запах жареного мяса. Мы с Зесом сидели на том же месте. После моего рассказа он долго сокрушался, пытаясь осознать открывшиеся факты. Его не заботило то, что Эфимера оказалась замешена в подобном, но предательство Гадриэля сводило с ума.
Зес долго расспрашивал о мельчайших деталях в поведение старика. Конечно, находясь в состоянии шока, помнила я не так много как хотелось бы.
Потом разговор плавно перешел к моему похищению и тому, как я вообще оказалась в коридорах цитадели.
Мужчина сидел на траве, облокотившись на бревно на котором устроилась я и смотрел на бегущую воду.
— Кира, прости. Если б я рассказал все сразу, возможно ничего б не случилось. Ты бы знала, почему не можешь вернуться и попыталась смириться со своей судьбой. Но я эгоистично хотел, чтоб ты решила остаться в моем мире не потому что нет другого выбора, а из-за меня. Знаю, глупость… Повел себя как сопливый юнец.
Я запустила пальцы в серые волосы, аккуратно их перебирая и массируя голову. «Думаю, ему сейчас не менее паршиво, чем было мне. Он пытается пережить предательство своего наставника и все, чем я могу ему помочь, просто быть рядом».
— Я больше не сержусь, возможно мне и правда не стоило знать подробности ритуала. Потому что теперь я осознаю, что не все останавливаются, столкнувшись с таким зверством. В голове не укладывается…
Я погладила пока еще плоский живот, не решаясь сказать Зесу о своей беременности.
«Как он отреагирует? Этот мужчина совсем непохож на семьянина, который возвращаясь с работы целует жену и играет с детишками. Больше смахивает на свободного скитальца и вечного воина».
— Что ты планируешь делать? Завтра мы возвращаемся в Альмарэн, — прошептала одними губами.
— Нет, Кира. Я возвращаюсь. Ты останешься с волками, — он поднял на меня взгляд, выражение сурового лица говорило о том, что протест принят не будет. — Киллиан отправится в Де-Хаар, подготовит все для ареста предателя. Я последую с нефилимами прямиком в Альмарэн. Нужно поговорить с Азариэлем.
Его идея мне не нравилась. Мало того, что я не хотела оставаться с незнакомыми волками, не хотела опять разлучаться с ним, так ко всему прочему, мне претила мысль что Зес отправится туда один.
— Зес…
Он меня перебил, не позволяя договорить.
— Даже не начинай! Слышишь?! Я, и так, все время у тебя на поводу иду. Сколько можно? Это мужское дело.
Слышали бы его наши феминистки, забросали бы камнями. Я против насилия, действовать буду хитростью.
Медленно сползая с бревна, уселась на траву рядом с ним, погладив мужчину по бедру.
— Зес, я не хочу оставаться одна.
Мужчина махнул в сторону забора.
— Там ты даже если очень захочешь, одна не останешься. Аргумент не защитан.
Я прильнула к нему ближе, укрываясь в теплых объятиях.
— Хорошо, я не хочу быть далеко от тебя…
Он цокнул.
— Еще несколько дней назад тебя это не сильно беспокоило. Ты хотела вообще в другом мире оказаться. Встань с земли, задницу отморозишь.
Поцеловав мужскую скулу, шершавую от щетины, я спустилась к шее.
— Возможно я передумала.
Он отстранился, заглядывая мне в глаза.
— Да что ты говоришь?! Наживка, как, оказывается, у тебя все просто.
Я задумалась над его словами.
— Ну не так все и просто, но не об этом сейчас. Возьми меня с собой!
Я перекинула ногу, усаживаясь ему на колени, будто оседлав.
— О как! То есть пошла на таран. На этом твоя женская хитрость закончилась?
Я немного поерзала усаживаясь удобнее и выглядывая из-за бревна. Все были далеко и заняты своим делом.
— Нет, но попытаться стоило.
Он вцепился в мои бедра, удерживая их на месте.
— Харе ерзать! — в глазах мужчины сверкала очевидная похоть.
«Теперь ты мой!»
— А если продолжу? — я повторила попытку, касаясь его губ в легком поцелуе.
— Я трахну тебя прям здесь, и плевать хотел, кто при этом нас увидит. Но потом я свидетелю оторву голову, потому что нехрен пялиться на мою женщину!
Я попыталась придумать способ убедить его, но в голову приходили лишь непристойные варианты. Возможно стоит продемонстрировать ему, что такое минет от иномирянки. Кто знает, может такие методы убеждения повлияют лучше.
Так почему бы и нет?
Мое собственное дыхание ускорилось от одних только мыслей об этом. Услужливое воображение подкинула образ Зеса, рычащего от слишком интимной ласки. Этого было достаточно, чтоб заставить меня изнывать по нему.
Возможно бушующие гормоны делают меня более дерзкой, но эта мысль не покидает голову, навязчиво прокручиваясь в возбужденном сознании.
Пока не передумала, я сползла с его колен.
— Ты куда? Все, аргументы закончились? — Зес победно усмехается, принимая мои действия за капитуляцию.
— Напротив, только начинаются, — встав перед ним на колени, уверенными движениями расстегнула штаны. От моих действий каждый мускул в его теле пришел в напряжение. Кажется, мужчина даже затаил дыхание в ожидании.
Высвободив член, завороженно наблюдала, как тот увеличивается на глазах.
Итак, наглая ухмылка сошла с его губ. Думаю, я привлекла все внимание своего упрямца.
— Что ты задумала? — в голосе Зеса послышались рычащие нотки.
— Аргументирую… сейчас покажу наглядно, что у меня на уме, — не сводя глаз с любимого мужчины, скользнула рукой вниз и вверх по уже твердому стержню, внимательно следя за его реакцией и за сбитым дыханием. Он будто окаменел, боясь даже пошевелиться, только наблюдая за мной и прерывисто дыша. Ни единая мышца в его теле не дергается.
Губы растягиваются в победной улыбке, от осознания, что впервые сама прикасаюсь к нему. Обычно инициативу проявлял Зес.
«Боги!» — наблюдая за
