Читаем без скачивания Смерть по объявлению - Дороти Сэйерс

— Месье Монджой был богатым человеком? — спросил Паркер.

— Он казался весьма не стесненным в средствах, сэр. Он хорошо одевался; всегда все самое лучшее. Особенно в течение последнего года или около того.

— Что было его профессией?

— Я думаю, он был состоятельным джентльменом. Хотя я никогда не слышал, чтобы он занимался каким-либо делом.

— Вы знали, что у него была шелковая шляпа, с которой было удалено имя изготовителя?

— Да, сэр. Он был очень зол по этому поводу. Сказал, что какой-то его друг изуродовал шляпу. Я предлагал несколько раз поправить ее, но, когда он остыл, сказал, что это не важно. Эту шляпу месье Монджой надевал очень редко, сэр. И, кроме того, он тогда заметил: «Почему я должен быть ходячей рекламой для этого шляпника».

— Вы знали, что его смокинг тоже без бирки портного?

— В самом деле, сэр? Нет, я не заметил этого.

— Каким человеком был месье Монджой?

— Очень приятным джентльменом, сэр. Мне очень жаль, что с ним произошел такой несчастный случай. Как долго он жил здесь?

— Я думаю, шесть или семь лет, сэр. Я сам здесь работаю четыре года.

— Когда с его шляпой сыграли эту грубую шутку?

— Полтора года назад, сэр, если я правильно помню.

— Так давно? Я думал, что шляпа новее, по крайней мере, она так выглядела.

— Да, сэр, как я говорю, он надевал ее не более одного или двух раз в нелепо. И мистер Монджой не беспокоился по поводу фасона своих шляп. Была одна определенная форма, которая ему нравилась, и он все свои шляпы заказывал по этому образцу.

Паркер кивнул. Ему было это уже известно от шляпника и от Уимзи, но было неплохо проверить все еще раз. Инспектор подумал, что еще не было случая, чтобы брат его жены ошибся в каком-либо факте, касающемся одежды.

— Ну, — сказал он, — как вы, возможно, догадались, Визерс, последует расследование по поводу смерти мистера Монджой. Вам лучше говорить об этом как можно меньше любому постороннему человеку. Вы отдадите мне все ключи от квартиры, и я оставлю здесь полицейских в течение одного или двух дней.

— Хорошо, сэр.

Паркер выяснил имя и адрес владельца этого многоквартирного лома и отправил к нему сержанта Ламли. От владельца было получено мало информации. Он сообщил, что мистер Монджой, без определенной профессии, снимал квартиру в течение шести лет; вносил арендную плату регулярно.

Выяснилось, что на Монджоя не поступало никаких жалоб. Ничего не было известно о его друзьях или родственниках. Вызывал сожаление гот факт, что такой хороший квартиросъемщик закончил свою жизнь так неожиданно и так печально. Владелец дома надеялся, что не просочится никакой информации скандального характера, что может негативно сказаться на его репутации.

Следующий визит Паркера состоялся в банк мистера Монджоя. Здесь он после утомительных выяснений все-таки получил доступ к его счетам. У Монджоя был регулярный доход около тысячи в год от выгодных инвестиций. Никакой неравномерности в доходах. Никаких таинственных колебаний. Паркер ушел с тревожным чувством, что мистер Гектор Панчеон попал пальцем в небо.

ГЛАВА 16

СТРАННОЕ ПОВЕДЕНИЕ ПОЧТОВОГО ДЕПАРТАМЕНТА

Главный инспектор в тот же вечер сообщил свое мнение Питеру Уимзи. Его милость, чей разум по-прежнему был разделен между детективной деятельностью и новой рекламной кампанией фирмы «Виффлетс», которая обрела ясные очертания во второй половине дня, был с ним резок:

— Пальцем в небо? Тогда что сбило с ног Панчеона? Удар ноги кобылы?

— Возможно, Монджой просто был сыт им по горло. Ты бы тоже был сыт им по горло, если бы Панчеон преследовал тебя по всему Лондону.

— Возможно. Но я не стал бы избивать его и оставлять умирать. Я бы вместо этого передал его в руки полиции. Как Панчеон?

— Все еще без сознания. Сотрясение. Кажется, он получил сильный улар в висок и по затылку.

— Хмм. Возможно, ударился о стену, когда Монджой нанес ему удар дубинкой.

— Несомненно, ты прав.

— Я всегда прав, надеюсь, что вы следите за этим Гарфилдом.

— Он никуда не денется. Почему ты об этом говоришь?

— Ну, как? Это странно, что Монджой умер в такой подходящий для нас момент.

— Не думаешь ли ты, что Гарфилд имеет к этому какое-нибудь отношение? С чего бы это, если его самого чуть не убило. Кроме того, мы заглядывали к нему. Он человек хорошо известный на Харли-стрит, с крупной практикой в Уэст-Энде.

— Среди наркоманов, возможно?

— Он специализируется на нервных болезнях.

Паркер присвистнул.

— Это то, что ты думаешь, не так ли?

— Послушай, — сказал Уимзи, — твое серое вещество функционирует не так, как должно. Ты что, устаешь в конце дня? Ты страдаешь от вялости и апатии после приемов пищи? Попробуй «Спарклтон», дающий энергию, в нем соли растительного происхождения, которые стимулируют и одновременно очищают. Некоторые несчастные случаи слишком случайны, чтобы быть настоящими. Когда джентльмен удаляет ярлык своего портного и отрезает лезвием клеймо своего шляпника, совсем без всякой на то видимой причины, и торопливо прогуливается из Финчли в музей в южном Кенсингтоне, одетый в смокинг в крайне неподходящее время, то это потому, что ему есть что скрывать. Если он добавляет к своему странному поведению еще неожиданное падение под поезд, то это потому, что кто-то еще заинтересован в том, чтобы скрывать нечто. И чем больше риска в этих поступках, тем более вероятно, что дело стоит такой таинственности.

Паркер посмотрел на него и тихо усмехнулся.

— Ты великий отгадыватель, Питер. Ты будешь удивлен, если услышишь, что ты не единственный?

— Нет, не буду. Что-то ты скрываешь от меня. Что это? Свидетель убийства, а? Кто-то, кто стоял на платформе? Кто-то, на кого не были склонны обратить внимание? Ты, старый интриган, я вижу это по твоему лицу. Выкладывай немедленно, кто это был? Женщина. Нервная женщина. Средних лет, истеричная старая дева. Я прав?

— Черт бы тебя побрал, да.

— Тогда продолжай. Расскажи мне об этом.

Итак, когда Иглс брал показания у свидетелей на станции, они все согласились, что Монджой сделал несколько шагов мимо Гарфилда, а затем неожиданно зашатался; этот Гарфилд схватил его за руку, а затем оба упали вниз. Но эта женщина, которую зовут мисс Элиза Теббут, пятидесяти двух лет, не замужем, домохозяйка, живет в Кенсингтоне, говорит, что она стояла немного в стороне от них обоих и точно слышала, как по ее описанию «ужасный голос» сказал: «Эй, постой, ты влип!». Монджой резко остановился, как будто в него выстрелили, и этот Гарфилд «с ужасным лицом» взял его за руку и подставил ему подножку. Твое доверие к этой доброй женщине, возможно, возрастет, когда ты услышишь, что она страдает нервными расстройствами и однажды содержалась в психиатрической лечебнице, но она убеждена, что Гарфилд — типичный член банды, чьей целью является убить всех людей британского происхождения и установить превосходство евреев в Англии.

— Черт бы побрал этих евреев в Англии. Если человек страдает мономанией, то он не обязательно ошибается в фактах. Эта дама могла вообразить или выдумать довольно много, но она не могла вообразить или придумать нечто столь фантастическое, как «Эй, постой», что, очевидно, ее неправильное восприятие на слух имени Монджой. Гарфилд — твой человек, и я признаю, что могут возникнуть трудности с тем, чтобы что-то найти на него. Но если бы я был на твоем месте, я бы обязательно обыскал его владения — если сейчас еще не слишком поздно.

— Боюсь, что уже слишком поздно. Мы не могли добиться ничего стоящею от мисс Теббут в течение часа и около того; за это время доктор Гарфилд, естественно позвонил к себе домой и в свою консультацию, чтобы объяснить, что с ним случилось. Тем не менее мы будем присматривать за ним. Дело наибольшей важности — это Монджой. Кто он был? Что он собирался делать? Почему его нужно было убить?

— Довольно ясно, что он собирался сделать. Он был вовлечен в транспортировку наркотиков и был убит, потому что оказался настолько глуп, что позволил Панчеону узнать себя и выследить. Кто-то, должно быть, был настороже; эти банды, очевидно, следят за своими членами. Или несчастный Монджой попросил о помощи, и ему помогли убраться из этого мира, найдя самый быстрый способ избавляться от трудностей. Жаль, что Панчеон не может говорить, а то бы он мог рассказать нам, звонил ли Монджой куда-нибудь или разговаривал с кем-либо во время беготни по городу. Как бы то ни было, он допустил ошибку, а людям, которые допускают ошибки, не позволяют жить. Странно, на мой взгляд, что никто не посещал квартиры, как ты говоришь. Следовало бы ожидать, что банда провела там некоторое расследование, просто чтобы убедиться в своих предположениях. Я надеюсь, слугам можно доверять?

— Я думаю, да. Мы навели справки. У них всех хорошие репутации. Швейцар имеет армейскую пенсию и отличное досье. Камердинер и горничная глубокоуважаемые люди — ничего против них нет.