что если вы беспокоитесь о них, то у вас должна быть веская причина для этого. Так что, если вы не доверяете боссу, у вас реальная проблема.
Но когда вы подходите рационально к оценке чужих поступков, вы можете обуздать эмоциональность (а она всегда затуманивает трезвое восприятие) и все чаще будете обнаруживать, что на самом деле доверяете им на все 100 %.
Как только вы найдете способ доверять своим руководителям, то займете стойкую позицию, которая позволит вам выстроить здоровые, взаимовыгодные отношения с вышестоящими сотрудниками. Когда это произойдет, вы можете начать трансформировать их, превращаясь из руководителя в наставника и даже в равного по рангу коллегу.
Когда с их благословления вы поднимаетесь вверх по карьерной лестнице, вам становится легче увидеть всю картину целиком, что должен уметь делать любой руководитель. Придерживаясь такой точки зрения, вы не окажетесь под властью эмоций, если ваш начальник потребует от вас пожертвовать чем-нибудь на благо вашей компании.
Конечно же, в реальном мире есть много плохих боссов. Некоторые пытаются ограничить ваше продвижение к успеху намеренно, например чтобы подняться за чужой счет, присвоить себе ваши достижения или использовать вас как козла отпущения. Типичная реакция на эту почти невозможную ситуацию – взбунтоваться, попробовать вырваться или просто струсить и не делать ничего. В том и заключается смысл реакции «замри-дерись-беги», но только если вы дадите ей ход.
С другой стороны, если вы можете оставаться рациональным и признать боссов как благонадежных, щедрых людей, вы можете предсказать такого рода проблемы, поэтому вас нельзя будет застать врасплох. Вы, вероятно, будете вознаграждены за отсутствие сверхреакции, а ваш зрелый ответ может обернуть негатив в позитив.
17 сентября 2018 года, 17:00
Силиконовая долина
Мой рабочий день начался на Восточном побережье с презентации. Я вышел на сцену, едва взошло солнце, и трудился до самого вечера. После посадки я мечтал совершить поездку на такси в роскошный отель, где компания забронировала мне номер, заказать в номер дорогой (неправительственный) ужин, после чего благополучно отправиться на боковую.
Но когда я вышел из ворот, то увидел человека, держащего табличку с моим именем. Он сказал, что глава подразделения ждет меня в машине, припаркованной у выхода. Неплохо сработано. Парень здорово все организовал и решил отвезти меня в отель лично.
Увидев меня, господин тотчас выпрыгнул из машины, чтобы поприветствовать, сверкая белозубой, стоматологически безупречной улыбкой, после чего одарил меня рукопожатием на 100 долларов: крепкая ладонь с намеком на двуручный захват и несколько продленный контакт. Незначительный, но приятный невербальный знак, говорящий о том, что человек старается вызвать к себе расположение. И у него была хорошая машина: навороченный Mercedes-AMG за шестизначную сумму, который буквально кричал о том, что его обладатель в достаточной мере облечен и деньгами, и властью.
Мой новый знакомый был хорошо пострижен и облачен в кашемировое спортивное пальто от Armani с джинсами, которые стоили, вероятно, столько же. В сфере конкурентной разведки все игроки одеваются дорого и ездят на крутых машинах, потому что деньги притягивают деньги, как внутри компании, так и за ее пределами. На самом верху частных корпораций, занимающихся обеспечением безопасности, всегда видишь много ребят в эффектных костюмах и с пафосными часами на руках, так как шик, блеск и лоск – то есть показуха и пускание пыли в глаза – здесь на первом месте. Но в эти дни вы также не увидите здесь ни галстуков, ни пиджаков, ни ботинок за 100 тысяч долларов, а дизайнерская рубашка навыпуск призвана специально подчеркнуть основные достоинства владельца: молодость и богатство.
Когда я приготовился к поездке в южном направлении, к Кремниевой долине, мой спутник предложил мне называть его не просто по имени, а по кличке. Но ради защиты тайны личности назовем этого человека мистер Х. Это имя никому ничего не скажет и соответствует стандартному коду ФБР для неназванной страны, находящейся в Едгине («нигде», только в обратном прочтении).
– Ты не сказал, каким департаментом руководишь, – отметил я.
Я ничего не знал о нем, кроме того, что мне удалось отыскать в сети. Он тепло улыбнулся. Казалось, он наслаждается безопасностью, которая создавала ореол тайны вокруг его личности. Потом он сказал:
– Я из отдела сливаний и извращений.
Он имел в виду отдел «слияний и приобретений» и сузил круг своих обязанностей до должности начальника отдела безопасности. Вот почему он так «шифровался». Видимо, намечалась широкомасштабная операция по слиянию и он либо намеревался уведомить меня о своем участии в ней, либо хотел сохранить эту информацию в секрете. Компании, о которых шла речь, не принадлежали к числу местных, но обе организации были крупнее, чем любая из тех, что подверглись мегаслиянию в недавнем прошлом, – Amazon и Whole Foods.
В каждой корпорации из S&P 500[11] есть своя команда аналитиков по слиянию, которая корпит над аналитическими таблицами и базами данных, но даже точным цифрам сложно доверять из-за крючкотворства бухгалтеров. Так что транснациональные корпорации нанимали специалистов по внутренней безопасности в отделы слияния и поглощения, чтобы те искали пресловутую грязь под ногтями по той или иной компании, которую они намеревались приобрести.
Работа департамента мистера Х заключалась в сборе сырых данных и ряда фактов, раскрывавших скрытые слабые или сильные места, которые «проглядела» другая компания. Но так как нюансы тщательно скрывались, ремесло моего знакомого подразумевало совершение холодных звонков десяткам руководителей отделов в процессе так называемой «элиситации» – сбора и накопления данных таким способом, чтобы другой человек даже не догадывался о предоставлении ценной информации.
Речь могла идти как об интеллектуальной собственности, так и о менее очевидных видах служебной информации, таких как зарплата, медицинская страховка, пенсионный план, парковочные места, короче говоря – обо всем, что способствовало образованию итоговых сумм, отражающих доходы и задолженности предприятия или показывающих несоответствия в бухгалтерских записях. Профессионалы, знающие толк в своем деле, часто лгали. Это еще один пример парадокса власти, выражающегося в неэтичном, бесчестном поведении среди людей с ограниченной ответственностью. И иногда компании просто проводили мошеннические операции. Китайские фирмы любили симулировать интерес к американским организациям, чтобы просчитать возможности обойти их на рынке. Они изначально устанавливали заниженные цены и собирали столько данных,
