Читаем без скачивания Ноги из глины - Терри Пратчетт

Ваймз бросил взгляд на порванную кожаную юбку гнома. — Вы носите кольчугу под одеждой? — спросил он.

— О... это моя серебряная сорочка... но она знала об этом. Я говорила ей...

Ваймз схватил Ангуа за загривок. Она попыталась укусить его, но встретилась с ним взглядом и отвернулась.

— Она просто укусила серебро, — рассеянно сказала Веселина.

Ангуа с трудом поднялась на лапы, посмотрела на них и протрусила за стопки свечей. Они услышали ее поскуливание, которое постепенно превращалось в человеческую речь.

— Чертовы чертовы гномы со своими чертовыми сорочками...

— Констебль, с Вами все в порядке? — крикнул Ваймз.

— Проклятое серебряное белье... Бросьте мне пожалуйста мою одежду!

Ваймз подобрал одежду Ангуа и, уставившись в пустоту, просунул ее за стопки свечей.

— Мне никто не сказал что она..., — простонала Веселина.

— Посмотрите на это с другой стороны, капрал, — с максимальным терпением сказал Ваймз. — Если бы она не была бы оборотнем, Вы сейчас были бы самой большой в мире фигурной свечкой, понятно?

Ангуа вытирая рот, вышла из-за свечей. Кожа вокруг ее рта покраснела...

— Ты обожглась? — спросила Веселина.

— Заживет, — ответила Ангуа.

— Почему ты не сказала что ты оборотень?

— Подскажи, как мне надо было это сказать?

— Хорошо, — сказал Ваймз, — если вы разобрались с этим, девушки, я хочу, что чтобы фабрика была осмотрена. Понятно?

— У меня есть мазь, — кротко сказала Веселина.

— Спасибо.

В подвале они нашли мешок. И несколько коробок со свечами. И множество дохлых крыс.

***

Тролль Вулкан приоткрыл дверь своей гончарной на маленькую долю. Он хотел чтобы эта доля была не больше чем одна шестнадцатая, но кто-то сразу же очень сильно нажал и распахнул ее на больше чем одна целая и три четверти.

— Эй, что энто такое? — спросил он входящих Кэррота и Камнелома с остатками Дорфла. — Вы не могете просто врываться сюды...

— Мы не просто врываемся сюды, — сказал Камнелом.

— Это произвол, — сказал Вулкан. — У вас нет права приходить сюда. У вас нет повода...

Камнелом положил голема и развернулся. Его рука метнулась и он схватил Вулкана за горло. — Видишь тама энти статуэтки Монолита? Ты их видишь? прорычал он, другой рукой поворачивая лицо Вулкана в сторону ряда религиозных статуэток троллей на другом конце склада. — Хочешь, я разобью одну, чтоб узнать, шо энто в них насыплено, могет найду повод?

Узкие глазки тролля забегали в разные стороны. Возможно он не очень хорошо соображал, но он все же мог почувствовать убийственные настроения, если они витали в воздухе. — Энто не надобно, я завсегда помогаю полиции, — пробормотал он. — Чего энто нужно-то?

Кэррот положил голема на стол. — Тогда приступайте, — сказал он. Почините его. Используйте как можно больше старой глины, понятно?

— Как он могет работать, если свет у него погас? — спросил он, озадаченный своей ролью в акте милосердия.

— Он сказал, что глина помнит!

Сержант пожал плечами.

— И дай ему язык, — сказал Кэррот.

Вулкан был шокирован. — Я энтого не буду делать, — сказал он. — Все знают, что энто будет богохульством, если големы заговорят.

— О, да? — сказал Камнелом. Он пересек склад к группе статуэток и начал их рассматривать. Потом он сказал:

— Ой, вота я случайнитса спотыкаюсь, ой-ой, вота я, чтобы удержаться, хватаюсь за статую, ой, моя рука сорвалась, куда мне положить лицо... а шо энто за белый порошок я увидать глазами во время моего нечайна упадения на пол?

Он облизнул палец и осторожно попробовал порошок.

— Слэб, — возвращаясь прорычал он. — Что ты тама говорил мне о богохульстве, ты осадочная порода? Или ты сейчас же делаешь что говорит капитан Кэррот, или ты выйдешь отсюда в мешке!

— Энто полицейский беспредел..., — пробормотал Вулкан.

— Нет, энто полицейский крик! — завопил Камнелом. — Если хочешь попробковать беспредела, то я готов!

Вулкан попробовал проапеллировать к Кэрроту. — Энто неправильно, у него полицейский значок, он запугал меня, он не могет энтого делать, сказал он.

Кэррот кивнул. В его глазах был блеск, на который Вулкану стоило обратить внимание. — Вы правы, — сказал он. — Сержант Камнелом?

— Сэр?

— Сегодня для всех нас был тяжелый день. Вы можете отдыхать.

— Есть, сэр! — с заметным энтузиазмом сказал Камнелом. Он снял свой полицейский значок и осторожно положил его. После этого начал снимать униформу.

— Посмотрите на это так, — сказал Кэррот. — Мы не даем жизнь, мы просто даем жизни место куда вернуться.

Вулкан, наконец, сдался. — Хорошо, хорошо, — пробормотал он. — Я уже делать энто, я уже делать энто.

Он посмотрел на куски останков Дорфла, и потер щетину на подбородке.

— Здесь почти все на месте, — сказал он, на какой-то момент профессионализм взял вверх над негодованием. — Я могу склеить его гончарным цементом. Энто сработает если обжигать его всю ночь. Посссмот... Я уверен, что у меня там осталось немного...

Камнелом уставился на свой палец, который все еще был белым от порошка, потом перенес взгляд на Кэррота. — Я только что лизнул энтого? — спросил он.

— Э... да, — сказал Кэррот.

— Слава богу за энто, — сказал Камнелом, неистово моргая. — Ин'че я б поверил что здесь действительно полно ограмадных волосатых пау... виибл виибл склуп...

Он со счастливой улыбкой упал на пол.

— Даже если я сделаю энто, он же не оживет, — пробормотал Вулкан, возвращаясь к столу. — Вам не найти священника, который написал бы энти слова для его головы.

— У него есть свои собственные слова, — сказал Кэррот.

— И кто будет смотреть за печью? — сказал Вулкан. — Его надо обжигать аж до завтрака...

— У меня как раз ничего не запланировано на эту ночь, — сказал Кэррот, снимая шлем.

***

Ваймз проснулся в четыре утра. Он уснул за своим рабочим столом. Он не собирался спать, но его тело просто отключилось. Это был далеко не первый раз, когда он продирал глаза в своем офисе. Но, по меньшей мере, он не лежал в чем-нибудь вонючем.

Он посмотрел на свой полунаписанный отчет. Рядом лежал его блокнот, весь в рабочих рисунках, что напомнило ему, как он пытался понять весь сложный мир образами своего простого разума.

Он зевнул и посмотрел в полумрак ночи.

У него нет никаких доказательств. Совсем ни одного настоящего доказательства. Он допросил практически невменяемого капрала Ноббса, который практически ничего не видел. У него не было ничего, что не растает как туман утром. Все что у него было — это несколько подозрений и куча умозаключений, цеплявшихся друг за друга как карты в карточном домике без основания.

Он рассмотрел записи в своем блокноте.

Кто-то здесь хорошенько потрудился. О, да. Это же был он сам.

События последнего дня звенели у него в голове. Чего ради он написал какую-то ерунду о гербах?

О, да...

Да!

Через десять минут он уже толкнул дверь в гончарную мастерскую. Тепло вырвалось изнутри в промозглый воздух ночи.

Он обнаружил, что Кэррот и Камнелом спят на полу по обе стороны от печи. Черт. Ему нужен кто-то, кому он может довериться, но у него не поднялась рука разбудить их. Он и так загонял их за последние дни...

Кто-то постучал в дверь печи.

Затем ручка сама повернулась.

Дверь распахнулась до предела, и что-то наполовину сползло, наполовину свалилось на пол.

Ваймз все еще не до конца проснулся. Опустошенность и назойливые призраки адреналина все еще крутились на краю его сознания, но он все-таки увидел, как горящий человек развязался и встал на ноги.

Его раскаленное до красна тело начало потрескивать от охлаждения. Пол под ним обуглился и задымился.

Голем поднял голову и огляделся по сторонам.

— Вы! — сказал Ваймз, неуверенно указав пальцем. — Пойдемте со мной!

— Да, — сказал Дорфл.

***

Дракон — Король Гербов вошел в свою библиотеку. Запыленные узкие высокие окна и остатки тумана создавали уверенность, что внутри будет только серый полумрак, но сотни свечей освещали все мягким светом.

Он уселся за свой стол, подтянул к себе том и начал писать.

Через некоторое время он остановился и посмотрел перед собой. Тишина нарушалась только слабым потрескиванием свечей.

— Ах-ха. Я чувствую Ваш запах, коммандер Ваймз, — сказал он. — Как геральдисты пустили Вас?

— Я нашел свой собственный путь, спасибо, — выходя из тени, сказал Ваймз.

Вампир опять понюхал воздух. — Вы пришли совершенно один?

— Кого мне надо было привести с собой?

— И чем я обязан удовольствию видеть Вас, сэр Самуэль?

— Это удовольствие для меня. Я пришел арестовать Вас, — сказал Ваймз.

— О, черт. Ах-ха. А за что, могу я узнать?

— Не откажитесь посмотреть на стрелу в арбалете, — сказал Ваймз. Никакого металла на наконечнике, как Вы видите. Она вся деревянная.