— нужно было уходить в след за членами Новой К-команды, либо вообще переезжать в более крупный город. Я иногда проходил некоторые собеседования в различных IT-компаниях (особенно после очередного скандала с Кайло ), но это были компании на слуху, слишком модные с очень за#банным кастингом в несколько этапов, с глубоким экскурсом в теорию (причем за столь прекрасные знания теории со стороны прожитых лет не так уж и много платили, как следовало бы ), и меня естественно там посылали. Да и желание уйти было не всерьёз. Я хотел не этого, я не хотел какого-то революционного толчка в своей жизни, смены места работы и т.д., а хотел всего лишь лапу ненаглядную, но обрести этого не мог. И страдал. Менять место работы — это, скорей всего, идти на полную удалёнку. А я понимал, что не смогу это всё опять вытерпеть — постоянно вариться в собственном соку был для меня не вариант уже, я слишком ушёл в себя, мне нужны были люди вокруг и возможность открыться. Поэтому, как меня не пугал «опен-спейс» и его место нахождения (объявили то, что он находится на севере Новоклязьменска, рядом с «Рогами и Копытами», куда ездить ещё сложнее ), я всё-таки стал туда стремиться. Мне нужен был коллектив.
А пока я решил для эксперимента открыться перед кем-нибудь из нормисов. И выбрал для этого Кайло. Она так часто и выучено спрашивала «Как у меня дела?», вот пусть теперь узнает, как у меня дела, на самом деле. Я ей попытался рассказать о том, что меня волнует, о застое в жизни, о невозможности найти лапу ненаглядную. В первый раз она просто состроила улыбку и сказала мне полнейший и простейший коуп:
«Надо больше куда-то ходить. А быть может ты слишком мягкий с девушками, да?» (с) Это меня дико разочаровало. Я понял, что она меня считает примерно тем же самым пустым местом, что и Клюева. У меня нет возможности быть с девушками ни мягким, ни жёстким, потому что вокруг меня их тупо НЕТ. Она этого так и не поняла. Хотя мы чуть ли не вчера орали на эмоциях, она всё равно считает меня фиг знает кем. Скорее всего, просто потому что у меня внешность не такая, как у Зарплатыча.
Я попытался с ней разговаривать чисто ради эксперимента о разных жизненных вещах. И каждый раз смотрел, как её глаза всё больше округляются. Она никак не могла поверить, что у меня нет ни кредитов, ни ипотеки. И я не стремлюсь становиться ведущим программистом и крутить для этого активно беличье колесо. Она думала, что это мечта всех программистов на Заводе, ну точней должна быть, этакая «социально одобряемая» в обществе неотоксиков мечта — сдать кучу сертификатов и поднимать гигантское количество «часов», впахивая ради этого ночами и по выходным. Но я ответил Кайло, что я к этому не стремлюсь, и увидел на её лице разочарование. Но потом у неё появилось некое «материнское» понимание. Она не грузила меня большим количеством работы, в ИПР мы каждый год запихивали различные книги и курсы вместо сертификатов (у меня и так было три сертификата «Специалиста» и море сертификатов «Профессионал»), а каждое наше ежегодное переподписание джентльменского соглашения было похоже на сцену из фильма Побег из Шоушенка, когда персонажу отказывают в досрочном освобождении, ну точней тут наоборот — я подписывал сам, признавая, что «я не готов». Вероятно, политика, которую она производила со мной, была не совсем «социально одобряема» Седовласым и Бородатым. Возможно, это был акт некоей странной любви ❤. Со временем её реакции всё больше стали какими-то совсем уж «материнскими»: она делала гримасы и издавала грустные звуки. Кайло не понимала, чем же я так недоволен, и почему я мучаюсь. И кажется переносила это всё на себя. Ей казалось, что раз кто-то не удовлетворён «дружбой и семьёй» в цеху, значит это минус её работы.
Со временем Кайло стало почему-то сверхинтересным, что же о ней думают. В момент ухода Алисы она ненавязчиво спросила, а знаю ли я, что она уходит в «Кошачьи радости». Я ответил, что не знаю, и это меня не касается. Потом уже я понял, что эти её ненавязчивые вопросы всегда задаются с целью пробить, а «какие слухи ходят?», «а кто что говорит?» и т.д. Весьма странно узнавать такое у сыча (!) , но Кайло видимо не понимала до конца, что я сыч. Почему-то одновременно с тем, что она выдавала мне такой же коуп, как и Клюева, она и понастроила множество иллюзий насчёт меня. И, конечно, пыталась влиять . Ей всегда хотелось высказать свою версию событий насчёт чьего-то увольнения, хотя мне тогда было совершенно всё равно. Я размышлял так, если мы близко не общались с человеком, то какая мне разница, куда он ушёл, и кто прав, а кто виноват в каком-то конфликте, это всё равно не моё дело. Но Кайло обязательно высказывалась:
«Вот считаю, что у Алисы в «Кошачьих радостях» уже выросла корона на голове! Она совершенно забыла, как я её учила аналитике, как на неё жаловалась та же Лада! Она меня вообще не ценит и забыла Завод!!!» (с) Это прозвучало словно:
«Нельзя отворачиваться от Завода, даже если он отвернулся от тебя!!!» (с) По поводу Веспер ей тоже надо было высказаться, причем обязательно в формате 3D, лично, в переговорке за распитием чая:
«Ты знаешь, что бы кто не говорил, но мы просто с Веспер не сошлись характерами. Она показывает себя слишком мягко, здесь, на Заводе, чем… есть в реальности. Мы хотели ей повысить мотивацию, но она сама отказалась. И даже мне на прощание «спасибо» не сказала, а я её всему научила!» (с) Это уже прозвучало словно:
«Это очень плохая девочка. Не общайся с ней. Научит бухать, курить…» (с) Мне не было дело и до этого конфликта. Я примерно представлял себе, какие есть у Веспер отрицательные качества из-за ситуации с кондиционером, но она была нормальным человеком.
Вообще Кайло очень многое палила: и тех, с кем у неё конфликт в нынешнее время, и то, как можно с выгодой сбежать с Завода и построить карьеру . В её истеричных криках и неотоксичных манипуляциях иногда прослеживались определённые посылы:
«Что не надо слушать тётю Зину и Теоретика (!), они сейчас плохое про меня будут
