— Я отправил весточку её семье в Нью Фидлхэм. Домой нечего было отправлять, всё было поглощено огнём. — Он повесил голову. Это не умоляет её доблести, но официальная причина смерти — удар молнии.
Я вздохнула. Марлоу ясно дал понять, что ради общественного спокойствия, дело должно оставаться в тайне и не вызывать паники докладами о взбесившихся чудовищах. Взрыв дома с пятидесятифутовым мифическим животным был бы противоположностью сохранения тайны. И я вынуждена была согласиться с Чарли, что ни к чему раскачивать лодку.
— Кстати, мистер Хорнер и мистер Лэмб прислали свои соболезнования, — сказал он.
— Вы и им нанесли визит? Остался ещё кто-нибудь из встреченных мною сегодня утром людей с кем вы еще не говорили?
— Это была напряжённая ночь, — сказал он. — Я хотел разобраться со всем перед сном. Вы будете рады узнать, что эти двое поладили. Во всяком случае они оставили активные поиски камней, которыми можно было бы кидаться друг в друга.
— Думается, что помогло отсутствие костей. Теперь им не из-за чего препираться.
Чарли кивнул.
— Это упростило дело. Мистер Хорнер уезжает в Южную Дакоту сегодня днем. Он уже нашел куда себя пристроить, на очередные раскопки. Мистер Брисби тоже извлекает для себя максимальную пользу из ситуации. Кажется. Может, оно и к лучшему.
— Что значит к лучшему?
— Фермер устраивает свои дела в городе, но он будет сопровождать мистера Хорнера на следующих работах. Я не ожидал, что Брисби так спокойно воспримет последние новости, но, похоже, он был более чем готов покинуть долину и заняться собственными исследованиями. Он сказал, что его покойная жена хотела бы этого, и я склонен согласиться. Он дал разрешение мистеру Лэмбу забрать всё, что осталось на раскопках в долине и отвезти к нему в университет.
— У вас уже расписана вся танцевальная карта, да? Наверное, мне стоит гордиться, что и я попала в этот список.
— Я не мог позволить вам уехать не поправившись. — Он несколько долгих минут смотрел мне в глаза, и его взгляд, словно тёплым одеялом, окутал меня. Он вновь разомкнул губы, будто собираясь что-то сказать, но потом замер и стыдливо отвел взгляд. Он откашлялся и расправил свой мундир. — И, разумеется, сказать спасибо, за вашу помощь, — сказал он, — от имени всего полицейского департамента Гадавой Долины.
Закапал редкий дождик. Узкий козырёк маленького вокзала не очень хорошо справлялся со своим предназначением, поэтому несколько капель уже упали мне за воротник и на мундир Чарли, оставив на нем темно-синие веснушки.
— Конечно, — сказала я, используя каждую унцию усилий, чтобы скрыть разочарование. — Нам в радость быть полезными, мистер Баркер.
Он вроде бы вновь собрался что-то сказать, но тут раздался крик кондуктора:
— По вагонам! — и пронзительно засвистел свисток.
— Наверное мне лучше... — Я махнула рукой в сторону поезда.
Чарли кивнул.
— До свидания, мисс Рук.
— До свидания, мистер Баркер.
Я развернулась и шагнула в вагон. Вот оно, именно здесь в любой истории благородный юноша бежит за дамой. Он заключает её в романтические объятья и после этого волшебного мгновения всем становится ясно, что впереди их ждёт счастливое, я бы даже сказала, совершенное будущее. Моё платье было всё также в копоти и запекшейся крови, а я на полном серьезе задумалась о романтике. Всего лишь на мгновение.
Я зашла в вагон. Романтика для нюнь и тупиц, напомнила я себе. Работа еще не окончена. Невинные жертвы пока не отомщены, их убийца по-прежнему на свободе. И я не из тех, кто только и делает, что ждёт своё «долго и счастливо». Я стояла в конце тесного коридора и чувствовала всё что угодно, только не удовлетворение от проделанной работы. Из купе в середине вагона высунулась голова Джекаби.
— Мисс Рук? Вы знаете, куда вам идти? Наши места здесь.
— Да, — сказала я, но затем остановилась и выпрямилась. — Да... я точно знаю, куда мне идти. — Я развернулась на каблуках и сделала глубокий вдох. — Я выбираю обе дороги. — И выскочила на платформу.
Чарли не двигался. Его мундир медленно, но верно темнел под каплями дождя. Он удивленно приподнял брови, увидев, как я сошла с поезда, а Тоби поднялся и завилял приветственно хвостом. Я держала голову высоко и не опустила её, когда вплотную подошла к Чарли и мы оказались тет-а-тет.
— Мисс Рук?
— Я собираюсь вас поцеловать, — сказала я, — это случится прямо сейчас.
Чарли сглотнул, его глаза расширились, а потом он быстро кивнул. Я уверено взялась за отворот его накрахмаленного воротника и подалась вперед, привстав на цыпочки. Его губы были теплыми, несмотря на холодный дождь, а пальцы нежными и слегка дрожащими, когда он поднес руку к моей щеке. А потом я отстранилась.
— Я должна доделать работу, — сказала я. — Это важно. Но я с нетерпением буду ждать от вас весточки. О... и я надеюсь, что в следующий раз, — сказала я, когда он моргнул затуманенными от счастья глазами, — вы обратитесь в письме ко мне по имени. Эбигейл.
Снова раздался свист, и я поспешила занять свое место в поезде. Когда я села на место, состав ожил, и мы двинулись вперед. Я подползла поближе к залитому дождем окну и помахала Чарли на прощание. Он стоял всё там же, на мокрой платформе, где я его и оставила. Он выглядел усталым и порядком вымокшим, но улыбался до ушей. Чарли тоже помахал мне и продолжал это делать, пока поезд не набрал скорость, и мы не потеряли друг друга из виду.
Не успели мы отъехать от Гадсона, как Джекаби углубился в чтение какой-то потрёпанной старой книги. Я счастливо откинулась на подушки, снова и снова мысленно прокручивая наш поцелуй. Это была бесспорная победа — мой первый настоящий успех за долгое время. Я почувствовала, как мои щеки зарделись и на губах появилась улыбка, как у сопливой школьницы, и я даже не собиралась утруждать себя симуляцией хладнокровия.
— Видели?.. — спросила я Джекаби.
Он опустил книгу ровно настолько, чтобы были видны его глаза и загадочно посмотрел на меня.
— Я вижу, что вам... — он негромко вздохнул, — кто-то вскружил голову.
— Он меня поцеловал.
— Вы его поцеловали... если быть точнее. Уверен, мисс Кавана будет вами очень горда, когда вы ей расскажите об этом. Пожалуйста, не стесняйтесь сдерживать свой энтузиазм до тех пор, пока вы можете разделить это с ней.
— Однако он поцеловал меня в ответ.
— О боже святый, любовная тоска может быть приемлемее?
Он вновь углубился в свою книгу, а я довольствовалась рассматриванием пейзажа сквозь окно, омываемое дождем.
Глава тридцать пятая
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
