Читаем без скачивания Уникумы Вселенной – 4 - Юрий Иванович

– Вот оно как… – протянула Розалия. – Они не только диверсии устраивают или отравления, но и сюда разумных вытягивают из разных миров, а потом допрашивают.

Чуть ли не Бастилия получалась космического масштаба. Вот только на всех двадцати этажах оказалось лишь пять узников. Они сидели на разных этажах в открытых для взора камерах. Форма была во многих местах разорвана, лица измазаны, окровавлены, на руках и ногах красовались широкие браслеты, а цепи, ведущие в стены, не позволяли пленникам эти браслеты свести вместе. В одной камере двое сидели на скамье, в другой двое полулежали, а в третьей пленник пытался разорвать цепь, монотонно качая рукой с тяжеленным, видимо, браслетом.

– Штрафники на гауптвахте, подрались между собой! – решил Донтер, который свои экраны держал в режиме наблюдения за охраной тюрьмы, но поглядывал и на другие. Подслушать ничего не удавалось. – Вот уж дисциплина у них, даже шепотом не переговариваются!

– Забираем всех пятерых пленников, и на Скелет, допрашивать, – решил Райгд. – Только в разные комнаты и подальше друг от друга. А вы, – он указал на Алессана, Донтера и Вителлу, – оставайтесь здесь и продолжайте наблюдение. Может, что-то и удастся подслушать.

Троица осталась, впилась взглядами в экраны. Исчезнувшие из комнаты коллеги появились в камерах с узниками парами (только Сатази действовал в одиночку), справились с цепями и вновь исчезли – перенеслись уже с живыми трофями в новый Малый дворец, построенный цоркскими киборгами над купальнями.

Похищение (а может, правильнее – освобождение?) узников прошло успешно. Ни сразу, ни потом никаких сигналов тревоги не последовало.

– Я так не играю! – воскликнул Вителла по прошествии четверти часа. – Так неинтересно! Что у них за тюрьма?! Кого эти идиоты охраняют?

– О! Зашевелились! – со слабой надеждой воскликнул Донтер.

Но тоже зря радовался: пришла смена караула.

Один наряд заменил другой, и вновь наступила полная тоска и уныние. А еще через полчаса землянам пришлось покинуть башню – в нее пришли роботы-уборщики. Может, они и не имели связи с главным центром управления, но все равно лучше им на объективы не показываться.

Тем более троицу тоже очень интересовал вопрос: что расскажут освобожденные?

Глава двадцать пятая

Броди и компания

Уже после шумного, затянувшегося ужина, оказавшись в выделенной им для ночлега комнате, Броди и Лариса, забравшись под одеяло, стали шепотом обсуждать полученные сведения. Подделкой записи и перевод Грандара Регилята быть не могли. Специальной провокацией – тоже. Да и никто пока не знал о том, что знали земляне. Мало того, про Хрустальную Пирамиду вообще на Земле знали только несколько десятков ее обитателей. Уникальное образование, которое вместе с окружающим его колоссальным Городом растворил в глубокой древности Чинкис со своего чистильщика, считалось построенным неизвестно кем и неизвестно когда. Чинкис, правда, утверждал, что Пирамида появилась на планете от десяти до шестнадцати тысяч лет назад.

Бездомные Пираты были уничтожены тридцать тысяч лет назад. Тогда ученый, который их подставил, вроде как и спрятался на Земле, а значит, пушку он построить не мог в вышеупомянутый великим цорком интервал.

На этом особенно настаивала горячим шепотом Ярославна:

– Поэтому ты и ошибаешься!

– А вот давай подумаем, – не сдавался Броди. – Что искал Чинкис шестнадцать тысяч лет назад? Приматов. Он их нашел и уничтожил. Большинство… Мог он не обратить внимания на слегка торчащую из воды Пирамиду? Легко!..

– На отснятых кадрах Пирамида возвышается над уровнем океана метров на шестьсот!

– Ха! Но не забывай о подъеме морского дна. Шесть тысяч лет прошло – и объект «подрос» на сотни метров. Тем более Юниус упоминал, что в последние десятилетия Хрустальный Город вместе с Матерью-Пирамидой все стремился всплыть на поверхность. Им казалось, что виновата огромная положительная плавучесть города. Вон ученые и укрепляли весь комплекс, загоняя в океанское дно длинные стержни из пузырита.

– Кстати! – вскинулась Лариса. – Если опять можно построить эту пушку-пирамиду, то, как утверждает Юниус, вновь удастся создавать пузырит. Он, дескать, досконально помнит, как соорудить устройство по его производству. Это же… это же будет феноменально! А? Чего примолк?

Броди задумчиво поглаживал одно женское плечико, а губами терся о другое:

– Конечно, хорошо бы вновь создать самый прочный во Вселенной материал. Изделия и детали из него будут востребованными. Но… ты понимаешь… не все так просто… Если про платформу для пушки узнают Конструкторы типа Бельессера, то наша бедная старушка Земля будет уничтожена в мгновение ока. Именно! Заберут из земной коры эту подставку, а планету уничтожат. А то и вместе с подставкой уничтожат.

– Хорошо бы регилятную капсулу найти да окружить коконом защиты Землю! Тогда никакие Конструкторы не страшны. Еще и другим можно было бы пузыритом помогать!..

Из-за непогоды Сияющий сумел добраться до Вавилона только к обеду. Но в ожидании никто из гостей не бездействовал: и город осмотрели, и формы сотрудничества с «отцами» обсудили, и массу научных деталей узнали. Ну а уж маркиз Мато фон Дивер постарался выяснить всю историю попыток телепортонавтов вырваться отсюда. История изобиловала пробами, испытаниями, научными открытиями, имелось много смертельных случаев, однажды гигантским взрывом, к примеру, огромное здание разнесло с лабораториями, но толку от всех метаний и жертв – никакого. До сей поры, пусть и в пределах планеты, телепортироваться не получалось.

Видимо, в настройки кокона изначально были введены иные параметры подобных перемещений. И этот момент прежние и нынешние научные разработчики учитывали. Потому основным направлением работы по прорыву кокона изнутри было создание нового или кардинально отличного вида телепортации, который полуживое регилятное существо не посчитает смертельно опасным оружием для населения планеты.

После полудня состоялась встреча с опальным синезодом, которого звали Вениам Кох. Причем из вавилонцев на ней никто не присутствовал, праздник у них был в самом разгаре, высшие руководители требовались в каждой точке города, и беседа прошла в узком кругу.

Кох попал сюда не за просчеты в работе – сбросили его на планету пять лет назад за политическую неблагонадежность. Причем сбросили не сразу после разбирательств. Когда узнали о его недовольстве диктатурой Конструктора Бельессера, то просто выперли из «Блистательной Охранки» и задвинули на периферию курировать некие исследовательские разработки в научном городке. Ведь подобное существо с невероятными силами и умениями казнить было бы нерационально. Да и во все времена провинившиеся службисты БО попросту отстранялись от самой высшей власти; считалось, что они не могут предать своего божественного кентавра по умолчанию.

Но и на новом месте работы Вениам Кох продолжил свою деятельность, стараясь создать группу единомышленников. Название создаваемой организации говорило само за себя: «Свободу всем мирам!» А когда синезод вербовал очередного кандидата, его и взяли на горячем. Хорошо, что допуск к самым высшим гениям Галактики и плодам их разработок позволил Вениаму отыскать и вставить себе в сознание специальный блок полного самоконтроля. Точно такой же блок, видимо, поставил Райгд в свое время Александру Броди и его супруге. Ну и повторно арестованному Коху удалось скрыть имеющиеся в башке сведения об организации и о своих соратниках. Иначе бы их всех тоже как минимум на Пьедронгу сбросили. Да и самому это косвенно помогло: не казнили. Ну а уж на каторгу отправили все равно, второй раз даже Сияющим подобные грехи не прощались.

Очень много Вениам рассказал и о системе воспитания, обучения и дрессировки себе подобных. Системе зверской, кровавой и жутко циничной. Народная молва не врала: к финалу двенадцатилетнего обучения на специальной планете, из полусотни набранных одаренных детишек выживал только один. А порой соотношение получалось и один к ста. Так что их чуть ли не бессмертие накапливалось за счет павших товарищей по парте и соседей по казарме.

Вениам Кох выжил, иного он себе тогда и не мыслил. И даже первые лет пятьдесят своей деятельности в роли Сияющего ничем не отличался от иных церберов Конструкторов. И только на двухсотом году жизни окончательно понял, что так дальше жить не может и с несправедливостью хоть как-то, но бороться надо. И боролся, как мог.

Саботаж, нечаянно упущенные политические преступники, таинственные исчезновения ученых, арест которых маячил на горизонте, – все это казалось вполне существенной деятельностью еще в течение пятидесяти лет. Ну а потом синезод замахнулся на создание организации…

И оказался на Пьедронге.

Он с жаром и восторгом перечислял тех разумных, которых он собрал под знаменами свободы.