— Но, Гарри, мне нужно все обдумать…
— Хорошо, скажешь мне завтра. Утро вечера мудренее. 15 фунтов в неделю и 50 фунтов премии. Такими деньгами не бросаются.
— А ты не водишь меня за нос? — внезапно спросила она, мгновенно став подозрительной. — Ты можешь уйти отсюда и оставить меня с носом. Я не вчера родилась. Я могу больше никогда не увидеть тебя. Что я тогда буду делать?
Он поднялся со стула, подошел и сел рядом.
— Открою тебе секрет, — сказал он, привлекая девушку к себе. — Я не собираюсь оставлять тебя, во всяком случае сегодня.
Она вырвалась и вскочила на ноги.
— О, нет! Ничего такого не выйдет. Я так легко не сдаюсь. Нет, уходи, я найду способ снова найти тебя.
Она потянулась к халату, но он схватил ее за руки.
— Нет, — прошептала она, вырываясь. — Прекрати, Гарри… Ты не должен…
Он закрыл ее губы своими. Какое-то время она еще продолжала вырываться, потом ее руки обвились вокруг его шеи.
— Убирайся к черту! — пробормотала она невнятно, а потом всхлипнула: — Ну, ты можешь обнять по-человечески!
Глава 5
Утренний свет легко проник в комнату сквозь безвкусную ситцевую штору. Сердито прокричав, молочник с громким стуком поставил у входа бутылки. Чуть позже постучал почтальон.
Джуди шевельнулась, потянулась и зевнула. Сквозь полуоткрытую дверь ванной доносился шум льющейся воды. Она удовлетворенно развела и свела ноги под одеялом и сонно спросила:
— Получил, что хотел, Гарри, а?
— Мне нужен чай через несколько минут, разве ты не встала?
— Еще чего, — отозвалась Джуди, переворачиваясь и натягивая одеяло до подбородка. — Потерпишь.
— Как бы не так, — Гарри появился в дверях с полотенцем на бедрах, и она подумала, что он похож на боксера: мускулистый, поджарый и загорелый. — Вылезай, пока я сам тебя не вытащил.
— Иду, — не очень охотно подчинилась Джуди и откинула одеяло, ловя его взгляд. — Еще нет десяти.
— У меня много дел в это утро, — Гарри не обратил внимания на ее призыв и снова скрылся в ванной.
Джуди нехотя пошлепала на кухню и поставила чайник на газ.
Смешно, думала она, мне кажется, будто он был здесь всегда, будто он часть моей жизни. Ну почему он такой скрытный? Ночью они говорили, и Джуди пыталась выведать что-либо о его жизни, мыслях. Однако все время наталкивалась на какой-то барьер легкомысленности, который Гарри воздвиг вокруг себя, превращая все серьезное в шутку.
Когда девушка вернулась с чаем, он был уже одет.
— Гарри… Эти кольца… Я беспокоюсь. Занимаясь этим, трудно долго продержаться. Ты же сам знаешь.
Он взял у нее чашку и рассмеялся.
— Ради бога, не начинай заботиться обо мне… Заботься о себе, если тебе так нужно заботиться.
— Но я беспокоюсь.
— Послушай-ка, мне предстоит провести в этом мире всего ничего, еще лет сорок, при везении, — сказал он. — Что такое сорок лет? Пустяк. А потом черви и темнота. А раз так, я собираюсь наслаждаться жизнью, пока могу. Без денег это невозможно. Деньги — это машины, бензин, одежда, обувь. Это ночь на бегах в Уайт-Сити, это партия в покер и кресло в театре. Это все, что ты пожелаешь. Я пытался трудом зарабатывать себе на жизнь, но из этого ничего не вышло. Я был на войне, внес свою маленькую лепту в победу, а теперь хочу отдохнуть. Пока у меня есть деньги, я знаю, что делать с ними, и пользуюсь этим.
— Но что будет хорошего, если ты десять лет проведешь в тюрьме? — спросила Джуди, надеясь, что, наконец, он ответит серьезно, раз уж пустился в рассуждения.
— Приходится быть ловким. Три года мне удавалось избегать ее и сейчас удается.
— Если бы не я, ты уже сидел бы там, — напомнила Джуди.
— Не стоит так думать. Всегда кто-то окажется под рукой. Если бы ты не взяла кольца, я избавился бы от них иначе. Не впервой.
Это раздосадовало и обидело Джуди. Ей хотелось думать, что именно она спасла его от тюрьмы и именно для себя.
— И ты всегда крутишь любовь с женщинами, которые выручают тебя? Это у тебя вроде вознаграждения, да? — вскинулась она.
— Ты смешная, малышка, — рассмеялся он, — я забочусь о тех, с кем кручу любовь. Скоро ты в этом убедишься.
Раньше она никогда не мучилась ревностью, но сейчас сознание того, что и другие женщины знати его так же близко, как она, было ей мучительно.
— Гарри… кто эта женщина, Дана, та, что звонила?
— Моя мать, — ответил он, решительно поднимаясь, — чудесная старушенция. Ты ее полюбишь.
— Я не привыкла, чтобы со мной так обращались, — возмутилась Джуди, вскакивая. — Прекрати эту возню со мной! Кто она? Я хочу знать!
Он нахмурился, потом снова рассмеялся.
— Не дави на меня, Джуди, она просто знакомая девушка. Тебе не о чем тревожиться, она и половины не стоит того, что ты. И ничего для меня не значит.
— Откуда она знала, что за тобой охотятся флики?
— Она ясновидящая. Увидела старину Доусона среди чайных листьев.
— Прекрати трепотню! — Джуди не могла успокоиться.
— Занимайся своими делами, — мягко проговорил Гарри, но в его глазах сверкнул жесткий огонек.
Наступила долгая пауза, в течение которой они оба смотрели друг на друга. Джуди первой отвела глаза. Она поняла, что так ничего не добьется, и решила переменить тактику.
— Отлично, не отвечай, если тебе так хочется выглядеть таинственным, — сказала она, пытаясь демонстрировать безразличие. — Хочешь еще чаю?
Он отставил свою чашку, закурил и зевнул.
— Через минуту мне надо бежать, — произнес он, глядя на часы.
Она снова почувствовала тревогу. Он может уйти из ее квартиры, и она никогда больше его не увидит.
— Где ты живешь, Гарри? — спросила девушка, наливая чай.
— Даунинг-стрит, 10. У меня маленькая квартирка на последнем этаже. Это очень удобно, поскольку у нас с премьер-министром общий лакей.
Это бесполезно, сникла Джуди. За его шутливостью таился независимый характер, не терпящий чужого влияния. Ей нельзя было действовать прямолинейно, в лоб. Возможно, позже, когда ей удастся завоевать его доверие, она чего-нибудь добьется. А пока…
Джуди добродушно упрекнула:
— Ты когда-нибудь бываешь серьезным?
— А для чего мне быть серьезным? Ешь, пей, делай деньги и люби, потому что завтра станешь добычей червей. У меня нет времени на то, чтобы быть серьезным. Развлечения требуют много труда.
— Значит, я так никогда и не узнаю, где ты живешь? — А сама думала: эта женщина живет с ним, вот почему он не хочет говорить.
— Иногда ты бываешь поразительно догадлива, Джуди.
— Хорошо, продолжай играть в таинственность, — сердито произнесла Джуди и отвернулась.
— Чем меньше ты будешь знать обо мне, тем будет лучше, — сказал он и взял пальто. — Так как насчет той работы, Джуди?
— Что ж, я согласна. Думаю, мне лучше за нее взяться, — неохотно проговорила она. — Что мне предстоит делать? Быть горничной и больше ничего?
Он усмехнулся.
— Это все. Конечно, если ты будешь держать ушки на макушке.
Она сразу поняла, что впутывается в подготовку к краже, и заколебалась.
Гарри, поняв ее сомнения, вытащил две пятифунтовые бумажки.
— Я обещал тебе кое-что в задаток. А ну-ка сунь их в карман.
Джуди раздумывала недолго. То, чего она не знала, не могло принести ей вред, да она умела и постоять за себя. Джуди решительно взяла деньги.
— Что дальше?
— Держи, — он вручил ей карточку, — пойдешь по этому адресу, найдешь миссис Френч и скажешь, что пришла от меня. Она все знает.
— А риск? Я хочу сказать, я не буду иметь неприятностей?
— Ни малейшего риска, — успокоил он. — Все, что тебе придется делать, это побыть горничной. Просто, верно?
— И держать ушки на макушке, — добавила она, глядя на него.
Он усмехнулся.
— Верно, Джуди, ну, пока.
— Когда я снова тебя увижу?
— Скоро. Сейчас у меня много дел. Я с тобой свяжусь.
— Вот так все мужчины: получат то, что хотели, и сразу в бега, — проворчала Джуди.
Он привлек ее к себе и поцеловал.
— Если я тебе срочно понадоблюсь, обратись к миссис Френч. Денек-другой меня не будет в городе, однако она знает, как со мной связаться. Хорошо?
Она поглядела на него.
— Должно быть хорошо.
Он поцеловал ее еще раз, легонько шлепнул по мягкому месту и вышел. Джуди из окна смотрела, как он торопливо шагает по улице. «Готовится кража, — думала она, — и я должна что-то узнать для него. Но если я не буду иметь ничего общего с кражей, — успокаивала она себя, — я не попаду в беду». Джуди взглянула на две пяти фунтовые бумажки и улыбнулась: отличные деньги.
Глава 6
Джуди обнаружила агентство миссис Френч над магазином старой книги на Майфер-стрит. Она вошла в полутемный вестибюль. Направо дверь вела в магазин, прямо была лестница, под нею лифт.
