кусок пиццы, постанывая от удовольствия.
— В принципе, — начал он, проглотив, — Эш всегда изображал отстраненность, потому что не хочет подвергать опасности чью-то жизнь. Ведь Уильям всеми силами пытается добраться до него.
— Ему это уже удавалось?
Бен кивнул:
— Да, он убил его отца.
Я подавилась пиццей и закашлялась, вытаращив глаза. Уильям убил человека! В голове осталась только эта мысль. Уильям убил отца Эша, он — убийца. Уильям убил Роберта Скотта, которого я помнила очень смутно.
У меня разболелся живот и пропал аппетит. Я глотнула воды. Бен с тревогой смотрел на меня.
— Убийца… несколько раз… заходил ко мне домой? — ошеломленно произнесла я.
Он медленно кивнул.
— Никогда не знаешь, что за человек перед тобой. Помни об этом.
Сразу пришла на ум песня «Антихристы» группы Twenty One Pilots. Бен прав. Никогда бы не подумала, что Уильям настолько опасен.
— А ты уже убивал кого-нибудь? — спросила я, хмурясь.
Не уверена, что была готова услышать ответ. Хотя я и так догадывалась, учитывая его работу. Это неизбежно.
— Случалось, — признался он, наблюдая за моим лицом. — Но вместо нас часто отправляют других… То есть когда Эш попросит.
— Ты убийца…
— Нет! Ну… это не главная задача. Люди, которых я убиваю, хотят убить меня или члена моей семьи.
Бен лишил жизни нескольких человек. Зачем только я узнала об этом…
— У тебя разочарованный вид, — заметил Бен, взяв еще кусок пиццы.
Я пожала плечами и сделала вид, будто ничего не произошло. Моя пицца без зеленого перца, такая вкусная, просто не лезла в горло.
— Я как-то… не привыкла, чтобы мне так спокойно говорили такие вещи, — прошептала я, любуясь растениями в саду. — Если нас увидят здесь, это будет опасно не только для тебя, но и для меня.
Я больше не чувствовала себя в безопасности даже дома. Было крайне не по себе, ведь убийца несколько раз заявлялся сюда, плюс он знал моего отца. К тому же я не понимала, как теперь говорить с Уильямом. Если он пронюхает, что я знакома с Беном и Эшем, бог знает, что ему взбредет в голову.
— Знаю, ты сердишься, что я вчера пропал, — возразил он, — но, поверь, это не то, что было раньше, клянусь.
Поверить ему? Он издевается?
— Что это доказывает? — зло спросила я. — В прошлый раз ты сделал то же самое, забыл?
Он скривился, но промолчал. И тут я вылила на него все, что накопилось в сердце. Слишком уж «счастливой» оказалась наша встреча по сравнению с тем, как я страдала после его исчезновения.
Он ведь даже не осознавал, как на меня повлиял его уход. И я выдала ему по первое число.
— Ты пропал на следующий день после бала, еще и после того, как мы переспали. Ты не отвечал ни на сообщения, ни на звонки. Ты хоть знаешь, каково мне было? — Я ткнула в себя пальцем. — Я думала, что опять что-то натворила, но мне и в голову не пришло, что ты уйдешь из моей жизни, не объяснив причины, Бен.
— Я знаю, но…
— И ты еще просишь поверить тебе? — резко перебила я. — Ты смеешь просить об этом, хотя столько раз уже доказал, что тебе нельзя доверять? Ты же в любой момент можешь просто уйти!
Я вспомнила, как вечерами о нем думала, пыталась понять, что такого я сделала, волновалась о нем. День и ночь я сходила с ума — как он там, что с ним. И так много месяцев. Пока не привыкла к мысли, что он ушел из моей жизни без всякой видимой причины. Это просто убило меня.
— Я… я целыми днями искала тебя, мечтала о тебе. Ты преследовал меня, Бен. Я ничего не могла делать, только ждать твоего сообщения, мониторить соцсети, а вдруг ты там объявишься.
С начала разговора он не сводил с меня своих черных глаз, но тут отвернулся и прошептал:
— Мне тоже было плохо, Бел…
— ТЫ ЗНАЛ ПРИЧИНУ! — крикнула я. — Так что не сравнивай нас. Ты знал, почему ушел, а я нет. Знаешь, каково это? Когда человек, с которым у вас все так хорошо, спокойно, чудесно, уходит из твоей жизни, не сказав ни слова? Не объяснив причину? Как будто ты ноль без палочки? И все, что вы пережили вместе, существует только в твоей голове?
Бен молчал.
— Ты когда-нибудь чувствовал себя идиотом, думая о человеке, который тебя бросил? О том, как ты к нему относился? Как думал, что он никогда не уйдет? НЕТ! Естественно, нет!
Я вскочила, глотая слезы гнева с примесью грусти — грусти о той себе из прошлого, которая отчаянно ждала вести от Бена.
— Ты говоришь себе — я сама виновата, я сделала что-то ужасное. Ты больше не веришь в себя, чувствуешь себя полным лузером, и знаешь, что хуже всего? Видеть, как этот человек счастлив без тебя, а ты ждешь его, потому что была счастлива с ним.
Слезы катились по моим щекам, красным от гнева. Бен поднял лицо, его глаза расширились.
— Если ты не испытал всего этого, даже не заикайся, что тебе было плохо.
Губы дрожали, меня трясло от ярости. Он торопит события, делает вид, что все хорошо. Возможно, решил, что я все забыла и простила эти годы молчания.
— А ты знаешь, каково это — вытравить все свои чувства за одну ночь? — спросил Бен, поднявшись. — Знаешь, каково это — говорить себе, что ты не заслуживаешь девушки, которая с первого дня не выходит из головы? Говорить себе, что она заслуживает кого-то в миллион раз лучше, чем ты?
Я смотрела прямо в его глаза, слезы так и лились по лицу.
— Когда прекрасно понимаешь, что никогда не дашь ей того, что даст другой, что не сделаешь ее счастливой, как это сделает другой без особых усилий? Ты знаешь, каково это — убить все свои чувства к человеку, чтобы не подвергать его опасности?
Он шагнул ко мне, но я не сдвинулась ни на сантиметр.
— Если ты думаешь, что я был счастлив без тебя, ты глубоко ошибаешься, Изабелла. Я был бессловесной псиной, я обдалбывался, поскольку не мог рассказать тебе, почему я ушел, почему пришлось отдалиться от тебя. Не ты одна страдала в наших отношениях.
Я сложила руки на груди.
— Ты знал причину, — повторила я все так же зло.
— Да, я ненавижу себя за то, что из-за меня тебе было так плохо! — Бен подошел еще ближе. — Я такой мудила, что заставил тебя через все это пройти.
— Я злюсь
