к груди маленький комочек. Кажется, это моя дочь.
***
Будит меня писк датчиков и яркий свет, бьющий в глаза.
- Не шевелитесь! - диктует чей-то голос.
Но я не слушаюсь. Поднимаю вверх руку, опутанную проводами. Зрение постепенно начинает проясняться. Надо мной две огромные лампы и чья-то голова. Поначалу я не узнаю расу инопланетника. В голову тут же лезут рассказы о том, как одиноких путешественников в космосе вылавливают неведомые существа, но потом я замечаю на рукаве формы нашивку, которая говорит о принадлежности к объединенным космическим силам Федерации.
- Я же сказал, не шевелитесь, - чуть раздраженно говорит медик и колет что- то мне в плечо.
- Я... - произношу сухими губами. - Где мой мальчик?
- Вы говорите о дочери?
- Какой дочери? — переспрашиваю, когда немного уменьшается шум в голове.
- Вашей дочери.
— У меня есть сын, Нилс, - начинаю злиться я и тогда кушетка, на которой я расположена чуть меняет положение. Приподнимается головной конец, и я вижу округлившийся живот. Тут же меня настигает оглушение.
- Сколько я проспала?
Медики, окружающие меня, молчат. Задаю новый вопрос:
- Где я?
- На спасательном корабле, - отвечает один из них.
- А мальчик?
- Да, был с ней мальчик, - произносит вошедший в каюту высокий мужчина. - С мальчиком все хорошо. Как и с вашими мужьями.
Услышав это, я чувствую, что наконец могу расслабиться и решаю придержать при себе вопрос: «Так что случилось?»
***
Еще несколько дней уходят на восстановление моего тела, найденного в спасательной капсуле сильно позже назначенного времени. Как выяснилось, станцию Зеппа взорвал Император, едва только наши капсулы успели отчалить от нее, в мою угодил обломок обшивки, после чего отказал один из двигателей, а также перестала работать навигация, после чего устройство сильно отклонилось от курса и мы с Нилсом дрейфовали в космосе куда дольше запланированного, пока мои безутешные мужья рыскали по разным секторам, граничившим с Империей валорианцев.
Мы с сыном чудом выжили, потому что резервы капсулы не были рассчитаны на столь долгий полет. Возможно, нас всех спасли силы моей еще не родившейся дочери.
Поначалу вся эта информация шокирует, но по прошествии времени я начинаю ее принимать. Миллс и Доракс больше ни на мгновение не оставляют меня одну, и я повторяю себе раз за разом, что эти мужчины не бросили меня. Около оборота Альтерры, именно столько длится беременность у альтерранок, они искали меня, а это куда дольше года на Тхарлаксе.
Когда мы встречаемся, я замечаю, что в волосах Доракса появилась седая прядка и в целом он стал выглядеть как будто серьезней и взрослей.
Брюнет крепко обнимает меня, в то время как Миллс просто стоит рядом и держит за руку.
- Я думал, что смогу прожить один, - говорит Доракс мне на ухо. - Но я ошибался. Рея, если бы я...
Сжимаю его ладонь свободной рукой и негромко отвечаю.
- Я тоже люблю тебя.
Тогда брюнет касается губами моего лба и уступает место Миллсу.
Блондин садится на край моей кровати и просто смотрит мне в глаза, держа меня за руки. Я понимаю, почему Миллс менее эмоционален: однажды он уже свыкся с мыслью, что потерял меня.
- Я был уверен, что ты найдешь к нам дорогу, - произносит Миллс, — с истинной парой иначе не бывает.
Я улыбаюсь ему, а потом трогаю живот.
- Как думаешь, чья это дочь?
- Неважно, - Миллс выглядит совершенно спокойным, можно сказать, умиротворенным. - Главное, что она наша общая.
Крепче сжимаю его пальцы.
- Теперь я никуда не денусь от вас.
- Мы и сами не дадим! — произносит Доракс. - Теперь я всегда буду рядом. Мой дом там, где ваш дом.
Сказав это, он смотрит на блондина.
- А дом Миллса на Альтерре. Никаких больше космических путешествий!
Я киваю.
— Мы окружим тебя заботой, - улыбается Миллс. - Ты будешь жить, как и подобает главе дома и растить нашу дочь.
Доракс выдыхает.
- А я, пожалуй, добьюсь-таки равных прав для мужчин, ведь на Альтерре теперь будет взрослеть мой сын.
- Я верю в тебя, - киваю брюнету и сейчас я в своих словах полностью искренна. Я действительно верю в то, что этому мужчине практически все по плечу.
Вскоре к нам присоединяется мой сын. Полет для Нилса прошел легче, чем для меня. Его маленький организм проще адаптировался к гибернации и невесомости, так что мальчик куда раньше пришел в себя и уже какое-то время провел с Дораксом и Миллсом.
По дороге домой он неустанно расспрашивает нас про то, как выглядит наша новая родина и оба моих теперь уже официальных мужа, ведь нам удалось провести церемонию прямо на борту спасательного шаттла, с радостью рассказывают ему о планете и показывают голограммы.
С каждым днем Альтера все ближе. Я до последнего надеюсь дотянуть с родами до спуска, но это не выходит. Срок уже на исходе и бортовые медики принимают решение рожать, хоть я и хотела сделать все по традициям альтерранских женщин, мы все вместе выбираем не рисковать здоровьем ребенка.
Дочь появляется на свет ровно за сутки до того, как Альтерра возникает в иллюминаторах. Это удивительно красивая золотоволосая малышка и у меня сразу же отпадают сомнения в том, кто ее отец. Миллс просто не отходит от младенца, но Доракс, как я вижу, не в обиде.
Перед приземлением мы все собираемся у большого иллюминатора и смотрим на то, как приближается и увеличивается Альтерра, наш новый дом.
- Я хотела бы вернуть компанию Ивлину Флиту, - произношу я, - если это еще возможно.
Повисает пауза и я оборачиваюсь к Дораксу.
- Возможно же?
- Дело в том, что тебя признали без вести пропавшей, - поясняет Миллс, - и совет директоров...
- Они что, не вернули имущество его создателю? - возмущаюсь я.
- Насколько я знаю, - произносит Доракс, - Ивлин счастлив тем, что у него есть сейчас.
В этот миг Миллс обнимает меня за талию.
- И мы будем, - говорит он.
Тут уж и я соглашаюсь.
