почему они не создают базу типичных проблем и их решений?
Скрепыш: Создают. Более того, львиная доля работы этого отдела заключается в том, чтобы выдавать клиенту решения по алгоритмам из этой базы. Вообще, 95% работы отдела можно было бы отдать искину. Не понимаю, зачем для этого люди.
– Так, подожди, а где эта база? Они ею вообще пользуются?
Скрепка вывел мне на экран табличку:
Выберите тип оборудования
Я ткнула в первое попавшееся.
Выберите модель
Я выбрала нечто десятилетней давности.
Аппарат включается? Да/Нет
Аппарат реагирует на нажатие клавиш? Да/Нет
Состав вещества после обработки аппаратом меняется? Да/Нет
И так далее.
– То есть специалист техподдержки опрашивает клиента по этому скрипту, а потом выдаёт готовое решение, прописанное здесь же?
Скрепыш: Ну да. Если подумать, тут даже искин не очень нужен, достаточно было бы дать клиенту доступ к этим скриптам…
Но мне было не до ворчания искина. Понятно, что в каких-то случаях скриптов недостаточно, а хороший инженер, знающий своё дело, может решать уникальные проблемы, для которых нет скриптов. И, наверное, раньше так и было. Вот только что случалось с этими решениями? Неужели их не вносили в базу? Или кто-то из мести их поудалял? Но как бы там ни было, специалист общался с клиентом по какому-то каналу и передавал ему указания.
– Скрепка, а где у нас хранится переписка с клиентами за последние лет, скажем, десять?
Искин, всё это время продолжавший ворчать на нерациональность работы отдела, замер, и уставился на меня.
Скрепыш: Ася, ты мозг! В переписке же будут старые решения! Ща всё найдём, не боись.
Он порылся в архивах сервера, потом подключился к кьюьеру, стоявшему в переговорке, и распаковал туда файлы. По экрану кьюбера замелькали названия файлов.
Наконец в строке поиска застыло какое-то сочетание букв и цифр, и Скрепыш тут же открыл этот файл. Выглядел он, как интернет-страница, которую сохранили в неправильном формате, и теперь вместо картинок и текста показывало только код. Но Скрепыш, конечно, легко его прочитал и даже выделил какой-то кусок посреди бессмысленного полотна.
Скрепыш: Вот, смотри. Это обращение того же клиента, с которым сейчас работает Гертруда, но пятилетней давности. Проблема была та же самая: меню устройства перестало прокручиваться, и потому невозможно выбрать опцию за пределами экрана.
Я вытащила себе на экран Герину переписку. Она пыталась объяснить клиенту, как перезагрузить меню. Простым обесточиванием эффект не достигался, следовало открыть корпус аппарата отвёрткой уникальной формы, потом, соблюдая ряд предосторожностей, снять плату, а за ней найти отверстие, в которое просунуть тонкий предмет из непроводящего ток материала, но достаточно твёрдый, чтобы нажать тугую кнопку… Не знаю, какой извращенец это делал, но я понимала клиента, что он не хочет сам туда лезть и брать на себя ответственность за то, что случайно потрогает какой-нибудь контакт.
Скрепыш: Во-от, а в старых логах запись гласит: одновременно зажать кнопки включения, стрелку вверх и подсветку. И меню перезагрузится.
– Отлично! Вот теперь это решение нужно подсунуть Гере в скрипт.
Скрепыш: И прислать уведомление об обновлении базы?
– Ага. А потом знаешь, что? Надо все подобные решения их архивов повынимать в скрипты добавить.
Скрепыш станцевал по моему экрану какой-то аборигенский танец, повесив себе на отсутствующую шею ожерелье из цветов.
Скрепыш: Мы с тобой станем лучшим специалистом техподдержки в этой конторе!
– Нет, Скрепка, не станем. Мы сделаем вид, что благодаря нашим усилиям в базе стали доступны карточки, к которым редко обращались. Более того, лучше бы этой фигнёй занимался не ты, а местный искин. Наверняка же в отделе он есть? Вот пусть читает архивы и правит скрипты, это не наше дело.
Искин медленно повернулся и прищурил на меня свои гляделки.
Скрепыш: А что же тогда наше дело?
– Наше дело – вводить Нагибко в эксплуатацию, – хмыкнула я. – Она, между прочим, уже большой начальник, а в офисе не появляется. Не ровён час её вызовут, пока я тут торчу. Пора завязывать с этим развдоением личности.
***
– Добрый день, – в дверь постучали и невоспитанно сразу рванули её на себя. Анжела поморщилась и вперила презрительный взгляд в нахала. Вернее, нахалку. Длинноногую, тощую блондинку с вываливающейся из декольте грудью. Широухова сразу поняла, что девица отвратительная. Та же просияла улыбкой и произнесла отвратительно веселым голосом:
– Я пришла на собеседование к комсдарю Усманову. Не подскажете, как его найти?
Анжеле даже рот открывать не хотелось для этой девицы, но все же она смогла заставить себя вымолвить:
– Третья дверь справа.
– Отлично, спасибо, – блондинка почти закрыла дверь и тут же открыла её снова. – А вы заместитель отдела кадров, верно?
И тыкнула в табличку.
– Верно, – Анжела приосанилась.
– А вы в декрет уходите, да? – с дебильной непосредственностью спросила кандидатша, глядя на живот Широуховой так, что та его мгновенно втянула. – Месяц пятый уже, да? Или нашли место получше?
– Простите, что?
– Ну я слышала, что в «ЭкзоТехе» всё не особо хорошо, текучка бешеная.
– С чего вы взяли, что я ухожу?! – взъярилась Анжела.
– Ну как же? – опешила блондинка от такой экспрессии. – Не может же быть два заместителя у начальника отделов кадров? Хотя, наверное, может. Вы, должно быть, всякими документами, договорами занимаетесь? Давид… в смысле комсдарь Усманов сказал, что я буду заниматься разными благотворительными мероприятиями, эко-акциями и прочим.
Широухова застыла, судорожно соображая. Ёе акция «День уву» неожиданно была подхвачена этим мерзким Розгой, который нагло украл её успех! Не дал погреться в лучах славы и даже перед камерами сам светил лицом. А её не пускал! Но она по крайней мере была на открытии заповедника, а Давида даже не позвали! Хотя пригласили всех начальников отделов! Неужели Давид испугался и теперь хочет от неё избавиться?
– Вы правы, милочка, – снисходительным тоном, стараясь не выдать настоящих чувств, согласилась Анжела. – Присаживайтесь. Комсдарь Усманов срочно уехал по делам. А коль уж вы пришли, то я проведу собеседование.
– Ох, как плохо… Я надеялась пообщаться с ним лично, – девица попыталась натянуть платье чуть ниже и села на указанный стул.
– Итак, как вы представляете себе будущую работу? – Анжела еще надеялась на ошибку. Давид долго был надежным соратником, неужели он так с ней поступил?
Блондинка закинула ногу на ногу и начала щебетать, причем, до обидного адекватно и грамотно. Но хуже того – она описывала полностью её, Широуховой, обязанности. Анжела не знала, что и думать. Задала девице несколько вопросов и отправила восвояси с обещанием перезвонить.
Леопардовна же тут же полезла на
