– Нет. Возможности открывать путь в свой мир.
– Мудро! – заулыбался старейшина. – Тогда он не сможет посылать сюда новых солдат. А значит, рано или поздно, но всех оставшихся здесь мы уничтожим. Я верю тебе, Вождь! И мои дети – тоже… Приказывай…
…За два часа, прошедших с момента окончания Совета, деревня клана Вепря превратилась во что-то невообразимое – между домами носились во– оруженные до зубов воины; недовольные переездом неизвестно куда женщины паковали вещи; вопили дети, не понимающие причин этого бедлама. Давка на улочке, ведущей к выходу из деревни, была такой, что вместо пары минут мы добирались до околицы добрых десять. Каждый воин старался пожелать нам удачи, пожать руку самому Вовке Броску Змеи, Военному Вождю, идущему в логово врага, каждая женщина, недовольная переездом, старалась перейти нам дорогу, «случайно» пихнуть мешком с домашним скарбом или наступить на ногу. А вереница мелких, но уже очень «опасных» воинов-вепрей, размахивая прутиками, «охраняла» нас до самой опушки леса. К моменту, когда отстал последний сопровождающий, я уже порядком утомился – на мой взгляд, в поход следовало отправляться задолго до рассвета, когда большинство жителей деревни еще спит.
– Ну что, молодежь, будем прощаться? – добравшись до места, где тропинка раздваивалась, спросил Вовка и скинул с плеча походный рюкзачок. – Слышь, Будильник! Береги Рыжика! Тебе с ней повезло ты себе не представляешь как. Дождетесь Олежку – сразу валите обратно. И не рискуйте зря, ладно? Записку не потерял?
– Не-а… – Джамшер Утренняя Заря похлопал себя по украшенному незатейливой вышивкой «made by Майке Огненная Грива» карману – новому слову в технологии пошива местной одежды – и грустно улыбнулся: – Я постараюсь. Мы скоро вернемся… И вы там… не очень, ладно?
Рыжик, глядя из-за плеча мужа, пробормотала что-то нечленораздельное и покраснела.
– Ладно, бегите. Да и нам, пожалуй, пора. – Глаз кивнул Когтю, старшему из двух воинов, посланных сопровождать Джамшера, и, подхватив с земли рюкзак, первым сделал шаг…
…Раскат Грома, уже привычно отзывавшийся на загадочную кличку Громодзила, двигался первым. Вторым шел лучший охотник клана Вепря по имени Лисий Нос, тоже не оставшийся без внимания Глаза: на обращение Шнобель он реагировал с задержкой, но не без гордости – видимо, внимание такого великого воина, как Бросок Змеи, ему тоже льстило. Третий воин, выбранный Вовкой по одному ему известным параметрам, двигался замыкающим. И усиленно общался с идущим рядом Щепкиным. Его клановое имя – Царапина, – было тоже проигнорировано. И заменено новым. Шапокляк. Что лично мне ни о чем не говорило. Если спросить меня, то первые два воина мне даже нравились: жилистые, выносливые, прошедшие огонь, воду и медные трубы парни оставляли ощущение надежности, а вот от мелкого, какого-то излишне вертлявого Царапины мне хотелось держаться подальше. Непонятно почему.
Впрочем, особенно вдумываться в свои ощущения мне было некогда – все мое внимание было приковано к пленнику, идущему передо мной: Оливия, продолжающая терзать его расспросами, достала снайпера до предела, и я дергался от ощущения, что в какой-то момент солдат плюнет на все и вцепится ей в глотку. Моя жена, конечно, не дала бы себя в обиду, но мне все равно было немножечко не по себе.
По лесу мы перли в хорошем темпе – так, что к вечеру Лантц, за время плена не имевший возможности поддерживать форму, еле передвигал ноги, и когда Вовка объявил привал, рухнул прямо там, где остановился. А все остальные, оставив пленного на Царапину, занялись обустройством лагеря. Оливия принялась накрывать на импровизированный стол, Шнобель и Громодзила рванули сооружать ложа из лапника, а я отправился за водой к ближайшему ручью. Вовка, очередной раз развернув трофейную карту, вздохнув, почти сразу убрал ее обратно в карман – в наступивших сумерках видно на ней было немного. А через какие-то полчаса горы укрыла непроглядная тьма.
Оливия, удобно устроившись рядом со мной, смотрела в звездное небо и тихонечко сопела мне на ухо.
– Звезды тут совсем не похожи на те, что у нас на Элионе, – прошептала она именно тогда, когда я почти заснул. – Интересно, а если без этих порталов, то сколько бы времени нам понадобилось, чтобы долететь до Аниора? И как там наши, а? Я так соскучилась по дому… А о чем ты думаешь, Эрик?
– Я сплю… – попробовал отболтаться я, но не тут-то было: упертая, как и ее подруги Беата и Машка, Оливия не собиралась оставлять меня в покое.
– Я про вообще… И, кстати, мне кажется, что ты со мной давно не говорил по душам… Я перестала тебе нравиться?
Сдавленное фырканье Глаза, лежащего неподалеку, ее не остановило.
– Или ты загляделся на местных красавиц, кобелино?
Я ошалело приподнялся на локте и попытался разглядеть выражение ее лица, что в полной темноте было, мягко выражаясь, нереально:
– Обалдела? Какие красавицы? – схватив ее за плечо и притянув поближе к себе, я почти уткнулся носом в ее нос и… вдруг почувствовал прикосновение ее губ.
– Ну наконец-то обратил на меня внимание… – через несколько минут, с трудом прервав поцелуй, захихикала она. – Завалился хрен знает где и сразу спать… А мне, может, надо капельку внимания перед сном. И, кстати, после него… В общем, дубина ты стоеросовая…
– Вокруг люди… – попробовал было защититься я, но безуспешно.
– Они всегда вокруг… Разве что расстояние всегда разное. Иногда в метре, иногда в ста километрах. Что по сравнению с расстоянием отсюда до Элиона как-то несущественно…
– Эй, красотка! Давай спать, а? А то я продолжу твою мысль так, что тебе не понравится… – сдерживая рвущийся наружу хохот, громким шепотом попросил Вовка. – Ты же знаешь, что за мной не заржавеет. Не доводи до греха…
– Убедил, противный… – судя по голосу, Оливия надулась. – Вот вернемся к Хвостику – я на тебя пожалуюсь… Ох, она тебя и взгреет…
– Скорее бы… – пробормотал Вовка и отвернулся. – Все. Давайте спать. Завтра будет тяжелый день. И хотелось бы хоть немного отдохнуть…
Ночь прошла без происшествий – даже Лантц, не отказавшийся от мыслей о побеге, дрых без задних ног. Впрочем, когда я увидел, как он был связан Царапиной, я сразу понял причину его поведения: в таких путах особо не потрепыхаешься.
– Симпатичная упаковка! – усмехнулся я, кивнув в сторону пленника.
– А то… Шапокляк в этом большой специалист! – ухмыльнулся Щепкин.
– В связывании? – удивилась Оливия, проверяя, как держится на ней перевязь с ножами.
– Нет. В разного рода гадостях и приколах. Его даже пару раз пытались изгнать из клана. За шуточки. Знаете, в этом мире такой талант – большая редкость…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
