было читать эти заклинания?
– Эти камни впитают в себя силы твоих врагов. Пока цел первый, ни один камень этого замка не сдвинется с места, второй будет хранить в себе души твоих врагов. А третий будет поддерживать жизнь хранителя. Никто не сможет убить Хранителя, пока не доберется до этого места.
– И как же убить его с помощью камня?
– Этого я вам не скажу, Моурен Сеймур, эта тайна умрет вместе со мной, ради безопасности лесных слевитов.
– Но что мне теперь делать с этими камнями? Зарыть или впечатать в стену?
– Оставь их здесь, в этом зале. Все поглощенные Хранителем души врагов отправятся сюда. Это особое место, здесь скапливается вся сила этих земель. Оно придаст сил своим защитникам.
– Значит, враги, даже если проберутся сюда, не смогут уничтожить камни?
– Вход только один, его ваши воины должны запечатать сегодня. Никто сюда не проберется, пока вход запечатан.
– Как скажете, мастер. Благодарю вас за оказанную услугу.
– Подождите, я забыл еще кое-что вам сказать… – остановил его слевит, но что он говорил дальше, я не расслышала.
В ушах опять начался звон, перекрывающий все остальные звуки, перед глазами замелькали пятна.
Нет! Мне же нужно досмотреть до конца, меня нельзя будить!…
Но мои желания не имели значения. Меня выкинуло из сновидения, швырнув на каменный пол в том же самом зале, но в совершенно другом времени.
Вскрикнув, я открыла глаза. Передо глазами все плыло, захотелось закрыть их обратно и прийти в себя, чтобы не чувствовать ломоты в конечностях, но такая роскошь сейчас была недоступна.
Вокруг раздавались крики, вой, шипение, кто-то неистово рычал, скребся когтями о пол или стены… Шла драка.
С огромным трудом поднявшись, некоторое время я пыталась удержать равновесие, потом ко мне окончательно вернулось зрение, слух и способность соображать.
Я осмотрелась, чтобы понять, что именно происходит… Первое, что я увидела, это огромную серую собаку с бордовой мордой и черными полосами на спине. Она была в пяти метрах от меня и надвигалась на Дейка, который вертелся вокруг себя и размахивал мечом, как сумасшедший, он не видел чудовище, которая шла прямо на него.
Я попыталась крикнуть, но из горла вырвался лишь невнятный шепот, раздирающий связки. Сделав шаг навстречу, я чуть не упала, потеряв равновесие. Когда же я восстановила его, собака была уже совсем близко к рыцарю и готовилась к прыжку. Все остальные были заняты: каждого окружили мерцающие духи воинов-слевитов. Они могли показаться нематериальными, но грохот, издаваемый их топорами, бьющимися о камни, говорил об обратном. Как и Дороти раньше, эти духи обрели плоть.
Я попыталась сконцентрировать в руке магический шар, но магию как будто отрезало, если раньше она с готовностью вылетала из рук мощным потоком, то теперь едва вытекала тоненьким ручейком, с такими силами даже свечку было не зажечь.
За те секунды, что я пыталась создать огненный шар, чтобы хотя бы отогнать тварь, она уже прыгнула… На моих глазах здоровая собака повалила рыцаря на пол и со всей силы ударила его огромной когтистой лапой по голове.
Дейк вскрикнул, машинально попытался взмахнуть мечом, но уже не смог. Собака внимательно его обнюхала и прыгнула в сторону. Дейк больше не шевелился.
Плохо осознавая, что сейчас произошло, я стояла и смотрела на тело рыцаря, не понимая, почему он лежит, когда драка в самом разгаре, почему не встает, не поднимает меч.
Так я простояла до тех пор, пока не поняла, что следующей целью псины стала я.
Тварь с оглушающим рыком двинулась ко мне, она шла медленно, не торопясь, как будто не сомневаясь в том, что я никуда от нее не денусь.
Инстинкт самосохранения заставил меня вспомнить видение: три круга на большом жертвенном камне, от которого я не так уж и далеко… нужно просто разбить их и тогда тварь и все духи умрут.
Я двинулась к камню, стараясь не упускать громадную псину из виду. Я шагала спиной вперед, потому не сразу заметила Арланда, лежащего без сознания. Споткнувшись о бесчувственное тело инквизитора, я упала на пол и опомниться не успела, как собака уже прыгнула на нас.
Это был вопрос нескольких секунд, на выбор действия было отведено мгновение… понимая, что ничего не успею, я упала на Арланда, закрыв его тело собой.
Я ждала удара, но его не последовала. Удивленно открыв глаза, я заметила, как другая, такая же по величине собака, только с бордовыми полосами на спине, вступила в драку с первой. Это был Леопольд.
Придя в себя, я поднялась и неуклюже кинулась к камню, где находились три нужных мне диска. Добравшись до них, я стала думать, что нужно с ними сделать.
Конечно же, разбить, но, если я ошибусь, то мне каюк, а ведь остальные и вовсе не знают, как можно уничтожить охранников… у меня всего одна попытка.
В нерешительности я дотронулась до второго камня, он был гладкий и холодный, как стекло. Неожиданно моя левая рука сквозь бинты засветилась ярким бирюзовым туманом, а внутри появилось устойчивое чувство голода. Я инстинктивно положила левую руку на камень, в меня хлынула энергия, накопившаяся внутри. Вкус был отвратительный, хотя я не понимала, как могу чувствовать вкус магии… но ощущение было такое, что я ем что-то несвежее, пыльное, хранившееся и растущее годами.
Неожиданно сзади меня послышался крик.
Нехотя обернувшись, я с ужасом заметила, что Арланд очнулся: на него набросились духи. Их было около десятка, и сломленный видениями, инквизитор даже не мог увидеть их.
С большим трудом заставив себя оторваться от круга, я кинулась помогать ему.
Когда я подоспела, духи уже разорвали всю его одежду и добрались до кожи, успели нанести несколько небольших ран. Арланд, поняв, что происходит, начал читать молитву.
Когда я приблизилась, мне резко стало нехорошо. Видимо, инквизитор применял свои навыки экзорциста и отправлял умерших воинов туда, где им и следует быть. На меня эти силы действовали не так, как на духов, но и лучше мне от них явно не становилось.
Помедлив несколько секунд, я все же продолжила путь. Будем надеяться, моя душа не выскочит из тела из-за его молитв!
Вцепившись левой рукой в ближайшее привидение, я легко разорвала его тело, словно оно было бумажным. Второй, третьей… Вскоре я оказался в дымке из нескольких десятков разорванных привидений. Они протягивали ко мне свои когтистые лапы, разрывали одежду, кожу, оставляя царапину за царапиной. Поначалу несильная боль раздражала и отвлекала, но потом я сумела привыкнуть и, закусив губу, стала тратить
