!» — сотнями голосов пел предмет.
В этот момент к зданию подъехала процессия состоящая из удивительных колесниц. На встречу маршируя к ним из белого здания вышел мужчина. Застыв на месте, они ждали, когда закончиться песня.
В наступившей тишине, он взял в руки похожий артефакт и громко стал говорить в него:
— Товарищи! С праздником труда! Сегодня особенный день! К нам прибыла ежегодная процессия с нашим вождём! Только самые достойные профсоюзы могут похвастаться тем, что к ним прибыло тело самого Ленина! Так покажем ему, чего стоит советский народ! Изничтожим эту заразу! Долой алкоголь! Ура сухому закону!
Все стали радостно хлопать. Мужчина с магическим предметом, усиливающим голос, раскрыл дверь в здание. Из металлических колесниц вышли одетые в форму люди. Крепкие мужчины вытащили изнутри гроб!
«КАКОГО ХРЕНА ГРОБ?! ОНИ НЕКРОМАНТЫ ЧТО-ЛИ?! Теперь ясно от чего меня предостерегал тот раненый старик! Надо делать отсюда ноги!»
