Читаем без скачивания Семнадцатая жена - Дион Страда

Марк Говард скучал за бессмысленным разговором: невыносимый Роджер Грэйг вновь завёл свою излюбленную тему про мировой заговор. Мимо прошумела Кристина, герцог обменялся с ней быстрым взглядом. А она наверняка отпустила в их адрес какую-нибудь колкость. Несносный разрушитель заговоров — да конечно они есть, но только совсем не в том виде, как он себе представляет, и всё равно нормальные люди из врождённого чувства самосохранения этому не верят, а умные молчат дальше. Ведутся только политические и общественные фрики, считающие, что лучше быть первым среди убогих, чем последним среди люди разумных. Сам Сэр Говард являлся официально признанной оппозицией — слишком неудобных вопросов не задавал, громкими заявлениями не бросался, слухи не пересказывал. И его слушали, а иногда допускали быть услышанным. Герцог знал многое, а догадывался ещё о большем, мистеру Грэйгу некоторые факты и во сне бы не померещились, но разумнее было молчать. Когда враг настолько силен, приходится пребывать в тени, вынося на свет божий лишь те обвинения, для которых собраны все неопровержимые доказательства и только предварительно обезопасив себя во всех вопросах. Иначе быстро станешь всеобщим посмешищем, в обществе которого даже телеведущие и журналисты будут держаться отчуждённо, всем своим видом являя жертвенность идеалам журналистики, во имя которых приходится общаться с вот такими больными людьми.

Совсем рядом ударил залп фотовспышек — Дмитрий и Калиса пожимали друг другу руки на фоне экзотического скверно-сладко пахнущего куста. Захотелось попросить обоих замереть и позвать скульптора, созданный по их подобию шедевр был бы достоин площади перед любой надгосударственной организацией, декларируя в благородном камне самые лучшие намерения. Даже голуби облетали бы его стороной. Если бы не бизнес и жажда власти, и мистер Иден и мисс Фокс сделали бы прекрасную творческую карьеру. Пели бы трио с Юлией Девил, и все бы радовались. Может, их просто не взяли в художественную школу?

После парада цветных революций и гражданских войн на Ближнем Востоке, в Восточной Европе, Латинской Америке и Африке мир зажил по-новому, создав тепличные условия для подобного рода частных монстров. Семь лет назад США сами признались, что более не в состоянии контролировать другие континенты, поскольку назрели серьёзные проблемы с контролем своего собственного, на фоне деградирующей мировой экономики, и глобальное сообщество распалось, собравшись в кружки по интересам вокруг региональных лидеров. Каждый заперся в своей прачечной и перестирывал собственное бельишко, не имея ни времени, ни желания копаться в чужой грязной корзине. Россия осваивала свой собственный рынок и разворачивала вооружения, непрерывно конфликтуя с отстроившим флот Китаем на полях БРИКС из-за загрязнениясибирских рек и промышленного шпионажа. Сохранившие авианосцы США по живому сплетали воедино свои расползающиеся штаты на фоне острой нехватки денег после обрушения доллара. А Европейский Союз, который, наконец, объединился, присыпав тальком бурлящий Балканы, и в очередной раз в мировой истории договорившись о разделе территории бывшей Украины, претворял в жизнь фееричную националистическую политику, сгоняя всех не европейцев в гетто и рабочие лагеря. Иран собирал вокруг себя новую Персидскую империю, непрерывно воюя с фанатиками на всех границах, Индия исподтишка портила жизнь и ему и Китаю, и только Африка так и оставалась Африкой, став вместе с Океанией и государствами Карибского бассейна рассадником корпоративных войн. Именно здесь сосредоточились закрытые города с самыми охраняемыми и высокими небоскрёбами, где коммерческая тайна стоила дороже сотен жизней. Корпорация Иден, однако, и здесь смогла выделиться, организовав своё государство под боком у вымотанных европейцев. Когда каждый лидер был занят проблемами своего пятачка земли, пытаясь сохранить свою шаткую власть, не вмешиваясь в дела соседей, это позволило в обделённых чрезмерной государственностью местах творить всё, что угодно. И теперь, два самых сильных хищника вышли из болота на зелёный газончик цивилизованного мира, дабы заявить о своём праве: охотиться в удовольствие.

Герцог Норфолк резко дёрнул головой, выплывая из варева мыслей, Роджер Грэйг всё также развенчивал мифы и срывал покровы с тёмных тайн цивилизации, остальные политики и бизнесмены с равнодушным видом разговаривали небольшими группами, позировали для журналистов, но в большей части с нетерпением смотрели на часы, усыпанные бриллиантами всех цветов. Все ждали, когда же начнётся программа сегодняшнего вечера и главное — программа сегодняшней ночи. Большие и нетерпеливые, избалованные дети, что им проблемы всего мира? Главное удачно устроить свои собственные мелкие дела и потом как следует отдохнуть. Остальное может исчезнуть, в сей же момент, пожалуй, устроенный Дмитрием и Калисой спектакль сослужил всем хорошую службу — отвлёк общественность от проблем и необходимости поиска решений, внушив простым людям уверенности, что о них, наконец, позаботятся. Вот по залу прокатился радостный вздох, на сцену поднялся Михаэль Флайшер, а это значит, что скоро все буду избавлены от официальной риторики и насладятся балетом, цирком, оперой и, конечно же, Юлией Девил, ну куда же мы все без неё любимой.

Зал, наэлектризованный, словно воздух перед летней грозой, готовой разразиться в душную ночь и принести спасение измотанному городу, вскипевшему за день асфальту дорог, зажатых между бетонных и стеклянных великанов, ждал её. Свет плавно мерк, погружая пространство портера и амфитеатра во тьму, лишь редкие огоньки греющих свечей на столиках освещали низ застывших лиц, сжатые в предвкушении губы. Перед сценой уже давно было освобождено место от мебели, но люди подходили всё ближе, спускаясь с дальних мест, официанты отнесли в сторону несколько огромных вазонов с цветами. Роберт Аденауэр, помощник Михаэля, равнодушно наблюдал за действом с дальнего столика, он ждал карнавал цветов, знаменитое и роскошное шоу, которое должно было начаться после этого номера программы, но наступающее действо обещало быть очень длинным.

Воздух сотряс дальний гром барабанов, и зал ответил ему единым вздохом. Рокот нарастал и приближался, гроза уже нависла над людьми, и всей силой стихии обрушились молнии: гитарные аккорды перекрыли барабаны, их звуки стали глухими, а вскоре отступили. Стихли и электрогитары, «Золотой Дворец» наполнил дождь — чистый и прозрачный звук фортепиано, это был подлинный инструмент, а не синтезатор. Кристальная, тонкая мелодия заполнила каждого, не оставив равнодушными даже людей вроде Роберта, совершенно равнодушных к творчеству тёмной дивы. В божественную гармонию подлинного звука плавно вступили вернувшиеся ритмичные удары барабанов, и в тускло освещённый круг сцены вступила она, Юлия Девил. По залу пронёссяпорыв восторга на всех языках и сразу стих, перекрытый разлившимся по залу голосом. Платье певицы, сотканное из тысяч нитей паутины, обволакивало её стройную фигуру, в нём Юлия и была на открытии вечера, окружённая свитой с неизменными цепями. Но теперь певица парила в