Сколько ни ломали голову с мисс Эрлин, иного выхода, как отправиться в Дауэрхаус, не нашли.
– Только вы должны идти сами, мистер Бишоп.
– Я понимаю, – вздохнул дворецкий, содрогавшийся при мысли, что придется просить об услуге чернокожую кухарку Коры.
Кора появлению мистера Бишопа и его мрачному виду ужаснулась:
– Что случилось?!
– Все в порядке, миледи, кроме одного.
Нэнси приготовить обед для гостей согласилась:
– Только мне продукты нужны.
Утром вся округа была взбудоражена, потому что Нэнси явилась покупать необходимые продукты сама. Раньше для нее это делал кто-то из слуг. В деревне ходили слухи о странной кухарке леди Кроули, но чтоб так…
Появление чернокожей толстухи, разговаривавшей басом и распоряжавшейся так, словно это она хозяйка Даунтона, остановило жизнь в деревне на несколько часов. Нэнси уже все купила и давно ушла готовить обед, а в деревне все еще обсуждали ее внешность, ее решительность, ее голос.
Мистер Бишоп не мог придумать, как сказать леди Вайолет, кто именно занимался ее кухней. Кора только плечами пожала:
– А зачем говорить?
– Верно, если миледи не спросит, мы не скажем. Но вы уверены, что ваша Нэнси справится?
– С чем? Она готовила обеды для приемов в особняке Левинсонов на три сотни гостей. Можете не беспокоиться.
Нэнси вошла в кухню Даунтона решительным шагом, обвела всех суровым взглядом и изрекла:
– Обсуждать меня будете потом. Сейчас нужно постараться, чтобы обед был готов вовремя, а стол накрыт как положено. Первое – моя обязанность. Кто будет мне помогать?
Две служанки слабо пискнули в ответ.
– Тогда за дело. Остальные вон из кухни!
Уже через четверть часа в кухне что-то шипело, булькало, стучали ножи и взбивалки, гремела посуда. Всех, сунувших туда нос, безжалостно выпроваживали. Но потянувшиеся из царства Нэнси умопомрачительные запахи обещали праздник желудка.
Убедившись, что Нэнси навела порядок в кухне и способна со всем справиться, мистер Бишоп отправился наблюдать за подготовкой стола к обеду. К тому же вот-вот должны были подъехать гости.
Встречать леди Вайолет и ее гостей вышли, как положено, все, кроме работников кухни. Сейчас это было весьма кстати.
Кора стояла на месте хозяйки, в конце концов, нелепо прятаться, она же леди Кроули. Леди Вайолет привезла с собой из Франции подругу, ее мужа, дочь и зятя. Гости были приятно удивлены отсутствием акцента во французском у леди Кроули.
Но еще больше были потрясены обедом. Нэнси расстаралась, приготовив десяток перемен, ей пришлось командовать слугами:
– Сначала несешь вот это блюдо с Сюпрен Розмари, потом это, а потом вот это, но обязательно с вот этим вином.
– А что такое Дюбарри? – совала любопытный нос Эмма, помогавшая Нэнси стряпать.
– В данном случае артишоки с цветной капустой.
– А Баграсьон?
– Салат из цыпленка. Ну-ка, не ленись, взбивай сливки как следует, не то осядут. Шла бы ты их взбивать на холод.
Гостям очень понравилась осетрина под соусом бешамель, баранья нога, вымоченная в сливках, лосось под соусом Муслин, и нежнейший торт Саварен, и крошечные бриоши, и шоколадное суфле… и многое другое, что перечислить было трудно, не только попробовать.
Конечно, увидев такое богатство подаваемых блюд, леди Вайолет заподозрила неладное. Подозвав к себе мистера Бишопа, она кивнула на пиршество:
– Кто это все готовил?
На счастье мистера Бишопа и Коры, в это время миссис Элтон, ради которой все и затевалось, с восторгом воскликнула:
– Боже мой! Я давно не ела столь восхитительного жульена!
– А волованы как хороши, дорогая! Начинка в них просто тает во рту. У вас божественный повар, леди Вайолет.
Посыпались похвалы каждому блюду, гости наперебой советовали друг дружке попробовать то одно, то другое.
– Так кто готовил, мистер Бишоп?
– Нэнси, миледи. Дело в том, что миссис Битон больна…
– Первый и последний раз! – твердо потребовала леди Вайолет. Говорилось это дворецкому, но смотрела строгая хозяйка Даунтона на невестку. Кора только усмехнулась:
– Но, миледи, миссис Битон не будет и завтра, кто же приготовит завтрак, да и обед тоже?
Леди Вайолет сделала усилие и не выдала своих мыслей.
– Я имела в виду, пусть готовит, пока здесь гости, но не дольше. И пусть не показывается им на глаза.
Вернувшаяся через день миссис Битон обнаружила распоряжающуюся в ее вотчине Нэнси и пришла в неописуемое возмущение. Сначала слышался крик, что она не подойдет к плите после этого чудовища, потом началась истерика по поводу невозможности готовить вместе.
Нэнси отнеслась к столь бурному выражению негодования спокойно.
– Мисс, как вас там, перестаньте визжать как недорезанный поросенок и не мешайте заниматься делом. Вот приготовлю обед и уйду, ужин готовьте сами.
– После вас придется перемывать всю посуду!
– Мне тоже пришлось после вас перемывать, но я же не кричу. Мисс Эрлин, пусть она помолчит, уши заложило. Эмма, не стой столбом, три сыр, им скоро посыпать!
Прибежавшая на зов Кора спокойно рассудила:
– Думаю, Нэнси права. Обед почти готов, а после того она уйдет, и пусть миссис Битон готовит ужин и все трапезы в последующие дни сама.
Миссис Битон с видом оскорбленного достоинства удалилась в свою комнату, а Нэнси с помощницами принялись за стряпню.
– Мисс Нэнси, мне кажется, в суп успели насыпать соли… – Эмма не смогла промолчать, понимая, что разразится скандал.
Нэнси попробовала суп, кивнула и тут же распорядилась опустить туда рис в тонком мешочке, чтобы вытянуть лишнюю соль.
– Больше ничего не заметила?
– Кажется, нет.
Миссис Битон успела испортить еще и суфле, основательно тряхнув остывающую форму, но Нэнси легко нашла выход, у нее в запасе всегда имелось несколько блюд.
А вот вечером начался «спектакль».
Уставшая Нэнси была рада вернуться в Дауэрхаус, прекрасно понимая, что превзойти ее миссис Битон не удастся, все же целый год учебы у поваров Франции не прошел даром.
Так и случилось. Миссис Битон готовила хорошо, но не более. Гости были несколько удивлены, но молчали. И все же после пудинга был задан вопрос:
– Сегодня у вас другой повар?
Леди Вайолет, уже все осознавшая, кивнула:
– Да, наша кухарка заболела, придется довольствоваться такой стряпней. Прошу простить.
Немного погодя она ледяным тоном поинтересовалась у мистера Бишопа:
– Где ваша Нэнси?!
– Вернулась миссис Битон, миледи, Нэнси снова в Дауэрхаусе.
– Вернуть!
– Кого и куда?
Скандал не разросся до масштабов всего поместья только потому, что гости уехали. Перед тем они просили передать, что лучше Нэнси не готовит никто и они очень завидуют хозяевам Даунтона.
Кора промолчала.
На следующий день леди Вайолет вдруг вызвала мисс Эрлин.
– Мисс Эрлин, где там ваша чернокожая кухарка? Позовите, я хочу выразить ей благодарность за то, что спасла честь Даунтона. Миссис Битон заболела так некстати…
Благодарность оказалась больше похожа на вежливое напоминание не забывать свое место.
– Миледи, я помню, где мне надлежит быть. Я уж с мисс Корой как-нибудь.
Внизу у слуг начались споры, они не могли забыть, как три дня ели приготовленное Нэнси, вместе с которым можно проглотить собственный язык. Стряпня мисс Битон на порядок хуже. Надоевшая уже курица в апельсинах или рисовый пудинг не могли конкурировать с консоме или отменным тортом Захер, с миндальными пирожными или воздушным суфле под шоколадным соусом…
Еще через два дня воспоминания замучили леди Вайолет, и она неожиданно попросила:
– Не могла бы Нэнси приготовить эти… волованы?
Нэнси приготовила и прислала их из кухни Дауэр-
хауса.
Так и повелось – ежедневно несколько раз перед каждой трапезой из Дауэрхауса в Даунтонхаус тянулась вереница слуг с разными блюдами. Увидев такую процессию, леди Вайолет недоуменно поинтересовалась:
– Мистер Бишоп, что это? Неужели нельзя работать в кухне Даунтона или Нэнси она не подходит?
Пришлось объяснять суть проблемы, разрешить которую можно, отказавшись от стряпни одной из двух кухарок, на что леди Вайолет пока пойти не могла.
Кору мало волновало неожиданное признание свекровью мастерства Нэнси, в котором она сама не сомневалась. Ее куда больше волновало другое.
– Леди Вайолет, у вас нет никаких известий от Роберта?
Та нахмурилась:
– Нет.
– Уже месяц нет писем, к тому же Роберт обещал вернуться через два месяца, а прошло уже три.
– Это вас, дорогая, надо спросить, почему вам муж не пишет.
– А ваш сын вам пишет, миледи?
