Двери лифта разъехались в стороны, но Макс вдруг развернулся на сто восемьдесят градусов и припустил обратно к своей квартире. Нет, он не может так просто уйти… ему нужны гарантии, что Леночка не исчезнет, не испарится…
Вынув из кармана ключи, он закрыл дверь на два оборота и только после этого почувствовал уверенность и облегчение. Всем можно, а ему – нельзя? Ну уж нет! Он свою «певунью» никому не отдаст! И вещи пусть ее остаются, и еще пусть принесет!
Абсолютно счастливый, он вызвал лифт снова.
«Из нас вышла хорошая пара – она необыкновенная, и я необыкновенный», – подумал Макс и улыбнулся до простреленных отитом ушей.
* * *
– Ты мне внука обещал?
– Нет, – честно ответил Егор, но Петр Петрович в данный момент слушал только себя.
– Днем мне позвонил Андрей… оказывается, они поругались – в пух и прах! Она ушла… И представь себе, он спрашивал меня, где Полина. Он – ее муж – спрашивал меня! И причину конфликта объяснить отказался! А я же с ней разговаривал утром, поздравлял… о ссоре она умолчала! А теперь ее мобильник не отвечает. Она ушла от него… ушла… и случилось это несколько дней назад… Ты знал?
– Знал.
– И ничего мне не сказал? Дай сигарету!
– Пепельницы нет, – напомнил Егор, нарочно неторопливо вынимая пачку из кармана джинсов… сейчас босс передумает… сейчас…
– Не надо, я бросил.
Петр Петрович прошелся по кабинету, вернулся к столу. Сегодня он вряд ли успокоится, и впереди бессонная ночь… Переживания, неизвестность заставили его набрать номер Егора и потребовать, чтобы тот срочно прибыл. Наверное, когда старшая дочь наконец-то выйдет замуж, он станет самым счастливым человеком на свете… Господи, она уже замужем!
Привычно развалившись на стуле, Егор следил глазами за Шурыгиным. Ну, давайте, Петр Петрович, задавайте вопросы.
– Почему ты ничего мне не сказал?
Потому что любовь размножается только на свободе…
– Вроде вы меня об этом не просили.
– О чем?
– Об этом, – улыбнулся Егор. Поиграл пачкой сигарет, положил ее на стол и нарочно спросил: – Пепельницы нет?
– Нет! – рявкнул Петр Петрович и резко отвернулся. Когда-нибудь он разорвет с Егором деловые отношения! И этот день тоже будет самым счастливым в его жизни! Где он просчитался, где ошибся, где передавил? Он же собирался… а впрочем…
– Где моя дочь?
– Например, в гостинице.
– В какой?
– Забыл название.
– Егор!
Их взгляды встретились, и в комнате повисло холодное молчание, казалось, даже настенные часы перестали тикать. Настоящая дуэль двух сильных, двух равных, двух неуступчивых, двух правых…
– Я вас хоть раз подводил? – В глазах Егора появился стальной блеск.
Иногда Шурыгину казалось, будто Кречетову не тридцать два года, а гораздо больше…
– Нет.
– Мне пора ехать…
Егор качнулся на стуле, встал, забрал сигареты и, больше не произнося ни слова, вышел. Петр Петрович устало опустился в кресло. Сегодня 8 Марта, а его дочь не пойми где, возможно, одна и ей наверняка плохо.
– Оля! Катя! – крикнул Петр Петрович, не зная, дома дочери или нет. За последние два часа он выходил из кабинета лишь однажды – открыть дверь Егору, но душевный раздрай не позволил обратить внимание ни на звуки, ни на вещи, ни даже на свет в комнатах. Сколько времени? Дома девочки или отмечают с друзьями, или… он забыл, говорили они что-нибудь по этому поводу или нет?..
8 Марта Полина обычно отправлялась в ресторан с друзьями-приятелями, Катя веселилась с однокурсниками, Оля… когда как. Он привык быть один в этот праздник.
Точно по мановению волшебной палочки тут же открылась дверь, и на пороге появились дочери. Вид виноватый и взволнованный.
– Как у вас дела? Вы уже поужинали? Подарки мои понравились? – удивительно мягко спросил Петр Петрович. – А проблемы какие-нибудь есть?
– Дела отлично, еще не ужинали, подарки супер… я сейчас, – выпалила в ответ Катя и пулей вылетела из кабинета.
– Все в порядке, папа, – тоже мягко улыбнулась Оля. – Тебе чаю налить или кофе?
Катя неслась вниз – она должна догнать Егора, должна спросить… Ноги перепрыгивали через ступеньки. Первый пролет, второй… он же не уехал, еще не уехал… Да, они опять подслушивали, взобравшись на тумбу… и они имеют право знать… Полина звонила вчера и сегодня, но ничего же не сказала, болтала, будто ссоры с Андреем не произошло…
Ноги перепрыгивали через ступеньки… пролет… еще пролет…
Выскочив на улицу, Катюшка сразу увидела Егора, он стоял рядом с машиной в свете фонаря и курил – он никуда не торопился. Может, у него в голове счетчик, который четко отмечает события, факты, минуты, который подсказывает, когда и где нужно оказаться чтобы успеть?
Она подлетела к нему, остановилась, тяжело дыша. Наткнулась на усмешку, но не отступила. Главное – не опоздала.
– Где Полина, что с ней? Немедленно говори! – Поджав губы, Катя рассерженно топнула ногой.
Егор поднес сигарету к губам, затянулся, отправил дым тонкой сероватой струйкой в сторону и насмешливо поинтересовался:
– А что мне за это будет?
– Дурак! – не сдержалась Катя и тут же пожалела о своих словах – от него слишком много зависит, слишком много. – Извини…
– Переживу как-нибудь.
– Где Полина? Я прошу тебя, скажи… пожалуйста…
– Иногда я гадаю, кто из вас больше похож на отца?.. – Секунду помедлив, точно раздумывая над этой загадкой, Егор подмигнул Кате и добавил: – Не переживай, малявка, все будет хорошо.
Втянув сигаретный дым, он быстро сел за руль, и через пару секунд «Тойота» сорвалась с места.
– Обещаешь?! – крикнула на весь двор Катя, будто он мог ее услышать.
Но машина на повороте остановилась, дверца открылась, появилась голова Егора, а затем донеслось четкое и уверенное:
– Обещаю.
Глава 25
Но жизнь не продолжалась, она остановилась в тот самый миг, когда за Полиной захлопнулась дверь. И эта остановка была серой, унылой. Следующий день после ссоры Андрей провел в офисе, вечер – в клубе. Бильярд и пиво. И последующий день он собирался провести точно так же, и потом… Но воздуха не хватало, не хватало ее голоса, смеха, грейпфрутового аромата. Взгляд постоянно останавливался на обручальном кольце, сердце шептало: «Найди ее».
Андрей ходил из угла в угол и ненавидел себя за каждое слово, которое тогда сказал… Он должен был говорить совсем другое… ему не нужно было выставлять напоказ бывшие отношения со Светой… Если бы отмотать жизнь назад…
Полина не принадлежала ему, но чувство потери душило… Договорились, установили сроки и правила и пошли навстречу друг другу по параллельным прямым…
8 Марта… где она?
