Кристофер покачал головой. Их с Беа бракосочетание должно было состояться через месяц в деревенской церкви.
— Я рад за Беатрис. Она мечтала, чтобы на торжестве присутствовали все члены семьи. — Кристофер усмехнулся. — Остаётся лишь надеяться, что нам не придётся наблюдать процессию её животных, шествующих по церковному проходу следом за ней.
— Вам ещё повезло, что мы вовремя избавились от слона, — рассмеялся Лео. — Иначе Беатрис с лёгкостью превратила бы его в подружку невесты.
— От слона? — повернулся к нему потрясённый Кристофер. — Она держала у себя слона?
— Совсем недолго. Беа быстро нашла для него новый дом.
— Нет, — возразил Кристофер, недоверчиво качая головой. — Зная Беатрис, я склонен верить многому. Но слон — это уже чересчур.
— Говорю вам, у неё был слон, — настаивал Лео. — Господь не даст мне соврать.
Кристофер по-прежнему не мог в это поверить.
— Предполагаю, что в один прекрасный день она обнаружила его у себя на пороге и на свою беду угостила чем-то вкусным?
— Расспросите Беатрис, и она расскажет вам…
Лео внезапно замолчал, когда заметил в загоне, к которому они приблизились, какое-то беспокойство. Воздух прорезало сердитое конское ржание. Гнедой чистокровный жеребец яростно взбрыкивал и пытался сбросить своего наездника.
— Чёрт возьми, — сердито пробормотал Лео, ускорив шаг, — говорил же я им не покупать этого вздорного жеребца — его норов окончательно загублен жестоким обращениеим, и даже Беатрис не по силам его исправить.
— Так это Беатрис? — спросил Кристофер, ощутив, как острая тревога пронзила его сердце.
— Либо Беа, либо Роан — только они настолько безрассудны, чтобы попытаться подчинить себе столь непокорное животное.
Кристофер бросился бежать. Это не Беатрис, убеждал он себя. Такого попросту не может быть. Она же обещала ему, что не станет впредь подвергать опасности собственную жизнь. Но когда он приблизился к загону, то увидел, как с головы наездника слетела шляпа, и по его спине рассыпались густые, тёмные пряди. В тот же самый миг жеребец взбрыкнул с удвоенной силой. Беатрис держалась за шею норовистого животного с удивительной непринуждённостью и, пытаясь его успокоить, что-то ласково нашёптывала тому на ухо. Казалась, жеребец внял её уговорам и немного успокоился. Но уже через долю секунды он вновь взвился на дыбы, всем своим огромным весом, чудом удерживаясь на двух тонких задних ногах.
А ещё через мгновение конь потерял равновесие и начал опрокидываться.
Время словно остановилось, единственное, что видел сейчас Кристофер — это огромная, сокрушительная масса, которая падала на землю, угрожая смять под собой маленькую, хрупкую фигурку Беатрис.
Как это часто случалось в сражении, сознание Кристофера отключилось, и на волю вырвались чистые инстинкты, когда действия по своей стремительности опережают мысли. Он ничего не слышал, ничего не чувствовал, лишь ощутил, как от хриплого крика вибрирует горло. Одним махом перескочив изгородь, Кристофер бросился в загон.
Так же, как и он, Беатрис действовала инстинктивно. Как только жеребец начал падать, девушка освободила ноги из стремян, выждала до последнего момента, а затем оттолкнулась и выпрыгнула из седла. Беатрис с силой ударилась о землю, и успела перекатиться дважды, трижды, прежде чем тело коня грузно рухнуло всего лишь в нескольких дюймах возле неё.
Оглушённая, Беатрис неподвижно лежала на земле, в то время как жеребец, силясь подняться, с бешеным храпом неистово бил копытами землю около её головы. Кристофер подхватил её и вынес из загона, после чего Лео смог подобраться к разъярённой бестии и ухватить коня под узды.
Кристофер осторожно опустил Беатрис на землю и принялся осматривать её тело, пытаясь обнаружить возможные раны и повреждения. Очень аккуратно он ощупал её руки, ноги, а затем голову. Беатрис сделала судорожный вдох, и дыхание с хрипом вырвалось из её легких.
Очнувшись от короткого беспамятства, она несколько раз моргнула и непонимающе уставилась на Кристофера.
— Что случилось?
— Лошадь взвилась на дыбы и упала, — проскрежетал Кристофер. — Назови мне свое имя.
— Зачем?
— Твоё имя, — упорствовал он.
— Беатрис Элоиза Хатауэй. — Она посмотрела на него широко распахнутыми синими глазами. — Теперь, когда мы разобрались, кто я… сэр, могу я узнать, как зовут вас?
Глава 20
Увидев, как вытянулось лицо Кристофера, Беатрис захихикала, забавно сморщив носик.
— Это всего лишь шутка, честное слово. Я помню, кто ты такой. Со мной всё в полном порядке.
Она выглянула из-за плеча Кристофера и заметила, как Лео резко провёл ребром ладони по горлу и предостерегающе покачал головой.
Слишком поздно она поняла, что выбрала не самый подходящий момент для шуток. То, что Хатауэйи восприняли бы как отличный повод посмеяться, совершенно точно довело Кристофера до бешенства.
Он уставился на неё пристальным взглядом, полным неверия и гнева. И лишь тогда Беатрис поняла, что его сотрясает дрожь ужаса, который он испытал, увидев, как она упала на землю.
Определённо, не лучшее время для юмора.
— Мне очень жаль… — раскаянно начала она.
— Я просил тебя больше не объезжать эту лошадь, — рассерженно рявкнул Кристофер, — и ты обещала мне этого не делать.
Беатрис ощутила немедленную потребность защититься от его недовольства. Привыкшая поступать так, как ей заблагорассудится, она уже не раз падала с лошади и была уверена, что этот случай точно не станет последним.
— Ты не упоминал ни о чем конкретном, — рассудительно произнесла Беатрис, — лишь попросил меня не подвергать себя излишней опасности. И, по-моему, я не совершила ничего опрометчивого.
Но эти слова вместо того, чтобы успокоить Кристофера, казалось, привели его в ещё бόльшую ярость.
— В свете того факта, что минуту назад тебя едва в лепёшку не расплющило, осмелюсь заметить — ты ошибаешься.
Но Беатрис преисполнилась решимости во что бы то ни стало выиграть спор.
— Что ж, в любом случае это не имеет значения, поскольку обещание, которое я тебе дала, касалось лишь нашей семейной жизни. А мы пока ещё не женаты.
Лео прикрыл глаза ладонью, сокрушённо покачал головой и предпочёл убраться с глаз долой.
Кристофер метнул в неё испепеляющий взгляд, открыл было рот, чтобы заговорить, но затем снова его закрыл. Без единого слова он поднялся и быстрым, решительным шагом направился в конюшню.
Беатрис приподнялась и посмотрела ему вслед озадаченно и раздражённо одновременно.
